Война

"Любой, кто говорит, где он будет через десять лет, — болван", — добавил Трамп. "Мир меняется. У вас будут депрессии. У вас будут рецессии. У вас будут подъемы. Будут спады. Будут войны. Вещи, которые не зависят от вас или, в большинстве случаев, не зависят от людей. Так что вам действительно придется идти на поводу у ударов, и не стоит предсказывать заранее, что вас ждет".

В то время он был почти одержим критическими заголовками новостей о том, что он теряет сделки.

"Вы зарабатываете больше денег как продавец, чем как покупатель", — объяснил Трамп. "Я обнаружил, что быть продавцом сегодня — значит быть неудачником. Психологически. И это неправильно.

"Вот что я вам скажу. Я выбил все дерьмо из парня по имени Мерв Гриффин", — сказал Трамп. Гриффин был ведущим телевизионного ток-шоу и медиамагнатом. "Просто избил его. И, знаете, он пришел — вы говорите о макияже. Он пришел с макияжем и выступал на телевидении, вы знаете, он пришел в мой офис. Он заключил сделку, чтобы купить все, что мне не нужно, в Resorts International", — сказал Трамп. "Я все время говорил ему "нет, нет, нет, нет", а он все поднимал цену, поднимал цену, поднимал цену. И вдруг оказалось, что это невероятная сделка для меня. Невероятная сделка.

"К тому же, — добавил Трамп, — я получил Тадж-Махал, который является абсолютной жемчужиной мировой короны". Он имел в виду казино Taj Mahal в Атлантик-Сити, а не священный мавзолей в Индии.

"Дело в том, что люди считали, что я проиграл", — сказал он. "За последние пять лет в мире сложилось такое настроение, что если вы продаете, то вы проиграли, даже если вы продаете с огромной прибылью".

Я спросил Трампа: "Когда вы встаете утром, что вы читаете? С кем вы разговариваете? Каким источникам информации вы доверяете?

"Многое из этого очень просто", — сказал Трамп. "Я читаю The Wall Street Journal и The New York Times. Я читаю "Пост" и "Ньюс", не столько по делу, сколько для того, чтобы понять, что я живу в городе и знаю, что здесь пишут о городе". New York Post была таблоидом, который почти навязчиво освещал Трампа.

"Я меньше полагаюсь на людей, чем на общий поток информации", — говорит он. "Я также разговариваю с таксистами. Я езжу по городам и говорю: "Что вы думаете об этом? Именно так я купил Мар-а-Лаго. Разговариваю с таксистом и спрашиваю его: "Что интересного во Флориде? Какой самый лучший дом в Палм-Бич?".

"О, самый большой дом — это Мар-а-Лаго", — сказал таксист.

"Я спрашиваю, где она? Отвезите меня сюда". Затем Трамп добавил: "Я был в Палм-Бич, я был в Breakers, и мне было скучно до ужаса".

В итоге Трамп купил Мар-а-Лаго за 7 миллионов долларов.

"Я разговариваю с любым человеком", — сказал он. "Я всегда называю это своим опросом. Люди в шутку говорят мне: ты знаешь, что Трамп будет говорить с кем угодно. И я так и делаю, я разговариваю со строителями и таксистами, и это те люди, с которыми я во многих отношениях лажу лучше всего. Я разговариваю со всеми".

Трамп утверждал, что купил 9,9 процента акций компании Bally Manufacturing, специализирующейся на казино, и за короткий срок заработал 32 миллиона долларов. Затем он заявил, что потратил "около 100 миллионов на покупку акций" Bally, что привело к судебному иску против него. Адвокаты противной стороны потребовали предоставить им записи Трампа.

"Они пытались доказать, что я провел колоссальное исследование компании, что я потратил недели и месяцы на анализ компании", — сказал Трамп. "И они решили, что у меня есть документы, которые будут до потолка. Поэтому они вызвали в суд все, и в итоге я не дал им никаких документов. Там не было практически никаких файлов. И вот меня допрашивает один из их высокооплачиваемых юристов".

Трамп изобразил адвоката: "Как давно вы знали об этом, мистер Трамп? И когда?"

"Другими словами, они пытаются сказать, что это великий заговор", — сказал Трамп. Я сказал: "Не знаю, я только начал думать об этом в тот день, когда купил ее".

Адвокат был недоверчив. "И сколько же отчетов вы сделали?"

"Ну, на самом деле нет, просто у меня было предчувствие".

"Они не верили, что кто-то может взять 100 миллионов баксов и вложить их в компанию, не проводя никаких реальных исследований", — сказал Трамп. "У меня в голове были исследования, но помимо этого, понимаете, они просто не думали, что такое бывает. А корпоративный разум и корпоративный менталитет не думают, что такое бывает. Это мои лучшие сделки".

Карл спросил Трампа, видит ли он себя когда-нибудь на государственной службе?

"Я так не думаю, но не уверен", — сказал Трамп. "Я молод. Теоретически, статистически, у меня еще много времени. Я видел, как люди так много отдают, что у них ничего не остается, когда наступают плохие времена".

Он заявил, что создает Фонд Дональда Дж. Трампа. "Когда я, как говорится, сгину в могиле, я хочу оставить этому фонду огромную сумму денег. Часть — моей семье, часть — фонду. У вас есть обязательства перед своей семьей".

Трамп говорил о "плохих временах" так, будто они неизбежны. "Я всегда люблю готовиться к худшему. И это не звучит как очень приятное заявление", — сказал он. "Я знаю, что времена будут плохими. Вопрос только в том, когда".

Он рассказал о своей частной 282-футовой яхте, которую он купил у богатого саудовского бизнесмена и торговца оружием Аднана Хашогги. Трамп переименовал ее в Trump Princess. "Построить новую яхту сегодня обойдется в 150–200 миллионов долларов. Если вы, ребята, хотите, мы пойдем на ней или что-то в этом роде. Это феноменально. Если вы читаете журнал Time, я только и делаю, что целыми днями плаваю на этой яхте. Это не то, что нужно".

Кто твой лучший друг? спросил я.

Он перечислил несколько имен бизнесменов и инвесторов, людей, работавших на него, которых не узнали ни Карл, ни я, ни его брат Роберт. "Думаю, во всех случаях это связано с бизнесом", — сказал он. "Только потому, что это люди, с которыми я имею дело.

"Но дружба — странная штука. Знаете, меня всегда волнует вопрос дружбы. Иногда тебе нравится проверять людей; сейчас все хотят быть моими друзьями по какой-то причине. Ладно, по очевидным причинам.

"Иногда хочется провести тест и сказать, что в один прекрасный день, в течение недели, Трамп все испортил, а потом вернуться, позвонить им, пригласить на ужин и посмотреть, придут ли они. Я часто хотел это сделать. Взять месяц и позволить миру думать, что я все провалил, чтобы проверить, действительно ли друзья были друзьями.

"Я — великий лоялист. Я верю в преданность людям. Я верю в то, что у меня есть великие друзья и великие враги. Я видел людей, которые были на вершине, но не удержались на ней, и вдруг… те люди, которые целовали им задницу, исчезли. Я имею в виду, ушли.