Восхождение

«Ты просто жалок. Ты ведь знал, что ей могут причинить вред, но ничего не предпринял».

Что ж, он принял это решение, поскольку верил в «Цербер». Верил в те идеалы, за которые они сражались. Конечно, он осознавал всю степень риска, но в то же время понимал, насколько дар Джиллиан важен для выживания всей человеческой расы. Поднявшись на новую ступень в биотических исследованиях и получив в свое распоряжение кого-то обладающего столь удивительным потенциалом, люди могли и в самом деле добиться настоящего превосходства над остальными цивилизациями.

Риск был необходим. Как необходимы были и жертвы. И Невидимка понимал эти прописные истины куда лучше других, поэтому Грейсон и подчинялся его приказам беспрекословно. Впрочем, сегодня утром он никак не мог решить, делает это его патриотом или же обычным трусом.

Но разве это на самом деле не зависит только от того, кто будет писать учебник истории?

Он подошел к видеоэкрану возле дальней стены, протянул руку и нажал кнопку, чтобы проиграть сообщение.

«Мистер Грейсон? Говорит доктор Кали Сандерс из Академии Гриссома».

По умолчанию видеоканал был отключен; агент предпочитал уединение, даруемое исключительно звуковым общением. Но, даже не видя своей собеседницы, он по одним только интонациям понял: что-то и в самом деле случилось. Что-то плохое.

«Даже не знаю, как и сказать вам, мистер Грейсон. Джиллиан отдыхала в лазарете, восстанавливая силы после несчастного случая в кафетерии, когда… Понимаете, мы полагаем, что на ее жизнь покушались. Похоже, доктор Тошива пытался ее убить.

Она жива, — быстро добавила Кали. — Гендель подоспел вовремя. У нее был припадок, но сейчас уже все в порядке. Джиллиан находится под врачебным надзором. Прошу вас, мистер Грейсон, свяжитесь с Академией, как только получите это сообщение».

Раздался щелчок, отмечающий конец записи. Грейсон стоял, не предпринимая никаких действий и не шевелясь. Он просто окаменел, пытаясь осознать все то, что несли за собой услышанные слова. «Похоже, доктор Тошива пытался ее убить».

Связь между Джиро и «Цербером» поддерживалась исключительно через Грейсона; других контактов между ними не существовало, во всяком случае таких, о которых бы ему было известно. Это была стандартная процедура: чем меньше оперативников обладает прямым доступом, тем меньше дыр в безопасности. Кроме того, таким образом, если какой-то из проектов срывался, начальству «Цербера» легче было вычислить виновных и предателей.

Джиро не был настолько глуп, чтобы пытаться подставить Невидимку. А если бы даже и был, убийство Джиллиан нисколько бы ему в этом не помогло.

Объяснение могло быть только одно: новый препарат. Если он вызвал припадки и Джиро застукали за его введением, сотрудники Академии и в самом деле могли подумать, что молодой ученый пытался убить девочку. Но значило ли это, что им удалось схватить Джиро? И если удалось, то что тот успел рассказать?

Агент снова нажал на воспроизведение.

«Мистер Грейсон? Говорит доктор Кали Сандерс из Академии Гриссома. Даже не знаю, как и сказать вам, мистер Грейсон. Джиллиан отдыхала в лазарете, восстанавливая силы после несчастного случая в кафетерии, когда… Понимаете, мы полагаем, что на ее жизнь покушались. Похоже, доктор Тошива пытался ее убить.

Она жива. Гендель подоспел вовремя. У нее был припадок, но сейчас уже все в порядке. Джиллиан находится под врачебным надзором. Прошу вас, мистер Грейсон, свяжитесь с Академией, как только получите это сообщение».

Остальные звонки поступили от начальника службы безопасности. Грейсон не был уверен, имеет ли какое-нибудь значение, что в последний раз с ним пытался связаться другой человек.

«Быть может, Джиро сдал меня? И теперь они готовят ловушку? Выманивают?»

Больше тянуть было нельзя — надо было позвонить. И в этот раз следовало включить и видеоканал. Грейсон быстро оглядел комнату, чтобы убедиться: в поле зрения не попадет ни игла, ни мешочек с красным песком. Затем он посмотрелся в зеркало и увидел там усталого, небритого мужчину с воспаленными глазами. Что ж, если сесть в кресло возле стены, это не будет заметно. Во всяком случае, Грейсон очень на это надеялся.

Удостоверившись, что готов к предстоящему разговору, агент опустился в кресло и набрал номер. Уже пару секунд спустя перед ним возникло изображение Невидимки. Этот человек был просто рожден для экрана: коротко подстриженные, серебрящиеся сединой волосы, обрамляющие идеально симметричное лицо с четко очерченным и гладко выбритым мужественным подбородком и красивым носом.

— А, Грейсон, — вместо приветствия произнес Невидимка мягким голосом.

Если его и удивил тот факт, что его собеседник сидит у дальней стены, вместо того чтобы, как обычно, стоять на расстоянии в шесть-десять футов от экрана, он никак этого не выказал.

— Что-то случилось с Джиллиан, — сказал Грейсон, внимательно следя за выражением лица начальника. Будет ли новой эта информация? Удивится Невидимка или и без того уже все знает? Но, как и всегда, глаза сине-стального цвета ничего не выдавали; лицо главы «Цербера» оставалось непричастной ко всему непроницаемой маской.

— Она здорова? — спросил Невидимка, выказывая лишь незначительный намек на беспокойство. Но эта эмоция вполне могла быть искусственной, проявленной специально, чтобы Грейсон чувствовал себя более комфортно. Начальник мог уже давно знать все подробности о происшествии.

— У нее был припадок. Ее организм не смог справиться с новым препаратом.

— Это слова Джиро? — На лице Невидимки проступила четко отмеренная порция беспокойства и заботы, необходимая, чтобы вопрос не прозвучал бестактно. И вновь Грейсон не мог сказать, насколько эти чувства искренни.

— Мне позвонили из Академии. Джиро раскрыт.

Черты Невидимки исказились, но он настолько быстро возвратил себе привычное невозмутимое выражение, что Грейсону оставалось только гадать, что это было… Гнев? Удивление? Разочарование?

— И много он успел разболтать?

— Точно не знаю. Сообщение поступило поздней ночью. Я позвонил вам сразу же, как только сам его увидел.

— Надо играть до конца, — произнес Невидимка, немного поразмыслив. — Действуй, исходя из предположения, что тебя не разоблачили.

Предположение казалось вполне обоснованным. Хотя Джиро и был новичком в «Цербере» — его завербовали лишь пару лет назад, — но уже знал достаточно много о том, как работает эта организация. Как минимум две вещи должны были гарантировать, что еще какое-то время молодой ученый не станет болтать лишнего: во-первых, верность общему делу, а во-вторых, страх перед неизбежным наказанием со стороны Невидимки.