Восстание девяти

— С этой штукой что-то не так. Может, он сломанный какой?

Девятый закрывает свой Ларец и протягивает руки к браслету.

— Браслет? — едва дотронувшись до него, он тут же отдергивает руку. — Черт! Током бьется!

— Ну и что мне с ним делать? — Пробую резко встряхивать рукой, надеясь стряхнуть с себя браслет. Берни Косар тянет морду понюхать браслет, но замирает на полпути, резко оборачиваясь на входную дверь. Уши бигля встают торчком, а шерсть на загривке поднимается дыбом.

Здесь кто-то есть, говорит он. Переглянувшись, мы с Девятым начинаем медленно отступать вглубь комнаты, подальше от входной двери. Мы были настолько поглощены изучением содержимого наших Ларцов и разговорами через макромир, что потеряли бдительность и не контролировали обстановку вокруг дома. Внезапно входная дверь слетает с петель. В окна летят дымовые гранаты. Осколки стекла летят во все стороны. Я хочу вступить в бой, но боль от браслета настолько невыносима, что я не могу сдвинуться с места и падаю на колени. Комнату озаряет зеленая вспышка, и Девятый кричит от боли. Он падает рядом со мной. Я и раньше видел такие зеленые вспышки. Могадорские пушки я не спутаю ни с чем.

Глава 7

Кругом свистят пули, взрывая рядом с нами землю. Мы с Эллой укрываемся за останками одного из грузовиков. Кажется, будто пули летят со всех сторон. Эллу подстрелили. А из-за поднятой взрывами пылищи, я даже не могу осмотреть ее рану. Осторожно ощупываю девочку, пока не натыкаюсь на липкую кровь и пулевое отверстие в нижней части бедра. Мое прикосновение вызывает у нее крик боли.

Самым успокаивающим голосом, на который только способна в подобных обстоятельствах, говорю: — Все будет хорошо. Марина тебе поможет. Только надо ее найти. — Беру Эллу на руки и, прикрывая собой, бережно уношу от грузовика. Я едва не пробегаю мимо Марины с Крейтоном, которые скрючились за другой кучей обломков.

— Скорей! Эллу ранили! Нужно сматываться!

— Огонь слишком сильный. Нас нашпигуют пулями, едва мы выбежим из укрытия. Давай сперва подлечим Эллу, а уж потом будем отбиваться, — говорит Крейтон.

Кладу Эллу перед Мариной. На девочке все еще одеты очки. Сейчас я ясно вижу ее рану, она сильно кровоточит. Марина кладет руки на ногу Эллы и закрывает глаза. Элла судорожно вздыхает и начинает часто дышать. Удивительно видеть Наследие Марины в действии. Рядом снова гремит взрыв, и нас осыпает пылью. Мышцы вокруг раны сокращаются, выталкивая пулю из тела. Черно-красная рана затягивается, и на ее месте появляется жемчужно-кремовая кожа. Очертания небольшой косточки под кожей чуть смещаются, становясь на прежнее место, и тело Эллы медленно расслабляется.

Я похлопываю Марину по плечу и с облегчением говорю: — Марина, это было впечатляюще.

— Спасибо. Сама балдею. — Марина убирает руки, и Элла, осторожно поднимается на локтях. Крейтон заключает ее в объятия.

Над нами с ревом пролетает вертолет, уничтожая еще два грузовика пулеметной очередью. Дымящийся металлический осколок, врезается в землю рядом со мной; это дверь от грузовика, на ней все еще видна восьмерка. Вид этой цифры наполняет меня гневом. Уж теперь-то, когда Элла исцелилась, я готова дать отпор.

— Давайте им уже наваляем! — кричу я Крейтону.

— Это могадорцы? — спрашивает Марина, со щелчком закрывая Ларец.

Крейтон выглядывает из-за обломков, за которыми мы прячемся, и говорит: — Это не моги. Но нападающих немало, и они приближаются. Можем сразиться с ними и здесь, но горы предпочтительней. Кем бы ни были эти ребята, если они здесь не по нашу душу, а воюют с капитаном Шарма, то не вижу смысла раньше времени показывать им, на что мы способны.

Позади гремит очередной взрыв, и нас накрывает новым облаком пыли. На моих глазах вертолет разворачивается, вновь заходя на атаку. Мы переглядываемся с Мариной, явно думая об одном и том же: просьба Крейтона не пользоваться нашими Наследиями — невыполнима, мы не можем сидеть сложа руки. Марина захватывает управление вертолетом и меняет траекторию его полета. Пилоты никогда не поймут, что произошло, зато мы от них избавимся. Неважно, кто внутри, зачем понапрасну подвергать людей опасности. Вращающиеся лопасти вертолета исчезают вдали, и мы с Эллой облегченно выдыхаем, в то время, как Крейтон взирает на это хмуро. Вдруг за наше укрытие ныряет капитан Шарма.

— Слава Богу, вы живы, — говорит он. Хочу ответить ему тем же. Я думала, он погиб еще при первом взрыве. Из глубокого пореза на виске у него течет кровь, а рука висит под неестественным углом.

— А разве это не ваших рук дело? — интересуюсь я, свирепо глядя на него.

Он качает головой.

— Это солдаты Фронта Господнего Сопротивления. Мы уже давно не в ладах.

— Чего им надо? — спрашиваю я.

Капитан Шарма осматривает горизонт, а затем встречается со мною взглядом.

— Убить Вишну. И уничтожить всех его друзей. Подобных ему. Тех, кто стоит у них на пути.

Припав к земле, осторожно выглядываю из-за обломков грузовика. В нашу сторону движется внушительная группа мощно вооруженной техники, несколько вертолётов прикрывает ее сверху. По вытянутой в длинную линию колонне проносятся крошечные огоньки, и через миг вокруг нас начинают свистеть пули.

— Давайте зададим им жару, — говорю я.

— Здесь нам их не победить, — возражает капитан Шарма, поднимая пулемет здоровой рукой. — Моих людей осталось не больше двадцати. Шанс выжить у нас будет только в горах.

— Да просто дайте мне с ними разобраться, — настаиваю я.

— Шестая, не гони, — говорит Крейтон, подхватывая Ларец Марины. — Капитан прав. В горах легче спрятаться. Наваляешь им там, не хуже, чем здесь. Только там это будет не так явно, лишнее внимание нам ни к чему. Мы же не хотим привлечь сюда могов? Марина накрывает мою руку своей.

— Крейтон дело говорит. Будем умнее. Не стоит нам светиться еще больше.

— Моги? — удивленно спрашивает капитан Шарма. Нужно быть осторожнее в его присутствии.

Прежде, чем кто-то успевает ему ответить, мимо нас проносятся два низколетящих вертолета, осыпая все градом пуль. Несколько солдат капитана падают замертво, а их оружие разносит на бесполезные куски металла. Если мы хотим бежать, то надо это делать прямо сейчас или будет поздно. Хватаю телекинезом хвост одного из вертолетов и наклоняю его носом вниз. Напоминает родео: как лошадь брыкается, чтобы скинуть всадника, так и пилот отчаянно борется, пытаясь выровнять взбрыкнувший вертолет. Мы наблюдаем, как пилот особенно сильно дергает на себя штурвал, отчего двое мужчин вываливаются прямо из кабины. Они были не высоко, так что падение не должно им повредить... сильно. Бросив взгляд на уцелевшие внедорожники из колонны капитана Шарма, я замечаю, что у одной из машин все еще пыхтит выхлопная труба. Джип не заглушили!

— Бежим! Живо! — кричу я.

Все бросаются вон из укрытия; капитан Шарма на ходу кричит остаткам своих людей, чтоб отступали. Их отряд менее чем в ста метрах от нас. Чувствую, как одна из пуль просвистывает в волосах, другая навылет проходит через предплечье, но не успеваю я вскрикнуть, как рядом появляется Марина, и прямо на бегу прикладывает свои ледяные руки к моей ране. Все, за исключением одного, солдаты капитана выполняют его приказ об отступлении. А не подчинившийся солдат бежит вместе с нами.