Воскресенье. Книга вторая
Шрифт:
– Да я уже привыкла, – махнув рукой, рассмеялась Рузиля, – дети они еще, я их люблю, как сестер не любила, – тепло сказала девушка, засветились глаза.
– Скучаете?
– Конечно, – вздохнула Рузиля, потрепав косички, – дура я, наверное, сидела бы сейчас дома: в тепле, с сестрами, мужем, эх, – еще раз отчаянно вздохнула она, – только это неправильно же, да?
– Почему же?
– Вот смотрите, – повернулась к Лене Рузиля, – я же комсомолка, должна учиться, а в 20 лет замуж выходить, чему я детей своих научу? Вы хотите есть, Лена? – Неожиданно спросила она.
– Я… – удивленно
– Сейчас, – Рузиля метнулась к куче, где лежали вещи, и вернулась с ароматно пахнущим свертком и черной, кожаной курткой, которую накинула на плечи Лене, – у реки холодно. Вы ешьте, ешьте. Это балеш, я сама делала.
– Господи, как же вкусно, – с набитым ртом оценила Лена, – я криворукая, совсем готовить не умею.
– А, хотите, я вас научу?
– Хочу.
– Хорошо, – радостно закивала Рузиля, Лена слушала ее и улыбалась, глядя в солнечное, круглое лицо татарской девушки, с большими, темными глазами, светившимися огнем и любопытством.
– Ну, вот, а мама говорит замуж надо, замуж надо, а я ей нет, сначала буду учиться, правильно же?
– Ну, да.
– Извините, – поджала губы Рузиля и опустив голову, почесала нос, – я много говорю, просто мне совсем не с кем. Утром на работу, вечером прихожу, вяжу. Сижу, вяжу, – хихикнула она.
– А как же Камиль? – Улыбнулась Лена, склонив голову набок.
– Нет, вы что, он же, уф!
– Ха–ха, какая же вы прелесть! – Рассмеялась Лена, в сердцах обняв девушку.
– Так, дамы, в общем, спим здесь, – подошел к ним Арвид и присел на корточки, – в 6 утра приедет Валдис, кого надо отвезет в Ригу. Договорились?
– Да, – кивнула Лена.
– Смотри, мне в 8 надо на работу. Нет, оставьте, – сказала Рузиля, когда Лена протянула куртку, – у меня кровь горячая, быстрее закипает. Спокойной ночи, Лена.
– Спокойной ночи, Рузиля.
***
С восходом солнца «полуторка» выехала к Риге. Валдис, невысокий брюнет лет 25, проверив сохранность «груза», повел автомобиль к городу.
Лена спросонья видела лишь чистое предрассветное небо – такое голубое, будто на рисунке неизвестного художника. Рядом, склонив голову ей на плечо, тихо дремала Рузиля.
Счастливо вздохнув, Лена сладко чмокнула и закрыла глаза, под убаюкивающий гул подскакивающей на кочках «полуторки».
***
– Ну, заходите, если что–то нужно будет, – сказала уже у порога дома Рузиля.
– И вы заходите, – улыбнулась Лена, обнимая девушку, – просто так заходите. Поболтаем, посплетничаем.
– Нет, лучше вы, я, это, – опустила голову и поджала губы Рузиля, – стесняюсь! – Рассмеялась она. – Может чаю? У меня булочки есть.
– Нет, нет, вам на работу, давайте в другой раз, – ответила Лена, уже поворачиваясь в свою сторону, – рада была с вами познакомиться, Рузиля.
– И я, Лена. Заходите. У меня чай вкусный и книг много интересных.
Лена вдруг замерла на месте.
– Это чего…? – Тихо спросила она.
– Где?
Лена молча кивнула. Ноги замерли, она практически их не чувствовала.
На город, зловеще жужжа, неслось огромное полчище самолетов: их было так много, что они перекрыли горизонт. Железные птицы летели так близко, что Лена уже различала
на серых бортах эмблему свастики.Еще секунду девушки стояли, замерев в нескрываемом ужасе.
–Ложись!!! – Взревела Рузиля, оттолкнув Лену, когда в сантиметре от них прошел фонтанчик пуль, пущенных с самолетов. На город упали первые бомбы, прервав утреннюю тишину.
–Ааа!!! – Закричала Лена, оказавшись посреди улицы. Мимо, одна за другой, скакали автоматные очереди с воздуха – она подняла голову, а они все летели и летели, превращая здания города в труху.
– Лена!!! – Закричала Рузиля, выглядывая из-за угла. – Сюда беги!!! Беги сюда, дура!!! Давай!!!
Но Лена не слышала ее – схватившись за голову, она металась от пуль, истошно крича, пока Рузиля не выскочила на улицу. Под свист выстрелов комсорг схватила девушку в охапку и уволокла за угол.
– Господи, что же это…? – Прошептала Лена пересохшим ртом и, подняв голову, испуганно посмотрела на Рузилю.
– Это война, – спокойно ответила татарка, прикрывая ей глаза.
***
Не помня себя, не замечая ничего вокруг, Лена бежала к дому. Спотыкаясь, падая, вставая, не отряхиваясь от грязи, и снова неслась без оглядки. В глазах застыл ужас, а по щекам катились слезы. Лена не видела людей, которые пережили ту же самую, первую бомбежку, и не знали, боялись подумать, что самолеты еще вернуться, чтобы превратить великолепную Ригу в груду камней.
«Это война…»
Нет, этого не может быть, она, она не готова, она не хочет воевать, ей 20, а Рузиле и другим нет еще и 20, какая тут война…? Она.… Не должна умирать так рано. Так неправильно, черт возьми! Нет, это не война. Не допустят наши врага на свою землю. Нет, нет. Обычное недоразумение.
***
Распахнув дверь, Лена ворвалась в комнату и, схватив чемодан, принялась укладывать в него вещи. Домой хоть пешком, как можно быстрее от этого кошмара.
– Лена, что вы делаете?! – Забежала в комнату Рузиля и вырвала чемодан из рук Лены. – Здесь опасно, нам нужно в подвал!
– Домой, домой, мне нужно домой, – бормотала Лена, возвращая себе чемодан, – я еду в Ленинград.
– Да оставь ты его! Они вернутся! – Вновь схватилась за чемодан Рузиля, но Лена яростно оттолкнула ее так, что комсорг ударилась о шкаф.
– Ребята, вы чего тут?! – Заскочила в комнату Галя, за ней Арвид, Янис, Валдис, Вика и Рая. – Что произошло?! Мы вернулись, а весь город в труху!!!
–Мне нужно в Ленинград, я еду домой, – укладывая вещи в чемодан, бормотала Лена с опустошенным взглядом.
– Мы попали под обстрел, – схватившись за голову, рассказала Рузиля, – у нее, кажется, нервный срыв. Испугалась сильно.
– Обстрел?! Какой обстрел, кто стрелял, зачем, в кого?! – Недоуменно спросила Вика.
– Самолеты. На них свастика. Они и стреляли, – ответила Рузиля.
– Что?! – Поднял брови Арвид. – Но они же наши союзники.
– Лена, – повернула подругу к себе Галя.
– Я еду в Ленинград, я еду домой.
– Лена!
– Галя! – Крикнула Лена, опускаясь и обнимая подругу за колени. – Я не хочу воевать, я же еще жить хочу, я же еще такая молодая, Галя! – Отчаянно рыдала Лена. – Я не хочу, пожалуйста, я хочу домой!!!