Выбор цели

Увидев, Никитина она горделиво выпрямилась и закатила целую речь, что верховная жрица просит его посетить храм.

Сергей пообещал завтра нанести визит верховной жрице. Девица с важным видом выслушала его ответ и, благословив его рукой, направилась вниз по улице легко как козочка, прыгая через лужи.

Никитин, глядя ей вслед, задумчиво почесал голову, подумав, что надо расспросить Линду о здешних культах, памятуя, что с ними нужно держаться востро - ему уже хватило одной стычки с ревнителями культа бога-паука.

Из рассказов Линды выходило, что верховная жрица Арны играет в этом городе не последнюю роль. Храм был светочем культуры в этом городе. В храме мальчики и девочки изучали грамоту, танцы, искусство гадания по внутренностям жертвы и многое другое. Ещё в храме совершались обряды бракосочетания и заключались крупные торговые сделки с непременной жертвой в пользу храма. Причём храм случалось выступал гарантом сделки...

Немного поняв расстановку сил в городе, Сергей утром заранее отложил в кожаный кошелёк пятьдесят золотых монет и, принарядившись, отправился в храм. Правда, храм это было сильно сказано скорее, это было, судя по рассказам Линды - капище.

Капище располагалось на другой окраине этого города на холме и землянину пришлось целый час, проваливаясь по щиколотку в грязи топать по извилистым улицам. Храмовое хозяйство вольготно размещалось на территории в пару гектаров.

В центре возвышалось длинное двухэтажное здание, сложенное из массивных брёвен. Вокруг центрального здания были тут и там были разбросаны ещё с десяток разных домов. В запертых загонах недовольно ревела скотина, а из загонов поменьше им вторили хриплыми голосами птицы, похожие на маленьких страусов.

Калитка была распахнута настежь. Никитин спокойно зашёл вовнутрь и остановился, не зная, куда ему идти. Неподалёку от него группа детей, что-то хором разучивали, под присмотром наставницы. На него никто не обращал внимания, немного постояв, он, направился к группе девушек, которые набирали воду из колодца.

Девицы с любопытством уставились на его светлые волосы, и что-то принялись обсуждать между собой, фыркая и хихикая, бросая на него приценивающиеся взгляды. Сергей подошел к ним поближе и с приветливой улыбкой поинтересовался, где можно найти Мать, так здесь называлась верховная жрица.

Девицы переглянулись, более пристально разглядывая его одежду. Наконец после краткой паузы, та, что постарше сочла, что с ним стоит иметь дело и, повернувшись, замахала руками, привлекая внимания двух женщин более зрелого возраста, которые стояли около здания.

Позже он узнал, что здесь нельзя кричать и надлежало сохранять спокойствие, нарушителей, особенно из тех, кто прислуживали в капище, строго наказывали за нарушение тишины розгами.

Обе женщины неторопливо приблизились, одна из них близоруко сощурившись, улыбнулась ему. Это оказалась жрица, которая год назад освящала его новое жилище. Она была в курсе, что Мать хочет переговорить с ним, и пригласила его следовать за ней.

Вся территория храма была плотно засыпана мелким гравием и булыжником, так что можно было спокойно идти, не опасаясь поминутно угодить в лужу. Они обогнули центральное здание, и зашли в него с торца в одну из дверей. Поднявшись по скрипучей лестнице, на второй этаж, жрица велела ему остановится, а сама, проскользнув под меховым пологом, пошла дальше. Никитин немного постоял в тамбуре, прислушиваясь к тихому пению, доносившемуся сквозь стены. Воздух был пропитан ароматом благовоний.

Минуту спустя жрица откинула полог и знаком пригласила его зайти вовнутрь. Зайдя вовнутрь, он сразу же оказался под пристальными взглядами трёх пожилых женщин. Жрица, почтительно кланяясь, подошла к одной из них, на голове которой сияла золотом небольшая диадема и

что-то тихо стала ей говорить.

Коротко кивнув ей головой, Мать отпустила жрицу и плавным движением руки, указала ему на место неподалеку от себя. Как раз на то место, куда падал свет из раскрытого окна, сама Мать осталась в полумраке.

Землянин встал на это место и, сложив перед собой руки лодочкой, и коротко поклонился. Мать сразу же впилась в него глазами, Никитин не стал уклоняться. Секунд тридцать длился их безмолвный поединок, потом он с полным осознанием своей внутренней силы скромно отвёл глаза. Лицо Матери искривила мимолётная недовольная гримаса, но её лицо тут, же приняло приветливое выражение. Умному достаточно - как говорили римляне.

Жрице этого оказалось достаточно, чтобы она поняла, что перед ней не простой человек. Легким взмахом руки она вызвала из-за занавесок прислужницу и показала ей на пол, молодая девушка низко поклонилась и быстро принесла для Никитина мягкую скамёйку.

– Оставьте нас.
– властно произнесла она, глядя на женщин.

Жрицы с удивлением уставились на неё, но ослушаться не посмели. Они тяжело поднялись и, поклонившись, исчезли за занавесками.

– Я хотела бы узнать побольше о твоей стране и о тебе Сажи.
– мягко сказала она на торговом.

Никитин не стал ничего особо выдумывать. Он рассказал, что родился в большом племени, там за переходом. Что родился он в семье жрецов и с детства был приобщён к таинствам. При этих словах жрица довольно кивнула головой, предчувствуя нечто подобное.

Дальше землянин продолжил свой рассказ, что в семьях правителей и жрецов есть обычай отправлять молодых людей в путешествия, чтобы посмотреть мир.

– Ну, я решил посмотреть, что здесь за переходом. Обычно мои сверстники выбирают себе путешествие попроще, но я всегда любил трудные путешествия и с детства к ним готовился.

– Понятно...
– протянула жрица - Но насколько я понимаю, ты должен будешь вскоре вернуться обратно и жить в своём племени?.

– Нет не обязательно. Я могу сообщить своим родным, что я собираюсь остаться здесь, и они должны будут уважить мой выбор.

Жрица недоверчиво усмехнулась.

– А если тебе прикажут твои родные или твой кер?.

– После шестнадцати вёсен, мы те, кто принадлежит к эээ - тут Никитин замялся, не зная, как сказать слово касты.

Этого слова не было в торговом языке, и он решил выразиться нейтрально.

– Ну, отпрыски благородного сословия, при достижении им совершеннолетия имеют так сказать определённые права и могут отказать даже керу. Ну, за исключением войны, и ещё в том случае если только у кера сын - единственный наследник.

– Интересно.
– протянула Мать.
– Твои соплеменники имеют значительно больше свободы, чем у нас.

– Это касается только благородных сословий.
– поспешил добавить Сергей.

Мать некоторое время размышляла.

– Расскажи мне теперь о своей вере.