Второй мир

— Нам нужно выбираться, — сказал я, по-прежнему крепко прижимая ее к себе, чувствуя, как она понемногу оттаивает и приходит в себя. Наконец, когда я понял, что ее аватар в относительной норме, я осторожно выпустил ее. С ПВП трудно иметь дело именно потому, что в отрыве от своих хозяев они постепенно забывают о человеческих чувствах. Сильное потрясение часто заканчивается для них паутинной лихорадкой и стиранием. — Ты как, получше? — спросил я.

Она кивнула и оглянулась:

— Где Джим?

— Катапультировался. Исчез. С приветом! — ответил Тибор, щелкая пальцами. — Пожалуй, и нам бы не мешало. — Он подошел ко мне вплотную. — Ты сейчас тоже нажмешь КатаПульт, а нас бросишь здесь?

Не обращая на него внимания, я стал следить за теми, кто окружил дом. Нам по-прежнему ничего не угрожало, но они рано или поздно сюда войдут. Пора запускать мой «сценарий для Судного дня», хотя я и думать не думал, что придется к нему прибегнуть. Оставалось уповать на то, что я написал хорошую программу. Если ничего не выйдет, от нас и атомов не останется.

Я перегнал сонограмму металлического голоса в переносной блок памяти в моих часах. Затем не спеша переслал все программы на резервный компьютер, надежно спрятанный на ферме Джона Мэтьюза. Затем я послал сообщение на его телефон и автоответчик. Через три минуты, после того как загрузка завершилась, я запустил на своем компьютере команду «Уничтожить диск». Жаль, ведь я вложил в этот дом столько сил и трудов! Подумать страшно, сколько понадобится времени, чтобы… когда-нибудь… воссоздать все заново.

Затем, с тяжелым сердцем, я приступил к уничтожению «Серого». Включил обратный отсчет. Я никогда не думал, что такой день настанет.

— Кто-то в самом деле убил твоего друга? — спросила Энди, вторгаясь в мои размышления.

— Да, ты же видела. Это не телеигра. Все было на самом деле.

Она опустила голову:

— Жаль…

— Ты ни в чем не виновата.

— Как мы отсюда выберемся? — спросил Тибор.

— Тебя я с радостью здесь оставлю. Ты — настоящий кошмар.

— Мы можем выбраться отсюда? — спросила Энди.

— Конечно. Главное, держитесь оба поближе ко мне, иначе я не сумею вас вытащить. Нас ждет небольшое путешествие.

Коттедж «Роза»

Ист-Харлинг

Норфолк

Реальное время: 13 часов 45 минут после контрольной точки

Констебль Джайлз Ренрет возвращался к коттеджу «Роза». Он не выспался, еще раз поскандалил со своей сварливой женой, а потом еще позвонил Джон Мэтьюз. Фермер сообщил, что коттедж «Роза» грабят и если он, Ренрет, успеет вовремя, то еще задержит грабителей. Ренрет хотел было посоветовать Мэтьюзу перезвонить в полицейский участок, но фермер добавил, что сам едет в «Розу». С дробовиком.

Ренрет пулей выскочил из кровати, напялил форму прямо поверх пижамы и теперь мчал на полной скорости к коттеджу «Роза». По пути он позвонил в Норидж и потребовал подкрепления. Когда он добрался до места, Мэтьюз уже ждал его. Рядом с ним топтались какие-то типы, по виду важные шишки. Ренрет только вздохнул, когда они показали ему свои удостоверения: Евроразведка. Кошмар еще не закончился.

— Мы ждем ордера на обыск; его вот-вот доставят, — пояснил один агент.

— Они собирались вломиться в дом, — пожаловался Мэтьюз.

— Вы же говорили — грабители, — упрекнул старика Ренрет.

— Ну да… А кто они, как не грабители? Без ордера-то…

— Как вы узнали, что они здесь?

— Просто соседи их увидели и позвонили мне. У нас здесь не то что в городе, мы все друг за друга горой…

— Уберите-ка свой дробовик. Напрасно вы взяли его с собой.

— Да ведь не я замышляю убийство!

— Что вы имеете в виду?

— Конор сейчас во Втором мире. Если эти… субъекты вломятся к нему в дом и попробуют выудить его оттуда, они все равно что убьют его. Так написано в Уставе ООН. Нельзя трогать человека, пока его аватар находится во Втором мире. Это равносильно покушению на убийство… разве не так?

— Законы я знаю, — нехотя буркнул Ренрет.

Закон приняли по необходимости: на заре Второго мира многие погибали по глупости или неосторожности супругов и родственников. Если вывести из транса человека, пока его аватар в Виртуале, он может умереть. Позже выяснилось: часто убийцы действовали с заранее обдуманными намерениями — например, чтобы получить страховку. Иногда убивали из ревности или мести.

— Мы бы хотели войти в дом еще до того, как получим ордер, — заявил сотрудник Евроразведки.

— Вы только посмотрите! — Мэтьюз показал на разбитое окно. — Однажды они уже вламывались без спросу. Вы ведь не позволите им снова нарушить закон? — наступал он на констебля. — То есть… скажите, наконец, свое слово!

Вдруг Ренрет догадался, почему Мэтьюз позвонил именно ему. Старик знал: Ренрет никоим образом не допустит, чтобы чужаки дважды незаконно проникли в дом. Но сейчас, как он понимал, все по-другому. Речь идет не просто о взломе и незаконном проникновении. Речь идет о нарушении Устава ООН. Для такого одного ордера на обыск недостаточно.

— Зачем? — обернулся он к представителю Евроразведки.

— Мы должны осмотреть дом.

— Ваши люди его уже осматривали — всего несколько часов назад. — Ренрет понял, что приезжие держатся неуверенно, и перешел в наступление: — Ваш приятель в тот раз уверял, что речь идет о национальной безопасности. Неужели и сейчас все то же самое?

После долгой паузы представитель Евроразведки нехотя ответил:

— Мы подождем.

— И еще мне нужна санкция ООН. Без нее я не позволю тревожить гражданина, который находится во Втором мире.

Агенты переглянулись. Ни один не ответил.

— Ну что, довольны? — спросил Ренрет у Мэтьюза.

Подъехал белый пикап фермера; из него вылезли трое рабочих Мэтьюза. Один из них даже прихватил с собой топор. Мэтьюз махнул рукой, чтобы они подошли — он тоже вызвал подкрепление.

— Теперь доволен, — ответил фермер, расплываясь в широкой улыбке.

«Гольфстрим-№ 6500Х»

Высота 47 ООО футов, крейсерская скорость

Атлантический океан