Воля и разум

– Нет, нельзя. Мне интересно, чем ты мотивировалась?

Блин, сегодня, что все решили у меня, так или иначе, в мозгах покопаться. Что за минутки психологических консультаций.

– Молчишь?
– продолжала Ёжка, - Юпитер, ты сердишься, значит, ты не прав.

– Это не у вас в голове будут зачистку проводить.

– Но ведь ты сама согласилась.

– Я накосячила, мне и расплачиваться, - подвела итог я. Разговаривать на эту тему мне больше не хотелось. Тем более, что мы наконец- то вышли из леса.

Не знаю, чего Ёжка добивалась своими разговорами, но мне почему- то стало легче. Наверное, смирилась - подумаешь, сотрут денек из жизни. И вообще, я себя на лицемерии словила - значит ради блага Кассандры, решила, что ей можно что- то подкорректировать, а как себе, так вон как артачусь. Какое задание - такая и оплата. Все законно и справедливо.

И вообще, о чем я только думала, когда решила к менталисту обратиться.

Если меня так легко прочесть, то, как вообще я смогу прятаться всю жизнь? Радует, хотя бы то, что «таких талантов» как Оксанка - один на пару миллионов. Шансы с таким встретиться минимальны.

– Но ты же встретила, - ехидненько мелькает мысль, - У тебя в последнее время, вообще везение влипать в неприятности. Такими темпами, можно еще на кого- нибудь редкого напороться. Сегодня, например, всуе, драконов упоминала. Готовься, скоро прилетят.

Подумала, и усмехнулась. Хоть, в чем- то я могла быть уверена стопроцентно - драконов нет точно. Уж кого- кого, а их фанатики- ученые, археологи искали не один десяток лет. В конце концов, пришли к выводу, что дракон это - собирательный образ динозавра, на этом и сошлись.

Ну а что, вполне похож. Чем птеродактиль - не дракон, только, что огнем не дышит.

Впереди показался домик Матрены, я неосознанно ускорила шаг. Вожделенное тепло манило, а желание переодеться в сухую одежду сводило с ума. Конечно, у меня была идея сотворить мыслеобраз шубки или грелки, но что- то меня останавливало. Может бесполезность усилий перед идущим непрекращающимся дождем. А может глупая наивность, которая все еще надеялась собраться с силами и выставить блок против телепатки- Оксанки.

В деревне было намного светлей, чем в кромешном лесу, поэтому я с удивлением заметила огромную серую тень в небе, которая парила над домом бабушки. Размеры силуэта поражали, такое днем увидишь, заикаться начнешь. Не каждый день, воочию удаётся полюбоваться полетом совы с размахом крыльев в четыре метра.

– Ну, что Василиса, с богом?
– почему- то спросила бабуся.

– Какая странная фраза для ободрения боевого духа.

– Не наешься, не налижешься. Нечего оттягивать. Пошли сдаваться совушке.

Ну а другого и не остается. Набрать полную грудь воздуха и идти навстречу приключениям.

***

Голова раскалывалась.

Кажется, еще мгновение и она разлетится на миллион мельчайших осколков. Не хуже любого зеркала.

Ощущения, будто в мозг впились сотни острых иголок и стекляшек. Примочки Матрены уже не помогали, может потому, что отвар, которым они были пропитаны, высох, а может организм уже привык к этому методу лечения, и решил, что ему требуется что- то позабористей.

Анальгин, цитрамон поглощаемые в лошадиных дозах уже не помогали.

Даша металась по кровати в попытках справиться с невероятной головной болью. Хотелось кричать, но сильная девушка не позволяла себе такой слабости. Беззвучно кусала подушку и комкала простынь.

Наверное, в этот момент где- то в столице генерал Разумов удивлялся, почему кукла сгорает так быстро, для него жизнь какой- то абстрактной Даши Зубовой ничего не означала. А вот сама девушка очень хотела жить.

– Рак у мамы тоже так начинался, - плыли в полузабытьи мрачные мысли, - головная боль и провалы в памяти, а потом стало невыносимо. Но она же терпела, никому не говорила, держалась...И мне надо держаться. Если я сейчас расклеюсь, то ей никто не поможет.

– А если ты помрешь, то ей никто точно не поможет, - вдруг мелькнула в голове чья- то чужая мысль, заставив Дашу вздрогнуть.

– Кто ты?

– Твой здравый смысл. С которым ты почему- то отказываешься дружить.

– Интересно это нормально разговаривать самой с собой, или так начинаются галлюцинации?

– В точку, деточка. А помереть в двадцать лет от головной боли это отличная идея?

– Лучше средство подскажи от головы, я же орать сейчас от боли начну.

– Топор!

– Старая и несмешная шутка.

– К врачу идти надо или на плаху. Одно из двух, что- то точно поможет.

– Заткнись!!!

– Тогда к Матрене иди, она как раз дома. Даже странно, что не спит. Слышишь, как шуршит по дому, разговаривает с кем- то.

Отвлёкшись от мысленного диалога, Даша прислушалась к окружающим звукам. В доме действительно кто- то довольно громко разговаривал. Причем, что их было трое. Бабусю и Лиссу девушка узнала, а вот третий был ей незнаком.

– Да иди ты уже. Че лежишь как труп в морге? - подгонял внутренний чужой голос, - Таблетку попросишь или примочку новую.

Издав тяжелый вздох, Даша медленно поднялась с кровати. Ноги еле держали, голова закружилась, в глазах потемнело. В ушах стоял противный шум, будто кто- то колотил камнем по металлическим литаврам. Ища дополнительную опору, девушка оперлась плечом о ближайшую стену, и таким нехитрым образом медленно продвигалась к выходу.

В комнате было темно, поэтому открыв дверь в коридор, Даша не выдержала и вскрикнула от яркой рези в глазах, которую вызвала тусклая еле теплящаяся лампочка.

– Интересно, а умирать это больно?
– мелькнуло в голове.

– Если не будешь сопротивляться, то вполне приятно, – почему- то ответил голос, и словно осекшись, решил перевести тему.
– И вообще тебе еще триста лет жить, шуруй к Матрене. Она поможет.

Доверившись голосу, девушка послушно шла на голоса, звучавшие на кухне. Бабуся, мудрая, она поможет и снимет эту адскую боль, разрывающую сознание.