Выбор альтернатора

— Старая теория, — зевнул я. — Подтвердить никому не удалось… Не верю! Жизнь — одна, а по ее окончании ничего нет!

Мидер, кажется, растерялся, поскольку несколько минут я наслаждался тишиной.

— Давай пойдем от тебя! — предложил он, вероятно сумев сориентироваться. — Почему ты не можешь изменить прошлое? Свое прошлое!.. Почему, что бы ты ни делал, твой мир обязательно рушится и погибают все, кого ты знал и любил? Почему ты ни разу не смог это предотвратить?

— Слишком много «почему», Мидер, — посерьезнел я. — Уверен, что тебя это касается?

— Потому что ключевые события изменить нельзя!.. Это не ты придумал для Гхиара — это истина! — не обратил внимания на мои слова шар. — А что получилось бы, сумей ты все переиграть? Думал когда-нибудь?

— Ну, было бы хорошо всем! — Я откинулся на спинку кресла и прикрыл глаз.

— Тогда не было бы тебя! — возразил Мидер. — Такого, каким ты стал. Не было бы ничего из того, что произошло благодаря той войне. Но главное, повторяю, не было бы тебя!

— При чем здесь я? Плевать мне на все!

— Тебя не волнует, что ты на границе циклов? — не в тему спросил шар.

— Какая разница? — отмахнулся я.

— Пойми, наконец: на границе миров, перед моментом гибели Вселенной!. Что, в самом деле не понимаешь?!

— Достал ты, Мидер, — устало ответил я, поднимаясь с кресла в прескверном настроении, — сильно достал… Ну, будущее это, будущее! Которого не существует и проход куда невозможен… Это хочешь сказать?

— И тебя сие не волнует?! — не поверил шар.

— Мое будущее — твое настоящее. Чего мне волноваться? Ты меня сюда затащил — сам и отправишь назад.

— Увы, даже мне такое не под силу! — притворно вздохнул шар.

— Отправить назад? — уточнил я. — А мне уже все равно… Сдохну здесь — какая разница?

— Переместить тебя в будущее, а не отправить в прошлое.

— То есть не ты меня сюда притащил?

— Я, — хмыкнул Мидер.

— Тогда что ты имеешь в виду?

— Я могу лишь смотреть через границу циклов, а ты…

— Хватит, ясно: я смог ее пересечь. Теперь будущее является для меня прошлым, так?

— Да! — радостно выкрикнул шар.

— Описаться от восторга прямо здесь? — равнодушно поинтересовался я.

— Неужели так и не понял?! — взвыл шар. — Я же объясняю, почему ты не можешь изменить свое прошлое!

— Все понял… А почему не могу ничего изменить — мне безразлично.

— НЕТ! — шар от гнева разбух на глазах. — Ты должен хоть раз это понять! Если ты что-либо изменишь, то никогда больше не сможешь преодолеть границу циклов. А это и есть ключевое событие!

— И что?..

Шар стушевался.

— Посмотри сюда, — предложил он упавшим голосом.

Передо мной возникло объемное изображение земного шара, мирно плывущего в голубой атмосфере.

— Такой была Земля во времена твоего детства, — пояснил Мидер. — Смотри дальше.

На шаре расцвели всполохи, оставившие после себя черные отметины.

— Взрывы вызвали возмущение в материи, породили поля, которые дали вам, людям, возможность управлять временем. Последующие войны внесли в возмущение нестабильность, и некоторые из вас научились управлять силами мироздания, что вы ошибочно назвали магией. Дальнейшие взрывы, действуя на нестабильность возмущения поля, уничтожали материю, приближая конец цикла… Теперь тебе понятно?

— Что мне должно быть понятно?

— Ты не можешь изменить прошлое, потому что все взаимосвязано!

Его бред стал меня напрягать.

— Послушай, Мидер, согласен: изменить прошлое не удастся. Что еще?

— Разберись — почему]

— Какая разница?

Изображение Земли исчезло. Из пола, словно грибы, стремительно выползли различные надгробья.

— Читай! — приказал шар.

На всех камнях значились мое имя и одна и та же дата.

— Смерть — через четыре года после твоего возвращения, — подсказал Мидер.

— Считать и сам умею, не утруждайся… Зачем ты мне это показал?

— Потому что сотни раз видел, как ты проводил остаток своих дней в одиночестве. А потом не выдерживал, вновь и вновь проходил границу циклов, чтобы вернуться в Лоренгард, уничтоженный Гхиаром. Там находил своих друзей, Велию, но они были не теми, которых ты знал, и ты возвращался домой ни с чем. Тебя нигде никто не ждал, ты никому не был нужен!.. Хочешь знать механизм всех твоих смертей?

— Нет, — отказался я.

— Суицид. Разными способами, разным оружием — но всегда суицид.

— И что с того?

— Хочу, чтобы ты понял, почему одинок, чтобы хоть один раз хоть на одном камне не было этой даты!

— Зачем тебе?

— Если ты проживешь хоть на один день больше, значит, моя миссия будет исполнена, — признал Мидер свою заинтересованность.

— Какая миссия? — не понял я. — Помогать людям?

— Разумеется, нет! — презрительно фыркнул он. — Изменить прошлое! Подействовать хоть на один ключевой момент!.. Если я смогу это, значит, мое существование оправдано!

— Если я правильно понял, предотвращение моего самоубийства поднимет тебя в собственных глазах?

— Можно сказать и так, — неохотно согласился Мидер.

— Сразу бы это и объяснил, вместо того чтобы кучу времени сопли жевать!

— Я уже не раз заключал с тобой договор, и ты постоянно нарушал его! — всхлипнул он от обиды. — Хоть раз можешь сдержать слово?

«Почему бы, по крайней мере, не попытаться?» — решил я про себя.

— Хорошо, постараюсь. Доволен?

— Но ты хоть понял?

— Я понял одно: самоубийство не в моем стиле. И хватит!

Надгробья канули в небытие, и в полу разверзлась огромная зеленая дыра.

— Отправлю тебя в то же самое мгновение, из которого вытащил, — уведомил Мидер. — А можешь задержаться здесь еще надвое суток, если желаешь.

— Почему именно на двое? — поинтересовался я, готовясь к прыжку.

— Если мои расчеты верны, то это последние двое суток истории. Останься — и своими глазами увидишь конец и начало! — робко предложил он.