Война
Шрифт:
— Я его не ощущаю — вероятно, уполз куда-то, — Марктолус шёл быстро, не поворачиваясь. — Или ушёл. Он, конечно, был ранен, но далеко не так сильно, как пытался показать.
Дальше они шли молча. Олег всё гадал, не приведёт ли случившееся здесь к каким-то последствиям. Расскажет ли Гарли кому-нибудь о своей встрече, или Влад прав и его никто не будет слушать? Если всё-таки расскажет — поверит ли ему кто-то, воспримет ли всерьёз? Наверное, чтобы поверили — нужно, чтобы его выслушал тот, кому известно о нём, беглеце с поверхности, Монстре.
[Если даже это произойдёт и Гарли что-то расскажет
«Полную силу? Это будет сложно», — ответил Олег. — «Мне придётся истребить невесть сколько врагов…»
[До сих пор я думал, что вначале уберу текущую проблему — спрячу тебя от агентов — а уже потом, после этого, решу вопрос с твоей прокачкой,] — откликнулся Влад. — [Но сейчас я начинаю думать, что война — это отличный повод и возможность, не особо рискуя, поднять свои силы.]
Возможно, он и был прав… Обдумать последнее Олег не успел. Они с пауком и армией призраков вышли из шахты — и уставились на копья огромного отряда, состоящего из прометеанцев.
— Думаете, меня это возьмёт? — с непередаваемым сарказмом спросил Марктолус. — Или привидений?
— Спокойно, — ряды воинов расступились, и из-за их спин показался Шок. — Марктолус. Это не арест, просто нам было важно… не тратить время.
Он метался по своей одежде-клетке.
— Фениксы настоятельно приглашают тебя к себе, на совет, — продолжил он.
Глава 12 — Обратно?
— Ещё бы это был арест, — проворчал Марктолус. — Не думаю, что у вас хватило бы и сил, и наглости арестовать меня.
— О, — голос Шока стал потрескивать чуть иначе, но было сложно понять, что это за эмоцию выражает плазматическая форма жизни. — Я бы с удовольствием тебя арестовал, потому что твои фокусы с призраками угрожают всему городу, особенно в такое время. Но остальные решили иначе.
Ага, и поэтому Шок не смог отказать себе в удовольствии — хотя бы сделать вид, что он арестовывает паука.
— И не вздумай вытаскивать эту орду духов за твоей спиной из расселины, — добавил он.
— А вот это уже не тебе решать, — возразил Марктолус. — Мои, как ты сказал, фокусы вовсе не угрожают городу, а спасают его. Думаю, Гхро это понял. И ты поймёшь.
Не говоря больше ни слова, он двинулся вперёд — так, как будто здесь не было никаких стражников. Те, оказавшись у него на пути, сыпанули в сторону, а те, кто не успел, просто повалились на землю, как кегли.
— За мной, — коротко приказал Марктолус призракам, но Олег знал, что фраза обращена к нему: остальным духам было бы достаточно и мысленного приказа.
«Конвой» всю дорогу держался чуть в стороне — кажется, они панически боялись как гигантского паука, так и призраков. Хм… если они и от людей будут так же убегать, то грош цена таким защитникам. Или люди и на десятую часть не так страшны, как Марктолус?
Шок тоже не подходил, но уже по другой причине: кажется, он был сердит на паука за его «фокусы», но не хотел наговорить лишнего. Всё же шла война, и даже неприятный
союзник оставался союзником. Так что впервые он заговорил только тогда, когда вся процессия подошла ко дворцу Фениксов.— Стоп! — клетка Фарадея, грохоча конечностями, подскочила к Марктолусу. — Фениксы приглашают тебя. Не их. И уж точно не Вильтора, который уже любопытствовал там вчера!
Это было вчера?.. Олег и не заметил, как прошло время.
— Ладно, — легко согласился паук. — Ждите все тут. Вильтор, остаёшься за главного, в случае внезапной атаки или чего-то подобного берёшь управление на себя.
Как? Призраки послушаются его, или что? Ничего такого Олег не ощутил, но, не желая задавать вопросы при посторонних, просто молча наклонил свою голову в знак согласия. Металлические воины пропустили внутрь Шока и Марктолуса и сомкнули строй (как будто это остановило бы бестелесных призраков!), и Олег остался предоставлен самому себе.
Город вокруг него… не то, чтобы вымер, но опустел прилично; это он запомнил ещё по пути сюда. Военные в доспехах и с оружием, и… всё. Все, кто не мог или не собирался сражаться, попросту исчезли с улиц.
[Ха,] — неожиданно раздалось в его голове. — [Тебе это понравится.]
«Что такое?» — не понял Олег.
[Я слушаю, о чём говорят Фениксы с Марктолусом.]
«И о чём же?»
[Не буду портить сюрприз,] — ухмыльнулся Влад. — [Но это будет твой звёздный час. Рискованно, конечно… зато если всё получится, отдача будет колоссальной.]
Ладно… не хочет говорить — пусть не говорит. Олег смотрел на быстро идущих куда-то солдат, на призраков, что безразлично покачивались в горячем воздухе…
Ворота здания распахнулись быстрее, чем он думал; кажется, в экстренных условиях совет был очень недолгим. Марктолус быстрым шагом вышел наружу (в исполнении кого-то с таким количеством конечностей быстрый шаг выглядел ну очень быстрым).
— За мной, — скомандовал он, идя прямо от «дворца». — Вильтор, есть разговор.
Олег подлетел к нему ближе.
— Я… очень надеюсь, ты никому внутри не раскрыл моего секрета? — тихо произнёс он.
— Я что, похож на идиота? — хмыкнул паук. — Терять преимущество, отдавать инициативу… тем более, вдруг кто-то из них попадёт в руки врага. Нет, я никому и ничего не сказал, даже несмотря на то, что нашего доброго друга Фаргора там не было — видимо, ещё не дополз.
Он сделал паузу.
— Но я учёл твои… особенности, парень. Они пригодятся, а возможно, даже станут незаменимы в той операции, которую мы планируем.
А? Именно это Влад и имел под «звёздным часом»?
— Какие именно особенности? — ожидая любого, хоть самого безумного ответа, уточнил Олег.
— Твоё знание верхнего мира, — пояснил паук. — Мира людей, их быта, каких-то вещей, очевидных людям, но совершенно неизвестных нам. Радуйся — ты стал стратегически важным субъектом, тебя будут усиленно охранять.
— Погодите, — нахмурился Олег. — Что вы задумали?
— То, что заставит их оставить нас — и тебя тоже — в покое, — кивнул Марктолус. — Контр-атаку. Разрушительную вылазку на поверхность, через свои ходы. Не все вернутся оттуда назад, но это будет жирный намёк: не трогайте нас, и мы не будем трогать вас.