Волкодав

Оказывается, ее семья, как и Волкодав со своими, была здесь проездом. Только остановилась на другом конце Большого Погоста, у дальней родни. Когда Волкодав с девочкой приблизились ко двору, навстречу из ворот выбежала красивая полная женщина. Увидела их и, всплеснув руками, остановилась. Волкодаву хватило одного взгляда на расшитую кику и красно-синюю с белой ниткой поневу: женщина была дочерью Пятнистых Оленей, взявшей мужа из рода Барсука.

– Здравствуй, Барсучиха, – поклонился Волкодав.

– И ты здравствуй… – замялась она, близоруко пытаясь высмотреть знаки рода на его рубахе или ремне. Ей, впрочем, было не до того. Она шагнула вперед, ловя за руку дочь: – Спасибо, добрый молодец, что привел непутевую! Вот я тебе, горюшко мое…

И тут, в довершение всех бед, на глаза ей попалась искристая бусина, ввязанная в волосы Волкодава.

– Ай, стыдодейка!

Мать вольна в своем детище: захочет – накажет, а то и проклянет, тут даже Богам встревать не с руки. Но оплеуха, назначенная дочери, пришлась в подставленную ладонь Волкодава.

– Меня бей, – сказал он спокойно.

На голоса из ворот выглянул осанистый мужчина в хороших сапогах, с посеребренной гривной на шее. Заметив подле своих рослого незнакомца, он поспешно направился к ним.

– Ты, добрый молодец, здесь что позабыл? – спросил он, загораживая жену. Косы недавнего убийцы не минули его глаз. Волкодав покосился на девочку. Та стояла повесив головку, а в дорожную пыль возле босых ног капали да капали слезы. Не обращая внимания на гневливых родителей, Волкодав опустился перед ней на колени.

– Не поминай лихом, славница, – сказал он негромко. – Матерь свою слушай, а и тебе спасибо за честь.

Выпрямился во весь рост и пошел обратно, туда, где смутно белела в сумерках вывеска Айр-Доннова двора. За его спиной женщина поясняла супругу, что свирепый с виду молодец ничем не обидел ни ее, ни дитя. Супруг же крутил усы и молча прикидывал, не разбойник ли из ватаги Жадобы явился в Большой Погост.

– Он чей хоть? – спросила жена. – Не разглядел?

– Серый Пес, – ответил муж, думая о своем. Женщина не поверила:

– Да их уж двенадцатый год как нет никого.

Он пожал плечами:

– Выходит, есть.

Через несколько дней они узнают о том, как на Светыни сгорел замок кунса Винитария по прозвищу Людоед, вспомнят косы Волкодава – и не будут знать, радоваться им или бояться.

Зачем кому-то в битвах погибать? Как влажно дышит пашня под ногами, Какое небо щедрое над нами! Зачем под этим небом враждовать?.. Над яблоней гудит пчелиный рой, Смеются дети в зарослях малины, В краю, где не сражаются мужчины, Где властно беззащитное добро. Где кроткого достоинства полны Прекрасных женщин ласковые лица… Мне этот край до смерти будет сниться, Край тишины, священной тишины. Я не устану день и ночь шагать, Не замечая голода и жажды. Я так хочу прийти туда однажды - И ножны ремешком перевязать. Но долог путь, и яростны враги, И только сила силу остановит. Как в Тишину войти по лужам крови, Меча не выпуская из руки?..

3. КУПЕЦ ЕДЕТ В ГОРОД

Торговец Фитела вел свой род из береговых сегванов. Это был стройный чернобородый мужчина с умным, тонким лицом и холеными пальцами, привыкшими к перу и чернилам. Восемь телег, нагруженных его товарами, въехали на подворье Айр-Донна, как и было обещано, утром следующего дня. Рядом с телегами ехала на низкорослых выносливых лошадках охрана – четырнадцать молодцов один к одному. Пересчитав их, Волкодав опечалился и с упавшим сердцем подумал, что Фителу будет ой как непросто уговорить взять еще одного. Сегваны крепко уважали число семь, это он знал. И уж кому держаться счастливых чисел, как не купцу!

Тем не менее Волкодав должен был попробовать. И не просто попробовать, а добиться своего.

Он подошел к Фителе, когда тот покончил с завтраком и, откинувшись спиной к скобленым бревнам стены, с удовольствием смаковал саккаремское вино, выставленное для дорогого гостя Айр-Донном.

– Легких дорог тебе, почтеннейший Фитела, – поздоровался Волкодав.

– И тебе добро, сын славной матери, – учтиво ответил купец. У сегванов род числили по отцу, но Фитела знал, как разговаривать с венном.

– Люди передают, – сказал Волкодав, – будто в здешних лесах опять неспокойно.

Черные волосы Фителы стягивал тонкий серебряный обруч, посередине лба в этот обруч был вделан небольшой изумруд. Изумруд заискрился, когда Фитела покачал головой:

– Я не нанимаю новых охранников в десяти днях пути до Галирада.

Волкодав улыбнулся:

– Мудрейший Храмн не советовал снимать кольчугу тотчас после сражения. Мало ли какой враг таится в кустах.

Если Фитела повторит свой отказ, останется только уйти. Но сегван посмотрел на него с пробудившимся любопытством.

– Мудрость Храмна превыше скромного разумения смертных, – сказал он и отпил вина. – Возможно, ты и прав. Однако я почему-то не вижу при тебе оружия, подобающего наемнику, а мои люди не заметили в стойле боевого коня.

– Я надеюсь, что оружие и коня дашь мне ты, – невозмутимо проговорил Волкодав. – И еще мне понадобится место на телеге: со мной молодая девушка и больной друг.

– Вот это да! – восхитился Фитела и поставил кубок на стол. Двое охранников, молодой и постарше, сидевшие поблизости за пивом, дружно расхохотались. – И все-таки, – продолжал купец, – что-то я никак не пойму, зачем бы мне платить лишнему воину, венн.

Волкодав пожал плечами:

– Если я лишний, прикажи тем, кому ты платишь, выкинуть меня отсюда.

Это была испытанная уловка, срабатывавшая до сих пор безотказно. Двое, потягивавшие пиво, были явно не из худших в отряде, иначе навряд ли они бы сидели подле купца. Оба носили волосы связанными в пышный хвост на затылке. Островные сегваны, определил Волкодав. Краем глаза он перехватил озабоченный взгляд Айр-Донна. Корчмарь уже прикидывал, во что обойдется его заведению молодецкая забава гостей.

– А что ты думаешь, и прикажу, – весело ответил торговец и позвал: – Авдика!

Молодой воин отставил пузатую кружку, взял прислоненное к стенке копье и подошел.

– Да, хозяин?

– Выкинь отсюда этого человека.

– Сейчас. – И Авдика пошел к Волкодаву, держа копье вперед черенком. Если не считать ножа, Волкодав был безоружен. Невелика честь пускать против такого в ход острие. Авдика был моложе венна и несколько меньше ростом, но плечист, крепок и явно не новичок в драке. – Давай-ка отсюда! – сказал он и замахнулся.