Времена Хаоса
Шрифт:
– Проклятье, – прошептал Маркел, озирая безмолвную пустоту вокруг себя безумным взглядом, – я схожу с ума. Голоса мерещатся… Великий Учитель… Сумасшествие!
Во Дворце Совета царило обычное повседневное оживление. Сновали слуги, печатали шаги дворцовые стражники, важно шествовали высокородные аристократы. Привычная суета и спокойствие.
Здесь еще не знали о смерти Селифана, не ведали о гибели Главы Совета. Единение еще и не подозревало о том, что его судьба теперь висит на тоненькой ниточке. Оно не знало, что только один Творец
Маркел медленно шел по коридорам, игнорируя глубокие поклоны и реверансы. Он шел, не обращая внимания на призывное марево Арок Перехода, готовых доставить его в любую точку Дворца. Он шел, не желая попросту переместится в нужное ему место. Шел, обдумывая мрачную перспективу своего будущего и будущего всего Мироздания.
Боль жгла его душу адским водоворотом. Я ошибся… Все мы ошиблись. Падшие и Совет. Надо было решить все миром, когда была такая возможность. Но… Как говорил тот голос: такова судьба человечества. Судьба… В последнее время это слово вылезает все чаще и чаще. Судьба. Что такое судьба? Судьба велела Вассиану совершать глупость за глупостью и, в конце концов, окончить свой пятитысячелетний путь на умирающей Велиссии? Судьба желала, чтобы Селифан, обманувшись гордостью и ложной уверенностью в своих силах, схватился с Падшими на Саур-Тунаке и погиб там? Судьба желает, чтобы Иринарх и Арминия правили Мирозданием?
И где же в этой схеме мое место? Я тоже должен умереть?
Маркел шел по бессчетным лестничным пролетам, поднимаясь все выше и выше. Ноги гудели и упорно хотели выбрать более легкий путь – Арку Перехода. Но Маркел упрямо шел наверх, проходя этаж за этажом, лестницу за лестницей. Здесь, в глубинах устремившейся за облака башни, располагались многочисленные службы, архивы, кабинеты. Бумажное сердце Мироздания. Сотни прогуливавшихся по этажам чиновников с пачками бумаг в руках почтительно кланялись и уступали дорогу. Слуги, разинув рот, пялились ему вслед. Стражники опускались на одно колено и склоняли головы.
Маркел шел, не обращая на них внимания. Шел вверх. Выше и выше.
Последний этаж. Выше только голубое небо. Роскошные ковры на полах, мраморные колонны, мягкое мерцание пропитанных магией стен. Громадное мозаичное панно с изображением Великого Творца Селифана, стоящего на бескрайних пшеничных полях – подарок от короля Отражения – первого мира, созданного Селифаном два тысячелетия назад.
Здесь в коридорах этого этажа не было ни души.
Он остановился перед обрамленной роскошной позолотой дверью. Дверью, ведущей в личные покои Селифана. Маркел неподвижно стоял и смотрел. Смотрел на место, некогда бывшее домом одного из тех, кого он считал своей другом. Братом. Навек. И вот Творцы обратились друг против друга. И двое из нас уже мертвы.
– Мне жаль, – прошептал Маркел. – Жаль, что так получилось. Если бы я…
Вздохнув, он поднял руку и выхватил из воздуха причудливый цветок. Порожденное Дворцовой Оранжереей чудо. Завораживающее переплетение тончайших лепестков.
Глупо… Так глупо. Селифан… Узколобый и фанатичный. Беспощадный к врагам, но трепетно относящийся к своим обязанностям. Я не слишком любил тебя, но все же ты был достоин уважения…
Достоин лучшей участи, чем бессмысленная смерть среди безразличных волн Бездны.
Маркел вздохнул и, наложив на цветок сохраняющее заклятие, бросил его к самым дверям. Дивное творение неведомого садовника с металлическим звоном упало на пол.
– Пусть это будет памятью.
Последней памятью безвозвратно ушедшим временам. Памятью Эпохи Созидания. Этот дар ушедшим векам будет лежать тут вечно. Вечно. Даже если Дворец рассыплется в прах.Гордыня… Моя гордыня… Я должен…
Маркел отвернулся и опустил руки, коснувшись заткнутого за пояс Ключа.
– Волею Созидающего, – его голос громом проревел в сознании каждого человека в этой башне, – приказываю немедленно покинуть башню! Возьмите все необходимое и направляйтесь к Аркам Перехода. Полчаса на сборы, потом башня будет заблокирована. Волею Созидающего.
Он провел эти полчаса, глядя из окна на раскинувшийся вокруг Дворца исполинский город. Широкие улицы, дома, башни и монументы. Ползущие по мостовой повозки и самоходы казались маленькими черными точечками.
А потом Маркел начал обратный путь. Он спускался вниз, проходя мимо распахнутых дверей и пустых кабинетов, в которых на полу валялись многочисленные бумаги.
Башня будет запечатана. Это необходимо. И войти внутрь сможет только Творец. И это буду либо я, либо… кто-то из Падших.
Маркел прошел последние двери, и они сами собой закрылись за его спиной, будто ставя последнюю точку в неподъемной книге истории этой эпохи.
Прямо перед ним стояла средних лет женщина в простом платье служанки и во все глаза смотрела на Великого Творца.
– Передай Совету, что я отправляюсь в незаконченный мир. Меня ждет работа. Много-много работы.
Будто опомнившись, женщина присела в реверансе, но Маркел уже повернулся к ней спиной и теперь медленно шел по двору, устало шаркая ногами. Он не сомневался, что его слова рано или поздно дойдут до Падших.
– Победа близка. Единение практически повержено. – Арминия с довольным видом расположилась в потертом кресле. – Селифан мертв. Вассиана сгубила собственная гордыня. Осталось только одно препятствие…
– Маркел, – мрачно буркнул Иринарх. – Тот, кто вчера нас чуть было не поджарил на руинах распадающегося Саур-Тунака. Нам удалось спастись только потому, что его что-то… сбило.
– Какое-нибудь случайное возмущение эфира.
– Нет. Это было нечто весьма целенаправленное. Я ощутил выплеск силы. Силы какой-то совершенно чуждой и нечеловеческой. Силы самой Бездны, уворованную частичку которой мы вложили в призрачные тела пожирателей.
– И что это по-твоему? Вассиан по ту сторону могилы старается облегчить наш путь? Или предсмертные судороги Селифана? – Арминия ехидно усмехнулась. – Но тогда зачем они помогают нам?
Иринарх тяжело вздохнул.
– Если бы я знал… Но тут явно что-то есть. Чья-то чужая сила и воля.
– Неважно… Пока эта сила помогает нам.
– Но почему? И кто бы это мог быть?
Арминия безразлично пожала плечами и встала.
– Пошли. Пора завершить эту войну. Осталось только прикончить того мальчишку и победа будет у нас в руках. Если Маркел умрет, во всем Мироздании не останется ни одной силы, способной представлять для нас реальную угрозу. Он сейчас в своем недоделанном мирке. Работает над мироформированием, наверное.
– Странно все это, – заметил Иринарх. – Положение Единения просто катастрофическое. Он не может не понимать, что его собственная жизнь под угрозой. И все же сидит где-то на краю Мироздания, наплевав на все дела… Я подозреваю, что тут что-то нечисто. Возможно, ловушка…