Второй мир

Клэнси прикрыл сигарету второй рукой, чтобы его не засекли камеры видеонаблюдения.

— Посмотри вон на тех чудиков. — Клэнси показал вниз. — Они понятия не имеют, что у нас тут творится. Приехали в Вашингтон на несколько дней и отправились взглянуть на Белый дом. Надеются — вдруг удастся увидеть самого президента. Вдруг он сейчас высунется из окна Овального кабинета и помашет им рукой! — Клэнси презрительно хмыкнул. — Черта с два! Он пропал, а весь мир живет как жил. Пол, мы в самом деле что-то упустили. Так погрязли в своем маленьком мирке, что забыли о последствиях наших поступков. Если мы облажаемся, плохо будет всем.

— Некоторые считают, что на результат работы влияет такая вещь, как совесть…

Клэнси пожал плечами и оглядел горизонт.

— Мир изменился. Раньше я еще понимал, что происходит. Люди были прямо перед тобой. Теперь врага не видно. Враги растворяются в киберпространстве, прячутся в телефонных линиях. Больше нет ничего настоящего. Я — агент Секретной службы в третьем поколении. В детстве мне рассказывали истории о подвигах… Мой дед присутствовал при покушении на Рейгана. Тогда все было настоящее. Настоящие люди. Настоящие пули. А сейчас все — сплошные электронные наркотики. Черт, ведь я обязан был охранять его ценой собственной жизни! А я чем занимаюсь? Выслеживаю Мэрилин Монро по телефону! Вот я нахожу ее, и след выводит на какого-то парня в платье и парике — парень-то настоящий, но связан с аватаром через какой-то долбаный модем… Ну и работенка, чтоб ее!

— Дон, понять все нетрудно. Ничего сверхъестественного… никаких призраков.

Клэнси сделал еще одну затяжку и коротко хохотнул — как плюнул:

— У «Охотников за привидениями», пожалуй, было больше шансов решить нашу задачу, чем у нас!

— В организациях вроде «Дворца головоломок» понимают правила игры. По сравнению с ними ты — желторотый новичок.

— Но ведь твой Смит нашел Цюэ раньше их!

— Он такой же, как они. Просто работает в одиночку.

— Не скрою, он мне не нравится, но из-за тебя мне жаль, что он так крупно вляпался.

— Ничего, он выживет. До тех пор, пока они не воспользуются его данными в своих интересах.

— Как?

— Если они облажаются, то попробуют всю вину свалить на него. Такие у них методы работы.

— Ты параноик.

Галлахер рассмеялся:

— Да… Помнится, ты говорил, что тоже раньше был параноиком!

Клэнси широко улыбнулся, бросил окурок на пол и раздавил каблуком.

— С сигаретами сейчас то плохо, что они больше не опасны. Понимаешь? Зачем курить, если курение уже не убивает? Риск составлял половину удовольствия.

— Дон, ты скучаешь по прежним временам?

— Да. Очень скучаю! — Клэнси сокрушенно покачал головой. — Но старые времена уже не вернутся. Уже ничего не будет таким, как прежде. Сейчас все — сплошные дымовые завесы и зеркала. А я старомоден и, наверное, теряю хватку.

— Ты старомодный параноик.

— И это тоже… И это тоже.

Штаб-квартира ЦПС

Челтнем

Бенхолл

Кабинет 4201

Реальное время: до контрольной точки 6 часов 21 минута

ЦПС, или, полностью, Центр правительственной связи, со времен Второй мировой войны являлся спецслужбой Великобритании, ответственной за ведение радиоэлектронной разведки. Во время Второй мировой войны Центр прославился тем, что именно его специалисты взломали суперсложные немецкие коды «Энигма», что сократило сроки войны и спасло жизни миллионов союзников. В сотрудничестве с американскими разведслужбами ЦПС находился на переднем крае «холодной войны» и различных конфликтов на Ближнем Востоке и, наконец, наряду с АНБ, превратился в самую мощную спецслужбу в мире.

Расположенная в Бенхолле, вдали от Застройки, штаб-квартира была оснащена огромной армией суперкомпьютеров. Впрочем, глядя на здание со стороны, трудно было догадаться, что находится внутри. Как и АНБ, ЦПС обладал самой совершенной системой хранения данных в мире. Кроме того, их линии были очень надежно защищены.

Официально кабинета за номером 4201 не существовало. Из кабинета номер 4201 осуществлялась непосредственная связь ЦПС с так называемым «Телефонным узлом» АНБ. По этому засекреченному каналу связи передавалась лишь самая секретная информация, имеющая ключевое значение для обеих разведслужб. Бывало и так, что информация, которой обменивались спецслужбы-партнеры, не доходила до правительств их стран и других разведывательных служб.

За простой, одинарной дверью без номера находился просторный зал, в котором сидели сто двенадцать сотрудников. Каждый отвечал за банк из двенадцати мониторов. На мониторы поступали в том числе и сигналы со спутников «Долларсат», которые могли передавать изображение высокого разрешения из любой части земного шара непосредственно в кабинет 4201. Поскольку спутники в основном летали на низкой орбите, разрешение изображений равнялось одному метру — независимо от того, перемещался ли объект или находился в неподвижности.

Здешние компьютеры были соединены в мощнейшую и надежнейшую сеть. На каждый монитор поступало изображение более чем с двадцати устройств ввода. Все мониторы были интерактивными; и любая картинка, появляющаяся в любой точке земного шара, немедленно отражалась на одном из тысячи трехсот сорока четырех экранов.

Как только на какое-либо устройство поступала необычная или подозрительная информация, она помечалась особым образом. Поисковые программы постоянно проверяли любую информацию, которая могла вызвать интерес ЦПС или потенциально угрожала европейской безопасности.

Кабинет номер 4201 связан с глобальной системой радиоэлектронной разведки АНБ «Эшелон», способной перехватывать электронную почту, факсы, телексы и телефонные звонки. Сообщения, передаваемые по этим каналам, непрерывно сканируются сверхмощными компьютерами, так называемыми «словарями Эшелона», по ключевым словам и выражениям, список которых постоянно обновляется. Так, если в послании упомянуты «героин», «наемный убийца» или «Даунинг-стрит», система автоматически засекает и слово, и его источник, и передает данные в ЦПС.

Увидев ключевое слово, оператор принимает решение: давать ли информации дальнейший ход, не обращать на нее внимания или отследить источник. Если сотрудник решает начать расследование, то пересылает подозрительное сообщение в отдел общего поиска, расположенный в том же здании. Если сведения оказываются крайне щекотливыми или предназначенными только для тех, кто работает в кабинете 4201, сотрудник проводит расследование самостоятельно.

Запрос из АНБ попал к старшему аналитику кабинета 4201. Начальник его отдела, Невилл Харбор-Смайт, сейчас находился на профсоюзном собрании, но работа кабинета 4201 велась и без него. События внешнего мира редко влияли на работу отдела. Сотрудники очень гордились тем, что однажды отказались принять даже представительницу королевской семьи, потому что в это время спутник пролетал над Эпсомским ипподромом, где шло дерби. Дверь кабинета 4201 не открывалась до самого окончания заезда. Когда представительница королевской семьи в конце концов вошла, один из сотрудников отдела с нескрываемым удовольствием сообщил ей, что ее лошадь пришла второй, уступив победителю совсем чуть-чуть. Причем результат он сообщил владелице раньше фотофиниша.