Второй Шанс

— Нет, товарищ генерал! Никак нет!

Лев вдохнул и выдохнул, пытаясь понять, почему его правильные и толковые планы должны разбиться о действительность с некомпетентными исполнителями. Лев впился глазами в карту, пытаясь найти выход. По всему выходило, что, не применяя ядерного оружия, быстро сбросить тварей в море не удастся. Рассечь поток тварей в море… а как они вообще оказались способны пересечь такое расстояние? Почему флот оказался настолько бессилен? Неужели и здесь предатели сидят, докладывают тварям о каждом шаге людей? Сможет ли эскадра вообще отсечь поток тварей из Африки?

Лев с грустью признался самому себе, что как-то упустил из виду морской аспект этой заварушки. Слишком уж привык к сухопутным делам и диверсионным группам, а ведь море тут на первом месте. Отсечь поток, и уже потом давить тварей, иначе это будет походить на затыкание голыми руками трубы высокого давления. Эффект вроде есть, но до конца заткнуть не удастся.

Злость на «местных» не то чтобы ушла, но скорее перешла в конструктивное русло.

— Итак, — Лев уткнул палец в карту. — Один полк на помощь мотострелкам, второй в помощь танкистам на восточное побережье. Ополченцев концентрировать здесь, неподалеку от Палермо. Будут резервом. На этом все, и теперь мне хотелось бы увидеть заключение о том, как тварям удалось проплыть такое расстояние.

— Первичную высадку осуществляли амфибии-Крокодилы. Остальное неизвестно, так как людей сразу оттеснили от побережья. Возможно, остатки флота знают что-то, но они вне нашего подчинения.

— Я знаю, — оборвал его Лев, — так, срочно мне прямую линию с адмиралом Березенко!

* * *

В результате длительного и довольно утомительного общения выяснились прямо таки шокирующие подробности, которые ставили с ног на голову все представления об обороне полуострова в частности и о перспективах морской войны в целом. Сверхмозг, наконец, закончили разработку тварей поддержки на море, то, чего так не хватало рядовому и пушечному мясу. Вариации паромов, барж и буксиров на базе китов и кашалотов, дельфины-камикадзе и просто огромные плывуны неопределенного облика, за бока которых твари цеплялись и плыли, экономя силы.

Теперь, в сущности, тварям ничего не стоило форсировать Адриатическое море и высадиться на полуострове в любом месте. Лев потел и утирал лысину, сбывались самые страшные кошмары аналитиков Второй Волны. Твари не только перешли к уничтожению кораблей, но и научились форсировать водные пространства. Во время Второй такие операции проходили на минимальные заплывочные расстояния с максимальными потерями, использовались амфибии, не слишком поворотливые на суше, но общая тенденция прослеживалась четко.

Лев ощутил, как паника тихо разрастается и сжимает желудок и сердце.

До подхода эскадры — еще сутки, не говоря уже о высадке морпехов, которая неизвестно как пройдет, ибо твари они такие твари, что все могут испортить. Генерал дошел в панике до того, что начал обдумывать мысль выехать к танкистам, и лично возглавить прорыв на броне до самого Пиаццо. Потом окопаться в городке, использовав танки как неподвижные огневые точки, и героически держаться, с одной стороны не давая тварям высаживаться, а с другой сдерживая попытки уничтожения танков.

* * *

— Совсем старый дурак стал, — сказал сам себе Лев, утирая лысину. — Вот жеж.

— Товарищ генерал?

— Связь с особым ракетным крейсером «Тайфун», быстро!

Пока устанавливали связь и обменивались кодами, Лев немного трясущимися руками достал сигарету и закурил. Теперь он немного лучше понимал, что творилось в головах местных генералов после обработки псиониками. Это ж надо, запаниковал на ровном месте, расскажи кому — на смех поднимут! А верный и неизменный помощник капитан Имангалиев, лишенный чувства юмора, наклонит голову и посоветует чаще бывать в критических ситуациях.

— Товарищ генерал, связь установлена!

Лев взял гарнитуру, и начал ставить задачу. В конце концов, рыбу можно не ловить какое-то время, и делать регулярные замеры на зараженность радиацией, и карта течений известна, и все это преодолимо. В отличие от толпы тварей на острове, на которых пока что не скинешь ядерную бомбу, а когда можно будет кидать — будет уже поздно и не нужно. Поэтому особый ракетный крейсер получил задачу на удар тактическим ядерным оружием по морю, точнее говоря по кратчайшей прямой между Африкой и Сицилией.

По расчету Льва это должно было раскидать тварей, и если не перетопить, так лишить тварей поддержки — ведь те были велики и могучи, а значит, должны были в полной мере получить урон от взрывов. Дальше особо делать уже ничего не надо будет. Те твари, что останутся живы — перетопнут сами, новых тварей поддержки перехватит подошедшая эскадра, а тех, кто уже высадился на острове постепенно перебьют. Задача решена, нападение отбито… ценой заражения Средиземного моря.

Требовалась новая стратегия отражения десантов тварей, и Лев собирался этим заняться уже в Риме.

Знал ли он, что ракеты «Тайфуна» де-факто выпустили его и группу «Буревестник» на свободу, попутно уничтожив тысячу людей? Не знал, но в скором времени ему предстояло узнать. Лев намечал целый комплекс мероприятий, по выявлению и наказанию виновных, без особых скидок на псиоников. Попутно, разумеется, можно было хотя бы косвенно зацепить и самих псиоников, или их агентов, кого-то входящего в круг общения или подчиненных тех, кто подвергся воздействию. Если теория о прямой инфильтрации в среднюю прослойку пирамиды власти окажется верна, то можно будет нескольких аккуратно прижать, за другим проследить, вскрыть всю сеть псиоников и уничтожить ее одним ударом.

Предварительно, разумеется, информационно выпотрошив.

В сущности, Лев не придумал ничего нового, просто ему повезло наткнуться на истинных виновников происходящего. Случайность, не более, но Лев собирался ее умело использовать, и вырвать если не победу у тварей, то вырвать хотя бы десятилетие передышки и относительно мирной жизни, для восстановления сил и запасов.

* * *

— И зачем мы следим за Спартаком? — проворчал Дмитрич.

— Потому что он ведет себя подозрительно, — наставительно ответил Дюша.

Вдвоем они неспеша прогуливались по Риму, сопровождая Спартака до железнодорожного вокзала. Снайпер все утро тщательно брился налысо, перебрал винтовку и, насвистывая какой-то фривольный мотивчик, удалился. Группа внаглую пользовалась тем, что Лев еще не вернулся, а капитан Имангалиев сходу увяз в комендантских задачах. Минимум сутки безделья, и сержант Мумашев решил посвятить их поставленной задаче по слежке за Спартаком.

Заодно прихватил с собой Дмитрича, аргументировав это тем, что тот бывший разведчик.