Второй Шанс

Ведь это ж твари! От них можно ждать любой гадости.

Впрочем, в данном случае людям повезло. Группа тварей просто носилась в панике туда-сюда, потеряв управление. В страшные ущелья никто из них не сунулся, и «Буревестник» тихо-мирно убежал вверх. По соседнему ущелью, там, где пыли было меньше, и дозиметр не так яростно верещал. Анти-рад таблетки еще действовали, и можно было надеяться, что дело обойдется просто «увеличенной разовой дозой», в пределах допустимого. Дезактивацию одежды, хотя бы полосканием в горной реке, произвести не представлялось возможным, и это тоже сильно беспокоило Льва.

После ядерного конфликта Прежних, убившего 99,9 % человечества, были достигнуты значительные успехи в борьбе с радиацией. Методы дезактивации и противодействия совершенствовались и улучшались, даже в Темные года на эту тему не жалели ресурсов и сил. Даже потом, когда с появлением тварей проблема — жить человечеству или умереть — снова встала в полный рост, на работу с радиацией и улучшением методов защиты продолжали бесперебойно выделять ресурсы и людей. Повышение общего радиоактивного фона Земли после конфликта тоже не добавило здоровья людям (а вот тварям очень даже, если верить слухам). Чудесные антирадиационные таблетки давали кучу побочных эффектов, и применение их было строго ограничено. Конечно, в будущем обещали всё и вся дезактивировать, избыточную радиоактивность уничтожить или свести на нет, и вообще сделать из Земли планету — сад. Требуется то всего ничего — уничтожить тварей, а потом еще сотню лет дружной совместной работы всего человечества.

Но пока что Лев был бессилен что-либо изменить, и оставалось только двигаться вперед.

04 мая 2399 года. В 20 километрах от столицы Федерации. Резиденция главы Совета.

В огромном помещении, помпезно именуемом «зал совещаний и приемов», находились двое. Фельдмаршал Брайан Хорхе Антигес, в настоящее время возглавляющий генеральный Штаб, и, к слову сказать, ученик ученика Льва. Брайан трезво оценивал свои способности и понимал, что пора уходить в отставку. Ровно половина жизни отдана Третьей Волне, износились тело и мозг, и уже начались промахи. Взять хотя бы дерзкую прошлогоднюю высадку и полный захват тварями Пиренейского полуострова! Пришлось срочно организовывать цепь обороны в Пиренеях… благополучно прорванную тварями, едва погода сделала перевалы минимально проходимыми.

Понимая это, Брайан уже начал потихоньку передавать дела и готовить преемника. Большинству, конечно, застила глаза его слава блестящего стратега и тактика, сумевшего мастерски переиграть тварей в битвах начала Волны. «Я слишком много вложил в те дела», грустно констатировал фельдмаршал, глядя на трясущиеся руки. Чтобы не выказывать позорной слабости, Брайан крепко прижал трясущиеся руки к карте, расстеленной на большом столе. Взглянул на собеседника, нет, вроде не заметил. Не любил глава генштаба демонстрировать свою слабость, хотя и относился с пониманием, когда таковую выказывали окружающие.

«Если в человеке нет слабостей, то он тварь!» любил цитировать Брайан своего учителя.

Собеседник фельдмаршала, входил в Совет, управляющий Федерацией. Прежние назвали бы его должность «министр транспорта и логистики». Невысокий, с намечающейся лысиной, тихим, невыразительным голосом и отстраненным взглядом. Занимая одну из ключевых должностей в Федерации, Колин Макдауэлл стремился только к одному: делать свою работу качественно. Именно поэтому он и назначил встречу с Брайаном Антигесом, дабы уточнить самый важный вопрос. Вопрос вопросов, как любили говорить Прежние.

Эвакуация населения и перевозка войск. Процесс одновременный и в тоже время разнонаправленный.

В данном случае положение осложнялось еще и тем, что инициатива в войне принадлежала к тварям.

* * *

Вообще, обстановка на фронтах к 31-му году Третьей Волны складывалась крайне безрадостная для людей. Твари прочно удерживали инициативу с самого начала, пусть даже в первое десятилетие местами их удалось остановить и отбросить. Планомерно, организованно и четко твари разрушали основу противодействия: промышленный потенциал Федерации. Не жалея сил и средств, твари уничтожали заводы и фабрики. Потери 1 к 50 не утешали руководство. Завтра набегут новые твари, а встречать их будет уже нечем. Потому что те 50 тварей, погибших в расчете на 1 человека, позволили остальным ворваться и уничтожить оборудование, здания, да в целом технологические цепочки по производству оружия. Промышленные районы, разумеется, снабжались и оборудовались всем необходимым для обороны.

Оставалась только одна проблема: люди. Те, кто должен был держать оборону.

Невозможно в одиночку отбить набег тысячи Кусателей. Твари же умело раздергивали силы людей, наносили массу ложных ударов, маскировали истинную цель своих набегов, проходили сложными маршрутами там, откуда их не ждали. Потери? Твари с ними не считались, ведь гибло в основном рядовое «мясо», пополнение которого — лишь вопрос работоспособности Инкубаторов и подвоза органического материала к таковым. Именно так, неожиданным ударом с севера, был приведен в неработоспособное состояние Уральский промышленный район. Что касается Европы, то сейчас, буквально в эти минуты, твари ломали и доламывали Рейнский укрепрайон. Включающий в себя значительное число предприятий, как говорили Прежние, «военно-промышленного комплекса».

Резервы и подкрепления укрепрайону? Отправлены на Пиренеи и Балканы, где сейчас очередную орду тварей перемалывали в кровавый фарш. Зато другая орда, вынырнув прямо из моря, смело прошла вверх по течению Рейна, и после недолгой осады взломала оборону укрепрайона. В обороне закончились люди, и твари прошли до самых Альп. Печальный, но закономерный итог паники, обуявшей Совет в прошлом году. До этого момента положение на фронтах было тяжелым, но хоть как-то предсказуемым. После высадки тварей и захвата Пиренейского полуострова, причем ни Атлантический, ни Средиземноморский флота ничем не смогли помешать.

Вот тут и началась паника.

Побережье Северной Африки оказалось практически оголено. Количество войск уменьшилось на порядок, и если в тамошних укрепрайонах еще сидели люди, то только потому, что тварям было лень добираться до них через пустыню Сахара. Зато район Красного моря и Суэцкого канала твари атаковали яростно и самозабвенно, и выбили-таки людей оттуда. Впервые тварям удалось взять вверх над людьми в морских сражениях. Это был уже не тревожный звоночек, а настоящий похоронный колокол.

Начались метания и шатания, и в результате твари легко, изящно и непринужденно прошли по Рейну.

Как уже упоминалось, потери рядового «мяса» тварей никогда не волновали. Итог, собственно говоря, налицо. Основные силы Федерации связаны боями на Балканах и частично в районе Пиренеев. Частично потому, что твари прорвали фронт, и, в сущности, организовали людям классический «котел». Результат: туда пришлось отвлечь еще часть флота. Территория бывшей Франции стремительно превращается в слоеный пирог: где-то люди, где-то твари, резня, трупы, и в перспективе полное уничтожение района. Происходи дело в «тепличных условиях», флот вначале отрезал бы тварей с моря, а потом тех, кто высадился, методично смололи бы в кашу. Пусть даже на «затягивание мешка» размером с четверть Европы ушло бы несколько лет.

Теперь же получилось, что Средиземноморский флот оказался раздерган по всему морю на различные задачи.

Тактически верное решение — снять неиспользуемые североафриканские войска — в стратегическом плане легко могло привести к катастрофе. Удары тварей — выход на побережье — форсирование и захват Мальты с Сицилией — твари переходят через Альпы — Рим в осаде с двух сторон. Флот собирается в кулак к Апеннинам, и везде, откуда он ушел, твари одерживают победы и встают «твердой ногой». Впрочем, кто взялся бы предугадывать планы Сверхмозга?