Вой
Шрифт:
кто исчезал на широких, убогих экранах, растворялся в снах, внезапно будил Манхэттен, вылезал из подвалов, весь пропитанный бессердечным токаем и стальными кошмарами Третьей авеню [18] , и ковылял на биржу труда,
кто целую ночь шатался в ботинках, залитых кровью, по заснеженным докам и ждал, когда Ист-Ривер [19] откроет двери в жарко натопленном доме с грудами опия,
кто создавал великие суицидальные драмы на жилых берегах Гудзона под голубым военным прожектором месяца, и чьи головы навсегда увенчает лавр забвенья,
18
Третья Авеню — улица на Манхэттене; зд.: олицетворение «бетонных джунглей».
19
Ист-Ривер —
кто питался тушеной ягнятиной воображения и переваривал крабов в вонючих канавах Бауэри [20] ,
кто рыдал над городскими романсами, тележками с луком и старой шарманкой,
кто ночевал в картонных ящиках под мостами и настраивал клавесины на чердаках,
кто харкал кровью на шестом этаже гарлемских трущоб, в ореоле туберкулезных огней и оранжевых ящиков богословия,
кто составлял ночами возвышенные заклинания, а наутро, лишь только забрезжит рассвет, понимал, что за чушь написал,
20
Бауэри — улица и район в южном Манхэттене, где расположены дешевые бары и ночлежки; приют «неудачников» и «отщепенцев».
кто готовил завтрак из падали, легких, сердца, ножек, хвостов, борщи и тортильяс, мечтая о чистом вегетарианском царстве,
кто рылся под грузовиками с мясом, силясь найти хоть яичко,
кто выбрасывал с крыши свои часы, голосуя за Вечность вне Времени, и потом будильники падали им на головы десять лет кряду,
кто резал вены три раза подряд, но все три безуспешно, отчаивался и открывал антикварную лавку, где чувствовал себя таким старым и плакал,
сожженные заживо в своей простодушной фланели на Мэдисон-Авеню [21] среди взрывов свинцовых виршей, густого гула железных отрядов моды, нитроглицериновых воплей рекламный фей и горчичного газа хитрющих проныр-издателей, раздавленные бухими такси Абсолютной Реальности,
21
Мэдисон-Авеню — одна из знаменитых фэшенебельных улиц Манхэттена.
кто прыгал с Бруклинского моста [22] (и это сущая правда!), непризнанный и позабытый, навсегда исчезал в Чайна-тауне [23] , в призрачных дымках супов, средь пожарных машин (ну хотя бы бутылочку пива!),
кто отчаянно пел из окна, выпадал из окна вагона метро, прыгал в блевотный Пассеик [24] , набрасывался на нигров, орал на всю улицу, плясал босиком на осколках бокалов, разбивал пластинки с тоскливым немецким джазом 30-х, доглатывал виски и с ревом блевал в окровавленный унитаз, и стоны, которые их оглушали, и оглушительный свист паровозных гудков,
22
Бруклинский мост — знаменитый мост между Манхэттеном и Бруклином.
23
Чайна-таун — китайское гетто в Нью-Йорке.
24
Пассеик — река в штате Нью-Джерси.
кто с ветерком громыхал по дорогам минувшего, чтоб навестить дружка в одиночке Голгофы или само воплощение бирмингемского [25] джаза,
кто мчался проселками четверо суток подряд, чтобы узнать, было ли у тебя виденье и было ли у меня виденье и было ли у него видение Вечности,
кто уехал в Денвер, кто умер в Денвере, кто вернулся в Денвер и напрасно прождал, кто смотрел на Денвер, кто думал, кто мучился в Денвере и все-таки уехал и обрел Время, и Денвер осиротел без своих героев,
25
Бирмингем — город в штате Алабама.
кто стоял на коленях в оглохших соборах и молился о всеобщем спасении, и ничтожный кусочек его души достигал на миг просветленья,
кто бился лбом в тюремные стены и мечтал о немыслимых гангстерах с золотыми мозгами и с искрой божьей в сердцах и посвящал Алькатрасу [26] томные блюзы,
кто свалил в Мексику
и сел на иглу на Скалистые Горы и поклонялся Будде в Танжер к мальчишкам на «Сазерн Пасифик» [27] к черному паровозу в Гарвард к Нарциссу в Вудлон к педикам или в могилу,26
Алькатрас — остров и тюрьма возле Сан-Франциско; в 1930-60-х гг. место «отсидки» особо опасных преступников (в т. ч. знаменитого гангстера Аль Капоне).
27
«Сазерн Пасифик» — трансамериканский экспресс.
кто кричал, что радио всех зомбирует, кого проверяли на дурке, и судили, но отменили решение,
кто швырял картофельным пюре в профессоров, читавших лекции о дадаизме, а потом стоял на гранитных ступенях дурдома, наголо бритый, разглагольствовал о самоубийстве и требовал немедленной лоботомии,
и вместо этого получал бетонный удар инсулина, метразола [28] , электрошока, гидротерапии, психотерапии, трудотерапии, пингпонга и амнезии,
кто, лежа в кататонии, опрокинул один-единственный символический теннисный столик, всерьез протестуя,
28
Метразол — химический препарат, вызывающий судороги.
и через много лет вернулся, теперь уже вправду лысый, в жиденьком парике из крови, пальцев и слез, и влачил остаток бессмысленной жизни в палате восточной психушки,
зловонные коридоры Рокленда [29] , Штата Паломников и Грейстоуна [30] , мечущееся эхо бездомной души, раскачиваясь на полуночной одинокой качалке нежного царства дольменов, жизнь как кошмар наяву, окаменевшее тело, тяжелое, как луна,
мать ***, и последний умопомрачительный том вышвырнут из окна квартиры, последняя дверь закрылась в 4 утра, и последний телефон в ответ размозжился о стену, и из последнего номера вынесли последнюю мебель психики, и бумажная желтая роза висит в туалете на железном крючке, да и это только в воображении, микроскопическая галлюцинация нереальной надежды,
29
Рокленд — город в штате Мэн (Новая Англия).
30
Грейстоун — город в штате Нью-Йорк.
Карл, Карл, пока ты в беде, я тоже в беде, а ты угодил в костедробилку времени,
кто несся по обледенелым улицам, ослепленный внезапной вспышкой алхимии, многозначительным умолчанием, метром, и каталогом, и дребезжащей плоскостью,
кто видел сны и расставлял их образы в разрывах Времени и Пространства, кто заманивал ангелов в силки между образами, кто был заодно с первоглаголами, кто совмещал имена и потоки сознания и подпрыгивал в воздухе, ощущая себя Pater Omnipotens Aeterna Deus,
воссоздавал ритм и синтаксис скупой человеческой прозы и безмолвно стоял, дрожа от стыда, отрицал существованье души, а затем изливал свою душу, стараясь попасть в такт мыслям, бурлившим в его безмерной лысой голове,
безумный бродяга, безвестный битник с ангельскою душой, который надиктовал мне то, что осталось сказать после смерти
и се восстал из праха в призрачном саване джаза, в золотистом сиянье оркестра, и нежно выдул муку голой американской души в рыдающем соло на саксе «или или ламма ламма савахфани» [31] , потрясшем эфир всех городов
31
«Или или ламма ламма савахфани» (евр.) — «Господи, Господи, зачем ты меня оставил?», слова распятого Христа.
абсолютною нотой поэмы жизни, выжатой из их тел, которую слушать и слушать тысячи лет.
Кто ты, сфинкс из бетона и алюминия, взорвавший им черепа и высосавший их мозги и мечты?
Молох! Одиночество! Грязь! Уродство! Помойки и ни шиша в кармане! Дети, плачущие под лестницей! Мальчики, хнычущие в казармах! Старики, всхлипывающие на скамейках!
Молох! Молох! Бредовый Молох! Беспощадный Молох! Сумасшедший Молох! Безжалостный судия людей!
Молох! Мировая тюрьма! Молох! Тюряга с адамовой головой! Собранье скорбей! Молох! Эти здания как приговор! Молох! Гигантский булыжник войны! Молох! Очумевшие политиканы!