Воля Ауле

– Кто здесь? – громко спросил Дори, схватив топор наперевес. Судя по очертаниям, из темноты надвигался кто-то очень крупный. Он фыркнул. Дори пробрал холодок. По тяжёлой поступи и гулкому рыку, на него двигался медведь. Притом очень крупный.

Дори уже собирался поднять весь лагерь, как послышался глухой низкий голос:

– Тише! Я не причиню вам вреда!

Силуэт приближался, и, когда он вступил в круг света, это вдруг оказался крупный человек в тунике из шерсти, с плащом на плечах. Он остановился и поднял левую руку.

– Я пришёл с миром, – негромко сказал он. – Не бойся, Дори сын Оина. Я не причиню тебе вреда.

– Откуда ты знаешь моё имя, и кто ты? – гном был обескуражен.

Вместо ответа пришелец кивнул на костёр.

– Я Фрам, местный житель. Я присяду?

Дори кивнул в ответ, но топор не опускал. Нежданный гость присел к костру и вытянул руки. Дори тихонько подсел напротив, не сводя глаз с пришельца.

– Я и мои сородичи живут в этих местах, рядом со скалой Каррок очень давно – он кивнул куда-то за спину. – К сожалению, в последние годы опять появились орки и гоблины, которые стали озоровать. Раньше их легко можно было напугать и отогнать. Но нынче они стали как-то злее. Как будто их что-то гонит. Говорят, у них появился какой-то предводитель. Жестокий и умный вождь, который не щадит ни своих, ни чужих. – Фрам промолчал. – Вижу, что ты гном. Остальные твои спутники тоже гномы? Что вы здесь делаете?

– Мы идём из Эребора в Морию. Говорят, там сейчас для гномов есть чем заняться.

– Ааа… – протянул беорнинг. – Это хорошо. Предки говорят, что гномы сейчас разобщены, у вас нет единства. Но в вас есть сила, и эта сила скоро явится миру.

– Предки? – не понял Дори.

Фрам посмотрел на гнома, как на человека, который впервые услышал о каких-то очевидных вещах. Потом, опять устремив взор на костёр, продолжил. Речь его была неторопливой, размеренной:

– Я один из тех, кто хранит искусство предков. Мы можем общаться с природой и духами. От птиц я узнал, что вы идёте с севера на юг.

– А как же другие беорнинги? Они не владеют искусством предков?

Фрам отрицательно покачал головой.

– Нет. Они заперлись в своих городах и сёлах и совсем забыли традиции. Не думаю, что кто-то из них ещё помнит искусство предков и может становиться медведем.

Дори ошарашено покачал головой. Значит, не зря ему сначала показалось, что на него двигается крупный зверь.

Они ещё посидели молча. Затем Фрам поднялся и сказал Дори:

– Ну, мне пора. До первых городов можете идти спокойно – орки вас не тронут. Удачи, Дори, сын Оина!

Беорнинг скрылся во тьме, а гном, открыв рот от удивления ещё долго смотрел ему вслед.

Из этого ступора его вывел шёпот:

– Эй! Ты чего, остолбенел, что ли? – это был Фраин, который высунулся из палатки.

– Что? – встрепенулся гном. – Ты тоже это видел?

Фраин утвердительно покачал головой.

– Ну, дела… – протянул Дори. – А чего не сказал ничего?

Тот пожал плечами.

– Да я смотрю – вроде как ничего серьёзного. Послушал, о чём вы говорили.

– А ты сначала слышал?

– Нет, – покачал головой Фраин. – С того момент, где этот… ну… человек говорил, что нынешние беорнинги не умеют в медведей превращаться.

– Хорошо, – кивнул Дори. – Тогда завтра подтвердишь мои слова, идёт?

У Фраина округлились глаза.

– Да тебя Брог вздует за то, что ты тревогу не поднял! Одумайся! А вместе с тобой – и меня!

– Ну вздует, так вздует. Если что – вали всё на меня.

– Ну, дурак… – покачал Фраин головой и полез обратно в палатку.

Наутро перед отъездом Дори подошёл к Брогу.

– Чего тебе? – хмуро спросил купец. К долгим разговорам он явно не был настроен.

– Ночью, когда я был в дозоре, приходил один беорнинг…

Брог напрягся.

– И чего он хотел?

Вокруг начали толпиться гномы. Дори осмотрелся и сказал чуть громче, чтобы его было слышно.

– Сказал, что его зовут Фрам. Он из рода древних беорнингов, которые ещё умеют оборачиваться медведями…

– Чего?? – повысил голос Брог. – Ты пустил к нам оборотня? Ты в своём уме?! Да он бы нас всех мог порешать, а ты с ним вот так просто разговаривал! Может, нам теперь с каждым встречным-поперечным разговаривать?

Тут вовремя подоспел Грор.

– Подожди, Брог… – начал он, но купец перекинулся и на него:

– Что, будешь его прикрывать? Может, вместо него будешь стоят в дозоре? – и обратился уже ко всем. – Чтобы его одного больше в дозор не пускали! Всем ясно? А теперь поехали!

Дори очень расстроился. Он думал, что поступил по совести, но, похоже, в этот раз, она подвела его. Некоторые гномы качал головами, кто-то никак не отреагировал. Грор положил ему руку на плечо, и они пошли к повозке. Арбалетчик спросил:

– С одной стороны, ты должен понимать, что Брог чуть что – паникует, такой уж он гном, с этим ничего не поделаешь. Другой реакции и не следовало ожидать. С другой стороны, его можно понять – он отвечает за товар, что везёт, в какой-то мере, даже за нас.

Дори хмуро пожал плечами.

– Но может и хорошо, что всё так произошло, – продолжил Грор. – Оборотни, да ещё и медведи – страшные враги. Так просто он бы не стал нападать, но, если бы мы все сбежались, и стали бы в него своими копьями тыкать, он бы нас как котят раскидал, помяни моё слово… А о чём вы там говорили? Как говоришь, его зовут?

– Фрам. Он сказал, что он из рода беорнингов, которые ещё умеют оборачиваться медведями, разговаривать с предками и животными. Сказал, что он и его предки давно живут в долине скалы… Кар… Кар… забыл.

– Ага, понял, – кивнул головой Грор. – Это всё?

– Нет. Он сказал, что орки сейчас чаще стали заходить в эти места. Ещё сказал, что предки ему сказали, мол, гномы сейчас разобщены, но в них есть сила, которая скоро явится. И ещё сказал, что до первых городов можем идти спокойно, никто нас не тронет.

Грор улыбнулся.

– Ну вот видишь? Всё не так плохо!

Дори по-прежнему угрюмо пожал плечами.

– Ну да…

– Ну, ты поступил честно, но всё-таки безрассудно. В следующий раз просто подумай о последствиях. И, если что – зови меня на помощь, понял?

Дори кивнул. Грор понизил голос:

– Ты один его видел?

Дори также приглушённо ответил:

– Нет. Ещё Фраин.

– Ну вот и хорошо. С Фраином я ещё поговорю, а ты полезай в повозку.

Караван двинулся дальше. С тех пор Дори старался особо не «светиться» и мало разговаривал. Некоторые гномы косо поглядывали на него, но открыто никто не предъявлял претензий. Только Ори и Грор, казалось, по-прежнему были веселы, курили табак и иногда пели песни.