Второй кошмар
Шрифт:
Маленькие пустые глазки были пустыми и совершенно безжизненными.
Да, теперь стало ясно, что Брандта преследовала повсюду вовсе не Келли.
Тёмной фигурой оказался тот самый чужак с острова.
— Я пришёл, чтобы взять обратно мою жизнь! — повторил он сухим шёпотом. Как будто хрустнули сухие листья.
—
Но костлявая рука чужака с молниеносной быстротой сорвала кожаный мешочек с его шеи.
— Нет, пожалуйста!.. — снова вскрикнул Брандт.
Теперь призрачная фигура стала казаться более плотной. Тело делалось всё яснее и отчётливей. Кожа и глаза тепло засияли.
— Моё сердце бьётся! — радостно воскликнул чужак. — Я жив! — И он поспешно выскочил из комнаты.
— Пожалуйста… — беспомощно прошептал Брандт. Он пытался снова вдохнуть воздух, но сил уже не хватало.
— Брандт! Что с тобой? — кинулась к инему Келли.
Он лишь застонал в ответ, не в силах пошевелить языком. Из открывшегося рта выпало несколько зубов. Руки начали сморщиваться. Кожа позеленела и стала рассыпаться.
Келли вскрикнула от ужаса. Её губы шевелились, но Брандт не слышал слов. Потянувшись к своим ушам, он понял, что они отвалились.
Брандт увидел, что Келли закричала, но тут его глаза провалились, и он уже больше ничего не мог разглядеть.
— Нет! — закричала Келли. — Брандт, не оставляй меня!
Его тело съёживалось и рассыпалось у неё на глазах. Вскоре на полу лежал один лишь скелет.
Келли испустила крик ярости и досады, разнёсшийся по всему дому.
У неё отняли Брандта.
Зло, обитавшее в доме, снова победило.
Она опять осталась одна.
Эпилог
— Они уезжают, — пробормотала Келли. —
Меня покидают в очередной раз. — Она смотрела на улицу из чердачного окна. Над её головой висела паутина. По пыльному полу сновали крысы.У порога стоял длинный чёрный катафалк. Четверо мужчин медленно вынесли из дома полированный деревянный гроб.
— Вот он, — сказала Келли, указывая на окно. Она как будто разговаривала с другом, но у неё не было друзей. — Вот гроб Брандта.
За гробом с мрачными лицами шли родители. Отец был одет в чёрный костюм, а мать — в чёрное платье. Её лицо закрывала вуаль. Она прижимала к глазам платок.
— Родители Брандта мне никогда не нравились, — заявила Келли. — Такие глупые и беспечные. Думают только о себе. Я рада, что они уезжают. Не могу дождаться, когда они уберутся отсюда.
— Убирайтесь из моего дома! — крикнула она.
Но они, конечно, не могли её услышать.
Тем временем тяжёлый гроб с трудом погрузили в катафалк и захлопнули дверцу.
Родители Брандта сели в машину. Включился мотор.
Келли переполняла горечь и злоба.
— Нет! — завопила она. — Брандт должен остаться со мной! Не увозите его!
Но длинный чёрный катафалк тихо двинулся по улице Страха и вскоре скрылся из виду.
Келли от ярости завыла по-звериному.
Её лицо превратилось в злобную маску. В синих глазах вспыхнула ненависть.
— Ничего, я не останусь одна надолго, — процедила Келли сквозь зубы. — В доме поселится ещё кто-нибудь. Рано или поздно появятся новые жертвы. — Она злорадно усмехнулась, предвкушая будущие злодеяния.
— Кому-то придётся заплатить за мою неудачу. Новые жильцы ещё очень пожалеют, что переехали в дом 99 по улице Страха.