Воля рода

Впрочем, в тот момент я был счастлив.

Кажется, мне что-то говорили, но всё сливалось в монотонный гул. Мне протянули бурдюк с водой, и я жадно в него вцепился, не видя ничего, кроме вожделённой жидкости.

Открыл его трясущимися пальцами с третьей или пятой попытки – кажется, по моим щекам даже покатились слёзы отчаяния, настолько ксурова пробка оказалось тугой!

А ещё, сквозь гул, я отчетливо слышал чей-то смех.

Но мне было плевать. Сорвав, наконец-то, пробку, я припал к бурдюку и не остановился, пока не выпил его весь до дна.

А потом сознание, посчитав, что задача – выжить и добраться до людей – выполнена, просто-напросто отключилось.

* * *

– Подъём!

Очнулся я от… удара сапогом по ребрам.

– Вставай, одевайся и иди к остальным. Не сможешь идти, никто тебя нести не будет, понял?

Жутко хотелось подняться на ноги и выбить парочку зубов разбудившему меня… бедуину.

Вот только… вместо того, чтобы врезать обидчику, я… послушно встал и поднял с песка засаленный балахон.

Какого ксура?!

Нахмурившись, я хотел было откинуть грязную тряпку в сторону, но тело прострелило болью, а руки сами собой потянулись к балахону.

Что за…

– Ха-ха-ха! Что дружок, руки не слушаются?

«Разбудивший» меня бедуин довольно рассмеялся, а я мысленно пообещал себе, что как только разберусь с происходящим, поквитаюсь с этим шутником.

Тело тем временем действовало на автомате – я с омерзением натянул на себя балахон, попутно отметив, что мой мундир куда-то делся, и зашагал к небольшой группке… рабов?

По крайней мере, разодранные, грязные рубахи и сверкающие сталью ошейники говорили именно об этом.

Неужели…

Я потянулся к горлу и нащупал стальную полоску, обтянутую шершавой кожей.

Да ладно!

Каждый раз, читая книгу про попаданцев, я удивлялся, почему главный герой постоянно попадает в рабство.

Для меня, как для жителя двадцать первого века, рабство – это что-то сказочное и фантастическое.

Хотя, я, конечно, не раз читал про похищения людей, которых сажали на наркотики и заставляли впахивать на маковых полях или работать на стройке за еду.

Девушек, к слову, использовали с другой, ещё более мерзкой целью.

Так или иначе, для меня рабство было чем-то грязным, подлым и без-честным. Ну а герои книг, становящиеся рабами, вызывали недоверие и даже снисходительную усмешку.

Ну а сейчас я сам оказался на их месте.

С трудом подавив в себе желание – подойти к бедуину и сломать ему шею, я для начала осмотрелся.

Остановившись рядом с группой измождённых парней, я подавил очередной приступ злости и посмотрел по сторонам.

Полдюжины верблюдов и столько же бедуинов, от одного из которых так и тянет магией.

Бедуины сидели вокруг небольшого костра и энергично работали ложками. От взгляда на них тут же заурчало в животе и захотелось пить.

Расположились они около небольшого шатра под навесом.

Навес держался на четырёх копьях, что тут же навеяло мысли о магии, поскольку копья будто вросли в песок.

Ну и семь рабов.

Два мальчика лет восьми-девяти, и четверо подтянутых парней, примерно моей комплекции, и женщина с потухшим взглядом.

– Всем привет, – вежливо поздоровался я, внимательно рассматривая своих невольных товарищей по несчастью.

Женщина не обратила на меня никакого внимания, а вот остальные отреагировали совершенно по-разному.

Мальчишки скользнули по мне оценивающими и даже колючими взглядами, а вот четвёрка парней заметно удивилась.

– Ого, ты наш, что ли? – почему-то шёпотом поинтересовался самый высокий из них.

– В каком смысле? – не понял я.

– Ну, не форточник, – парень покрутил в воздухе рукой и кивнул на прислушивающихся к разговору мальчишек, – как они.

– С чего ты так решил? – уточнил я, не спеша отвечать на вопрос.

– Ну как, – парень оттянул ошейник и почесал грязную шею, – по-нашему понимаешь. И светляка на тебя тратить не надо.

– Светляка?

– Ну да, – кивнул парень и подозрительно прищурился, – а ты точно из наших?

– Из наших, из наших, – я покивал головой. – Знаешь, как избавиться от этой, – я показал на ошейник, – фигни?

– Точно не наш, – долговязый переглянулся со своими дружками и покачал головой, – повезло тебе.

– Уверен? – я скептически посмотрел на собеседника.

– Форточников стараются не бить и их, бывает, выкупает представитель Цитадели, – терпеливо пояснил долговязый. – Ну а если нас поведут в Город, то есть шанс, что на тебя обратит взгляд Гладиатор или даже Шаман.

– Понятно, – я, честно говоря, мало, что понял, но суть уловил. – А вы?

– А нас продадут, – вздохнул парень. – И очень повезёт, если на каменоломню, а не какому-нибудь извращенцу.

– Вот как, – я оценивающе посмотрел на парней, которые не выглядели слабаками. – А если сбежать?

Один из парней хмыкнул, долговязый грустно улыбнулся, а вот мальчишки явно заинтересовались.

– Ты на ногах-то еле стоишь, – долговязый скептически посмотрел на меня. – А уже бежать собрался.

– Забудь, – к беседе подключился парень с длинным шрамом на правой руке, – пока на нас ошейники – ничего не выйдет.

– Что, совсем никак?

– Это же магические ошейники, – долговязый покачал головой, – к тому…

Договорить он не успел, поскольку раздался резкий свист, и разбудивший меня шутник крикнул:

– Эй, новенький, а ну, иди сюда!

Я сделал вид, что не услышал, но ошейник стиснул мою шею и чуть ли не поволок к шатру.

Клянусь, при первой же возможности я убью этих мерзавцев!

Стоило мне подойти к бедуинам, как шутник тут же приказал:

– На колени!

На колени? Я?! Да ни в жизнь!

Ошейник, словно почувствовав мой настрой, стиснул горло, и я захрипел.

– На колени, я сказал!

К удушью ещё прибавилась сводящая мышцы боль.

Дико хотелось подчиниться и прекратить эту пытку, но я твёрдо решил – лучше умру, чем опущусь перед этими ублюдками на колени!