Вторжение

— Гадость, гадость, — вдруг захныкала дама и тем прекратила разглагольствования господина. Девушка стояла бледная и поникшая. Старуха с видом утешительницы поглаживала даму по спине. Я молча вышел и содрал листочки, расклеенные с таким трудом.