Вот тебе Амина

– Они же бесплатно строить не будут! Им хотя бы налить что-то надо. Ладно, накормить накормим, а где столько арака взять? Об этом ты думала, умница ты моя?

– Думала – тут же ответила «голова».

– И что придумала? – присел Гафур.

Амина не отвечала, обернувшись, она глядела куда-то вдаль. Тут подошёл Анур.

– Брат, я спросить хотел. А как мы дом-то строить будем? Ни ты, ни я не умеем. Помощь нужна ведь.

– Да, я вот тоже говорю. Накормить, напоить надо чем-то работников, – внимательно глядя на Амину, громко сказал Гафур.

– Накормить-то накормил как-нибудь. А напоить – не сможем, – огорченно сказал Анур.

– И я об этом говорю. Не получится! – отвечал Гафур, глядя на жену. – Но вот Амина говорит, что знает, где арака взять. Да, Амина?

– Да, дорогой, – отвечает шепотом его жена, – Только никому не говорите! Вы когда лес рубили, я улей большой видела в лесу. Вот мы его пойдём и собьём и сделаем медовуху. И уж от моей медовухи никто в деревне не откажется, согласны?

Амина засмеялась и захлопала в ладоши как ребенок.

– Умница я, да?

Она смотрела на братьев, которые застыли в изумлении. Непонятно было – рады они были её идее или нет. Первый отозвался Гафур:

– Да, молодец, – похвалил он её.

– А кто пойдёт за улием? – настороженно спросил Анур.

– Конечно, вы. Вместе пойдёте и принесёте, – уверенно сказала Амина. – Я покажу где.

Братья посмотрели друг на друга и громко засмеялись. Они ходили пару раз в своей жизни за диким мёдом. Впечатления остались не самые приятные.

– Мы уже ходили однажды – загадочно сказал Анур.

– Да, – протянул Гафур, – никогда не забуду.

– Вот и славненько, у вас и опыт есть, – обрадовалась Амина.

– Ты нам помогать будешь, – твердо сказал Гафур, – ты очень умная, без тебя не справимся.

Он наблюдал за женой, очень ему было любопытно, как она отреагирует. Амина немного напряглась.

– Ты уверен, дорогой? А вдруг меня пчела укусит? – жалобно она запела.

– Пчела укусит? – засмеялись братья.

– Готовься, что тебя сто пчёл укусит, – сквозь смех крикнул ее муж.

Немного подумав, Амина вздохнула и сказала:

– Ну ладно, пусть укусит, зато свой дом будет.

Братья рассмеялись пуще прежнего, а Амина пошла в дом, рассказать всё маме.

На следующий день они втроём два часа ходила по лесу, и искали тот самый заветный улей, от которого теперь зависело строительство дома.

– Точно на этой стороне видела? – в десятый раз спросил Гафур свою жену.

– Ну да… – неуверенно отвечала Амина, – Там рядом пень был, две березы рядом и липа.

– Слушай, дорогая, тут везде пни, березы да липы. Давай вспоминай уже, где видела? А то без дома останешься! – подшучивал ее муж.

– Сейчас, сейчас! – торопилась Амина и убегала от них немного вперед или в бок куда-нибудь. Потом возвращалась растерянно и снова скрывалась из виду.

– Я вспомнила! Это было три дня назад, – запыхавшись твердила идейный вдохновитель кампании, – надо найти то место, где вы три дня назад рубили лес. Где это было, Гафур?

– Нет, ты такая интересная! Три дня назад! Как мы вспомним, где были? Ты ещё скажи – месяц назад! – пытался сердиться Гафур.

– Любовь моя, ну не сердись. Мы вот с тобой ходим по лесу и ищем улей. И как найдём, так и дом наш построится. Хоть неделю буду ходить, хоть месяц. Все деревья проверю, всё равно найду, и дом построим! – уверенно, держась за руку и вглядываясь в глаза мужа, говорила его Амина. Ну как на неё сердиться, говорит толковые мысли, а смотрит как ребенок. Смешная.

– Ладно, ладно, ищем дальше, – он погладил ее по спине, и она побежала дальше.

В тот день они его так и не нашли. На второй день тоже. На третий моросил дождик, и братья решили не ходить в лес. Но Амина была полна решимости.

– Надо идти! Я точно знаю, осталось только одно место, где я могла его видеть. Надо проверить.

– Нет, сегодня холодно будет в лесу и мокро. Пойдём завтра,– твёрдо сказал Гафур.

– Ну, пожалуйста, только туда и обратно сходим и всё, – умоляла жена.

– Иди сама, если хочешь, я не пойду.

Амина надула губки и вышла во двор. И пошла в лес. Ну да, муж же сам сказал «Иди в лес, если хочешь». А она очень хочет.

В лесу было тепло, сырая погода совсем не чувствовалась. Шум дождя казался волшебным, а лесной аромат становился с каждым шагом всё насыщеннее и вкуснее. Со всех сторон птицы давали о себе знать завораживающими звуками. Амина не чуть не пожалела, что решилась одна на поиски улея, и не спеша ходила между деревьев, разглядывая их макушки. Лес угощал ее ягодами и орешками, развлекал пением птиц, берёг от дождя. Она уже не спешила и в упоении брела туда, куда сами шли ноги. Иногда капельки прилетали к ней, но они были теплые, словно согретые кем-то. Амина остановилась и облокотилась и толстого дуба, чтобы послушать пение дрозда, который запел где-то очень близко. У дуба был выступ словно ступенька и девушка села на нее и оказалась словно в огромном дубовом кресле с подлокотниками и подставкой для ног. Тут же она увидела рядом с собой кустики с земляникой. Не вставая, она наклонилась набрала горсточку. Она сидела на своем «троне» и наслаждалась красотой и гармонией природы, ела ягоды и слушала концерт лесных певцов.

– Как красив мой край! – воскликнула Амина, – Как богат, как чист, как прекрасен!

Она вскочила и распростерла объятия, чтобы обнять эту всю красоту покружилась вокруг себя с открытыми объятиями, словно желая обнять весь лес. Затем она обняла это огромное и широкое дерево, которое гостеприимно ее приняло, прильнула к нему крепко-крепко и поцеловала. Дуб вкусно пах и был таким теплым, уютным. Амина тихо сказала:

– Спасибо, – затем она подняла свои восхищенные глаза и увидела… улей.

– А-а-а! – закричала она от радости. – Нашла, нашла, нашла!

Это был совсем не тот улей, но он был гораздо больше того, который она искала.

– Слава Аллаху! Ура! У нас будет дом! – запрыгала она. Лес вдруг потерял всю свою волшебную атмосферу и превратился в обыкновенный. Пение птиц вдруг перестало быть завораживающим. А завораживающие звуки дождя превратились в шум.

«Куда так резко пропало всё таинство леса? – подумала Амина, – может я своими криками нарушила что-то?». Она ещё раз обняла дуб, теперь от него зависит ее будущий дом. Её мысли теперь были все об улее.

– Как же мне запомнить это место? – стала размышлять она. Она отошла на сто метров от заветного дуба и не найдя ориентиров, вернулась к нему обратно. К дому идти далеко и в этой стороне они редко бывали. Она не знала, как пометить это место. Ни ножечка, ни угля ничего с собой не взяла, чтобы как-то пометить себе дорогу.

– Придётся рвать на кусочки свой лучший платок, – промолвила Амина и села в дубовое «кресло». У неё больше не было платков. Остальные были старые, потрепанные. Теперь ей в них придётся ходить, как бедняжке. Она заплакала. Но вдруг появилось солнце, и лучи ослепили ее, словно подбадривая. Плакать расхотелось.