Восстание девяти

— Гм, Джонни? — говорит Девятый. — Не одолжили ли они, случайно, вертолет, чтобы добраться сюда. Это они?

— Черт, — говорю я. Берни Косар прыгает ко мне на колени, положив передние лапы на дверь, чтобы смотреть в окно. Мы втроем наблюдаем, как несколько вертолетов появляются в небе над туманным горизонтом. Группа вертолетов направляется в нашу сторону и зависает прямо над нами. Я сосредоточиваю свой разум на одном из передних и отправляю его по спирали назад туда, откуда он появился. Затем я кидаю его вниз, достаточно жестко, чтобы он не имел возможности в ближайшем будущем подняться снова.

— Это должно быть федералы. Они мне действуют на нервы почти так же сильно, как и Могадорцы. Они выслеживали нас и увидели твои лучи! — кричит Девятый. На капоте машины появляется орудийная башенка. Девятый целится, затем дает предупредительные выстрелы то слева, то справа от вертолетов, из числа оставшихся. Только он прекращает стрельбу, как те опускаются, зависая над нами. Я намереваюсь избавиться от другого вертолета с помощью моего телекинеза, когда раздается визг Девятого.

— Посмотри на дорогу, — говорит он.

Я посмотрел налево и замечаю огромное облако пыли из-под колес длинной вереницы черных автомобилей. Берни Косар лает и царапает двери. Я открываю их, он превращается в огромного ястреба и поднимается в небо. Я подбегаю к багажнику нашего автомобиля и открываю его ударом своего кулака. Я раскрываю одну из наших туристических сумок и вытаскиваю четыре автоматические винтовки, поставив две из них рядом с дверью Девятого. Стрельба уже ведется из далеких пока транспортных средств, и я взбираюсь на крышу автомобиля и прицеливаюсь, в то время как Девятый продолжает разбираться с подходящими вертолетами. Краем глаза я вижу, как Берни Косар пикирует на вертолет. Он хватает одного из пилотов когтями, тянет его, разрывая ремень безопасности на его сиденье своим мощным клювом, и выдергивает его. Когда пилот беспомощно повисает в воздухе, Берни Косар роняет его вниз на песок. Его вертолет падает и от удара взрывается клубом огня. Караван черных автомобилей огибает груду обломков, а я продолжаю стрелять из двух моих винтовок, повреждая передние шины двух первых автомобилей. Это колонну не остановит, но, по крайней мере, задержит их.

Остальные вертолеты, широко рассредоточившись в небе, заходят на нас с разных сторон. Столбы взрывов окружают нас. Один вертолет пролетает прямо над головой, и я скатываюсь с крыши, уходя от его огня.

Изо всех сил стремлюсь я очистить свое сознание. Это трудно сделать, но я уже достаточно приобрел необходимых навыков, чтобы создать в своей голове условия для общения. Я делаю несколько глубоких вдохов и успокаиваю свой разум.

— Номер Десять? Где вы находитесь? Нас атакуют.

— Я слышу, — как говорит она. — Мы идем. — В ее мыслях чувствуется невозмутимость при нашем критическом положении. Хорошо, что можно слышать их и чувствовать, зная, что другие спешат тебе на помощь.

Я обегаю вокруг машины и вижу, как два черных вертолета с левой стороны от группы развернулись и в обратном направлении, выпуская ракету за ракетой в новые цели. Это должно быть они! Я сумел перенаправить только три ракеты, а кто-то другой отклоняет остальные.

— Десятая и остальные уже почти здесь! — кричу я Девятому в водительское окно. В следующее мгновение орудийная башня, которая, как я знаю, находится на капоте машины, взрывается, посылая над моей головой осколки горячего металла. Я скатываются с крыши автомобиля, так как и ее раскроили пополам новым градом пуль.

Девятый выскакивает из машины и хватает две винтовки, которые я поставил в песок у его двери.

— Похоже, мы дорвались до настоящей войны. Я ждал этого всю свою жизнь.

Вертолеты летят назад и становятся в линию над дальними автомобилями, образуя единый фронт. Девятый поднимает свою ладонь, и ведущий черный грузовик внезапно взмывает в воздух как космический челнок. Девятый переворачивает руку, и машина падает обратно вниз. Можно слышать, как кричат люди недалеко от того места, где мы находимся. Машина зависает в воздухе прямо перед самым ударом о землю, а затем грузно ложится вниз. Мы следим за мужчинами, которые выбираются из-под машины на дрожащих ногах, не зная куда деваться. На звук удара Берни Косар, по-прежнему в форме ястреба, пикирует, опускаясь на дорогу за покореженным автомобилем, и превращается в зверя. Замыкающие грузовики сворачивают в сторону пустыни, чтобы избежать встречи с ним, другие бестолково мечутся вокруг. Берни Косар ревет.

Девятый бросается на заднее сиденье автомобиля и выбрасывает в песок наши Ларцы. Открыв свой, он вытаскивает цепочку зеленых камней и серебряный посох, и, возвращаясь к битве, кричит мне:

— Ты ждешь остальных. Берни Косар и я скоро вернемся!

Я кричу ему в след:

— Смотри, не веселись слишком долго! И убедись, что не взорвал вход на военную базу!

Передо мной маячит вертолет, чутьем я уловил момент, когда надо отскочить в сторону, но в то же самое время, что-то обожгло мою левую ногу. Я падаю вниз головой в песок, ослепленный болью. Это ощущение мне слишком хорошо знакомо, и я катаюсь по земле, крича во все горло. Я знаю, что это значит. Жгучий шрам у меня на ноге. Другой член Гвардии мертв.

Все меркнет перед глазами. Мысль, что еще один из нас умирает, захватывает меня целиком, я настолько парализован горем, так глубоко ощущаю потерю, как будто зарываюсь в песок. На одного солдата меньше, чтобы возвратить Лориен, одним солдатом меньше, чтобы сражаться, чтобы спасти Землю и все живое на ней. Две ракеты врезаются в нашу машину, разрывая ее на куски.

Пули свинцовым дождем льют на меня, и, как раз вовремя мой браслет расширяется, превращаясь в щит. Слабое утешение, что мое Наследие настраивается на опасности, с которыми мне приходится сталкиваться — хотя я не знаю, почему оно не защитило меня от первого огневого штурма. Пули ложатся тесно и стрельба не прекращается. Когда мне, наконец, удалось увидеть новый шрам вокруг своей лодыжки, я был шокирован, увидев вместо шрама два зияющих пулевых отверстия. Я не знаю, возможно ли быть более счастливым, узнав, что ты ранен и рана кровоточит. Я настолько рад, что это не еще один шрам, что я даже не замечаю, что руки мои в крови. Когда удалось остановить кровотечение, я заметил, что в пустыне повисла странная тишина. Мой щит вновь становится браслетом.

Я перевернулся и посмотрел вверх. Надо мной стоят три подростка. Высокий смуглый мальчик с вьющимися черными волосами, и две девушки, держащие в руках Ларцы. Я немедленно признаю мальчика из своего видения. Он улыбается и кивает, говоря:

— Рад видеть тебя снова, номер Четыре. Я — Восьмой.

Прежде чем я успеваю что-либо ответить, он исчезает.

Одна из девушек низкого роста, с золотисто-каштановыми волосами и тонкими чертами лица. Она выглядит не старше двенадцати лет, и я знаю, что это должно быть Номер Десять, Гвардеец со второго корабля. Она опускает Ларец и преклоняет колени передо мной. Другой член Гвардии, высокая девушка с длинными до плеч каштановыми волосами, устанавливает свой Ларец рядом с первым и, не говоря ни слова, опускается на колени рядом со мной, она кладет обе руки на мои раны. Сильный холод охватывает меня, и тело мое конвульсивно дергается на жарком песке пустыни. Я чуть не упал в обморок от боли, когда она вдруг пропала. Я смотрю на свою лодыжку и вижу, что раны мои полностью зажили. Это поразительно. Девушка стоит, предлагает мне руку и помогает стать на ноги.

— Чертовски хорошее наследие ты получила, — все, что я смог сказать.

— Джон Смит. — Широко раскрытыми глазами она смотрит на меня с благоговением, как на знаменитость. — После всего этого времени, я не могу поверить, что ты стоишь здесь передо мной.

Я собрался было ей ответить, но из-за ее плеча я увидал ракеты, летящие в нашу сторону. Я толкаю девчонок на землю, падаю на них сверху, и дюны позади нас извергаются, словно вулкан, вздымая тучу песка высоко над нашими головами. Когда песок оседает, рядом с нами появляется Восьмой.

— У вас все в порядке? Все готовы драться? — говорит он.

— Да, мы в порядке, — говорит высокая девушка, кивая на мою ногу. Десятая сказала, что она была с Седьмой и Восьмым, так что это должно быть Номер Семь. Прежде, чем я успеваю должным образом представиться, Восьмой исчезает во второй раз.

— Он может телепортироваться, — говорит Десятая, улыбаясь моему удивлению. Мне трудно поверить, что, в конце концов, многие из нас вместе. Я улыбаюсь ей в ответ.

Вдалеке, я вновь вижу Восьмого, воюющего вместе с Девятым и Берни Косаром. Они разрушают каждый приближающийся грузовик; переворачивают и приводят в негодность тяжелую военную технику, как дешевые пластмассовые игрушки. Красный посох Девятого вскрывает днище низко летящего вертолета. Восьмой телепортируется возле черного Хаммера и переворачивает его руками. Два вертолета колыхнулись навстречу друг другу и сталкиваются в один огненный шар.