Воск

Через окно в больничные стены проникал свет мрачного весеннего утра. Пустая палата, незаправленная кровать могли рассказать гораздо больше, чем казалось. Он увидел прозрачное пятно на краю одеяла. Несомненно, это был воск.

В коридоре послышались шаги нескольких человек. Он осторожно посмотрел через мозаичное стекло в двери. Высокий мужчина в дорогом костюме и черных очках проследовал мимо палаты в окружении двух крепких парней с пистолетами. Максим отпрянул от стекла и замер, обдумывая дальнейшие действия. Стянув запачканный пододеяльник, он свернул его в комок и выбежал из палаты.

* * *

Запах крепкого кофе пробудил Лизу, уснувшую в незнакомой постели. Она поднялась и оглядела комнату. Типичное логово холостяка: громадный плазменный телевизор, коллекция виниловых пластинок знаменитых рок-групп и плотные темные шторы на окнах. Страшно было выйти из этой спальни и встретиться с ее обладателем. Сколько он попросит за спасение? И что предпримет, если она не заплатит?

Поправив спутанные волосы, она вошла на кухню. За маленьким столиком с настежь открытым окном, сидел Вадим. Он докуривал сигарету и задумчиво стряхивал тлеющий пепел в хрустальную пепельницу. Девушка присела напротив. Своим резким взглядом он вгонял ее в смущение так, что дрожало все тело. К тому же очень хотелось помыться, но вряд ли он предоставит такую роскошь!

– Ты так и будешь молчать? – нарушил тишину мужчина. – Или объяснишь, зачем тебе понадобилось убегать из больницы?

Лиза отрицательно покачала головой. Она не собиралась делиться своими тайнами. Недавнее время показало, что доверяться людям, а уж тем более первым встречным, большая глупость. Во-первых, начни она рассказывать о своей фантастической особенности, он может посчитать ее сумасшедшей. А во-вторых, что еще хуже, если она представит доказательства этих особенностей, он, так же как и Архипов, может захотеть сдать ее на опыты.

– Отлично, – сказал он, – тогда я звоню в больницу. Они приедут за тобой, и вскоре ты окажешься в своей родной палате.

Убеждая не делать этого, Лиза напомнила о вознаграждении. Заметно смягчившись, Вадим стал рыскать в холодильнике, настаивая на том, что, прежде чем продолжить переговоры, необходимо поесть.

– Не нужно, – неуверенно буркнула Лиза, поглядывая на только что вскипевший электрический чайник. На него было особенно приятно смотреть из-за нежно-зеленого цвета, которым светился его поддон. Буквально через минуту-другую перед ней стояла тарелка яичницы с ветчиной и кружка ароматного кофе. Лиза взялась за вилку и стала ковырять желток.

Вадим закурил. Лиза бросила яичницу и тоже потянулась к пачке. В следующее мгновение сигареты оказались в его руках.

– Ешь! – приказал он. – Мне еще твоих голодных обмороков не хватало. К тому же папирос и так мало.

– Тогда, может быть, я пойду? – сказала она робким голосом.

– А гонорар перечислишь на мою банковскую карточку? – поинтересовался он.

– Я принесу тебе деньги. Или ты можешь заглянуть ко мне вечером. Я напишу адрес, – предложила она.

– И когда я приеду, тебя не окажется дома, – перебил он. – Нет, дорогуша, так не пойдет, – он посмотрел на часы. – Страшно опаздываю. И все из-за тебя.

В этот момент ей очень хотелось, чтобы он перестал пялиться на нее, не скрывая глумливой улыбки.

– Уговор такой, – заметив ее смущение, он развеселился еще больше. – Сиди здесь, пока я не вернусь с работы. Вечером едем за моими деньгами, а затем расходимся в разные стороны.

Чутье подсказывало ему, что, прежде чем выпустить ее из квартиры средь бела дня, необходимо убедиться в безвредности ее побега. Помимо основных опасений им руководило чувство врачебного долга. Он намеревался покопаться в ее медицинской карте и проверить, насколько точно поставлен диагноз и действительно ли проблемная пациентка нуждается в принудительной диагностике. Разумеется, если ее здоровью угрожает опасность, он не позарится ни на какое вознаграждение, и незамедлительно отправит ее обратно в больницу.

Их молчание прервал звонок мобильного телефона. После того как он сказал «алло» и стал слушать голос из трубки, лицо его становилось все серьезнее. Лиза напряглась. Саркастический взгляд странно переменился и тяжело скользнул по ее коже.

– Что ты там натворила? – спросил он, как только закончил говорить по телефону. – Мне велели срочно явиться в отделение.

На миг его лицо совершенно переменилось. Она закрыла глаза, чтобы не сойти с ума от испытанных ей смешанных чувств: страха и чего-то еще, похожего на жгучую страсть. Ведь если бы Дьявол был красив, он бы походил на Вадима в гневе.

Побледневший и рассерженный, будто само зло, он возвышался над ней как цунами. У нее подкосились ноги, и она снова хлопнулась на стул. Но страх сменился удивлением, когда через секунду он снова стал самим собой, холодным и бесстрастным. Только голос все еще выдавал раздражение. Лиза пожала плечами. Она припомнила все детали прошлой ночи так, как они ей виделись, не исключив из цепочки происшествий потасовку с медсестрой.

– Почему ты не сказала раньше, что убегала от Кристины? – Боялась. Ты не видел себя в гневе, а вот мне уже посчастливилось. Не знаю, как описать то чувство, когда ощущаешь себя едой удава, – она осеклась и замолчала.

Он прошелся по комнатам, собирая необходимые вещи: ключи, сигареты, запотевшую от холода банку энергетика. Лиза не поверила глазам: неужели этот человек – доктор!

– Пока я не вернусь, ни шагу отсюда, – она плелась за ним по пятам, выслушивая указания с безучастным выражением лица. Ей не нравилось это, но приходилось мириться с тем фактом, что он – хозяин положения. По крайней мере, это продлится до тех пор, пока она на его территории.

Он ушел. Замок щелкнул снаружи два раза: теперь ей не выбраться, пока он не позволит. Конечно, он будет держать ситуацию под контролем, как любой разумный человек. Ах да! Он сказал, что не доверяет ей. Что ж, у нее тоже нет причин верить ему на слово.

Она постаралась открыть замок. Ничего не вышло. «Замечательно, – подумала она, – я в плену у красавчика-афериста, и впереди целый день тяжкого ожидания, – она прошлась по комнатам еще и еще. – Зато ничего не мешает принять ванну и смыть с себя больничную вонь».

Когда необходимо абстрагироваться

Вадим припарковался у больничных ворот, между двумя полицейскими машинами. Нервическое мигание их маячков подразумевало, что целью визита сотрудников правоохранительных служб был явно не медицинский осмотр. С невозмутимым видом он вышел из своего блестящего лексуса и направился навстречу очередному рабочему дню.

В больничных коридорах витала беззвучная тревога. Все здоровались с ним загадочным тоном и словно опасались нарваться на какой-либо вопрос. Никто из них не раскрывал рта, чтобы не сболтнуть лишнего. Несколько любопытных взглядов сверлили его, пока он не скрылся в дверях ординаторской.

За его рабочим столом, смяв грузным локтем кипу больничных листов, восседал не в меру откормленный человек в форме.

– Вот черт! – выругался Вадим, глядя на погибающую писанину.

– Что вы сказали? – прищурился следователь.