Всё под контролем

– Пап, какого хрена происходит? – растерянно, однако пытаясь сохранить настойчивость в голосе, попыталась разузнать Полина.

– Дверь закрой и не входи сюда.

Это было сказано настолько твердо и четко, что девушке стало казаться, будто Алекс протрезвел. Полина наскоро закрыла дверь с другой стороны. Отдаленно доносилось лишь «Ярик», «меня это не интересует», «пошел ты». Девушка прежде слышала их разговоры с неким Яриком, и, по ее догадкам, это был приятель и коллега, а работал Алекс, по его словам, начальником какой-то ювелирной компании. Что-то в этой ситуации напрягало девушку. Интуиция часто ей помогала, однако на этот раз хотелось ошибиться.

* * *

С того момента, как Алекс прогнал дочь из кухни, прошел примерно час. За этот промежуток времени оттуда доносилось еще много криков, угроз, даже звук разбивающейся посуды. Сейчас же в квартире стояла звенящая тишина: ни шага, ни шороха.

– Пап! – позвала Полина, трижды постучавшись на кухню. – Ты там живой?

Отворив дверь, девушка не почувствовала ни удивления, ни отвращения или раздражения. Перед ней нарисовалась следующая картина: Алекс, одетый в футболку и трусы, разлегся на диване, графин с водой, точнее, его осколки, валялись на полу, стол был покрыт разводами коньяка.

– Ничего нового, – устало, слегка надрывно прошептала Полина, усердно убирая все то, что любезно ей преподнес отец.

– Как д-дела? Чтвдлешь, – Алекс странным образом заворочался на диване и что-то невнятно произнес.

– Что? – переспросила Полина, аккуратно подбирая осколки.

– Что… де… лаешь?

– Убираю за тобой. Не видно? – сжав зубы, ответила девушка, не желая смотреть на его лицо. – Объясни, что это, – не поднимая глаз и продолжая усердно чистить пол, Полина кинула в его сторону пакетик.

– Это… – он наигранно скривил лицо, ощупав маленькую вещицу. – Это… тр*вка. Куришь?

– Не отшучивайся.

– Для… дружка я припас. Надо ему. Все под контролем…

– Как ты только пьяным еще врать умудряешься? – коротко усмехнулась девушка, наконец поднимаясь и присаживаясь на другой конец дивана. – Что у тебя за дела с этим? Употребляешь? Распространяешь?

– Наркотики, икх, я их не люблю. А вот… бабки хорошие. Деньжата валятся. Сейчас туго, правда. Ярик – мразь. Ничего сам не может. Вот я и забухал, – вздохнул Алекс. – Но ты от наркоты подальше держись.

– Я и не собираюсь иметь дела с наркотиками, – но отец уже ничего не слышал, лишь, откинувшись на влажную от слюней подушку, стал громко храпеть. – Ладно.

Полина открыла дверь балкона и, присев на одно из мягких кресел, стала пристально вглядываться в ночное небо, считать слабо мерцающие спутники.

«Всем привет. Я тут поговорить хотела. Кое-что связанное с моим отцом. И наркотиками. Похоже, он ввязался во что-то. Черт. Я хотела бы встретиться завтра. Обсудить это. Все-таки не каждый день такое услышишь».

Данное сообщение было отправлено ее друзьям, потому что… и правда, не каждый день услышишь, что твой отец – наркоторговец или еще что хуже. Поэтому все, что ей осталось делать, – сидеть на балкончике, считать тусклые спутники, наблюдать за яркой луной, ожидая ответа на сообщение.

Глава вторая. Бренность бытия и нежданное приключение

Захлопнув за собой тяжелую дверь и оказавшись в маленькой однокомнатной квартире, Настя вслушалась в звенящую тишину, сняла легкую весеннюю куртку и обувь. Девушка проследовала в крохотную ванную комнату, вымыла руки и, глядя в зеркало, подметила свое изнуренное состояние.

Настя прошла на кухню, поставила старый чайник кипятиться и села в ожидании за стол. Она задумалась о своей жизни. Последнее время эти мысли угнетали ее. Девушка устала от учебы и не видела никаких перспектив на факультете лингвистики. Несмотря на то, что Настя хорошо владела иностранными языками, особенно английским, заинтересованности на лекциях у нее совсем не было. Поэтому зачастую девушка спала прямо на уроках, пропуская всю важную информацию. Сейчас она находилась на грани исключения, однако это мало ее заботило. Настя мечтала о чем-то большем: о свободе, беззаботной жизни, наполненной яркими красками и впечатлениями.

Девушка стремилась к красочной жизни так же, как и сама по себе стремилась выглядеть ярко. Одевалась Настя со вкусом, придерживаясь своего стиля: большие толстовки и футболки ярких цветов, свободные штаны, кроссовки. Ее внешность была довольно запоминающейся: темно-карие глаза, обрамленные длинными ресницами, маленький изящный нос, русые волосы чуть ниже плеч, которые украшала насыщенно розовая прядь.

Взяв в руки телефон, девушка увидела несколько непрочитанных сообщений в чате с друзьями. Настя с теплотой и вниманием относилась к своим трем подругам, которых знала со школьных лет, поэтому немедленно прочитала оставленное смс. Новость Полины очень удивила девушку…

* * *

Этот жаркий, душный день еще с самого утра не принес ни единой положительной эмоции Соне. В десять часов девушку самым безобразным образом выдернули из сладкого сна, и она вновь вернулась в неприятные реалии, где живет в старой съемной квартирке, а ночь проводит трудясь в малооплачиваемой забегаловке, именно поэтому Соня предпочитает валяться в постели до двух часов дня.

Соня любила часто экспериментировать с цветом волос. Пару лет назад они были насыщенно красными, сейчас – наполовину бирюзовые и остриженные чуть выше плеч. Цвет глаз Сони казался неопределенным: смесь темно-зеленого и карего. У девушки был маленький нос, а на каждой мочке ушей висело по две сережки.

Пока она наскоро пыталась запихнуть в рот пару ложек овсянки, Настя в это время непрерывно трезвонила в дверь.

– Чего ты так рано? – поинтересовалась Соня и зевнула, прикрывшись ладонью.

– Ты не видела вчерашнее сообщение Полины? – Настя говорила с сильной одышкой.

Судя по всему, она очень торопилась.

– Нет, я вчера работала, ты же знаешь. Я очень устаю, – Соня стояла на пороге в пижаме. – Мне нужно переодеться.

– Только быстрее, – напомнила Настя. – Там такое случилось…

* * *

– Ты уверена? – уже в который раз уточнила Соня, когда девушки сидели на лавочке рядом с домом Полины.

– Да, говорю же, да, – ответила подруга взволнованно.

– Но он же был пьяный, может, сказал бред какой-то? – предположила Арина, расхаживая туда-сюда и рассматривая асфальтные плиты.

Арина добралась до дома Полины самой последней, так как жила от своих друзей дальше всех. Она совсем не выспалась и ежеминутно зевала, прикрываясь ладонью. Ее обычно волнистые темно-каштановые волосы были выпрямлены. Большие карие глаза, обрамленные длинными ресницами, казались уставшими. Ровные, густые брови придавали лицу приятную выразительность.