Выбор страсти

Что тут началось! Казалось, все пришло в движение. Открыв склад оружия, Бастиан начал энергично раздавать мушкеты. При этом самых метких стрелков он отправил карабкаться на мачты.

Вскоре все вооружились до зубов, готовясь к захвату корабля. Рейдер даже не пытался их остановить, понимая, что пиратам просто необходима разрядка, иначе они совсем озвереют или сойдут с ума от безделья. Он снова поднял подзорную трубу, моля Бога, чтобы судно оказалось британским. К счастью, его молитва была услышана.

Рейдер сразу ощутил обычный перед сражением зуд и так громко, что мог бы, пожалуй, потревожить самого Посейдона, гаркнул:

– Бастиан!

– Есть, капитан! – с готовность отозвался тот, взбудораженный приготовлениями к нападению.

– Британский флаг! – проревел Рейдер и, перекрывая восторженный рев команды, добавил: – Нам лучше тоже сделать вид, что мы британцы!

Блайт не сразу поняла, о чем идет речь, пока на главной мачте не заплескался знакомый ненавистный флаг. Вскоре появился Ричард с темно-синими кителями для Рейдера и Бастиана. Затем оба нахлобучили отороченные золотой тесьмой головные уборы британских морских офицеров.

«Они готовят ловушку тому судну», – наконец догадалась Блайт и вцепилась в поручень, чувствуя, как сильно колотится сердце. В ее памяти все еще были свежи картины прошлого ужасного сражения. Рейдер видел, что Блайт, оцепенев от ужаса, расширенными, потемневшими глазами наблюдает за приближением торгового судна, и быстро подошел к ней, собираясь увести вниз.

– Ты останешься в каюте, как в прошлый раз, – заявил он, обнимая ее за талию.

– Нет, – неожиданно возразила Блайт, и на ее бледном лице появилось решительное выражение. – В прошлый раз я, наверное, тысячу раз умирала в каюте, не ведая, что происходит наверху. Я должна остаться здесь, я должна все видеть, как бы ужасно это ни оказалось.

– Нет, Блайт. – Рейдер снова увлек ее за собой.

– Дай мне револьвер, даже два. Я постараюсь не лезть на рожон, но я не уйду и не буду отсиживаться внизу во время сражения.

Убедившись, что спорить бесполезно, Рейдер чмокнул Блайт в щеку и приказал Ричарду принести ей револьверы.

Вскоре оба корабля оказались в пределах видимости, и пираты быстро попрятались за фальшборт, чтобы палуба выглядела почти пустой. Блайт взошла на ют, присоединившись к Рейдеру и Бастиану, которые напряженно наблюдали за приближением «Китаянки».

Присутствие на палубе Блайт невольно сыграло на руку пиратам: общеизвестно, что морские разбойники не держат на борту женщин. Капитан торгового судна и сопровождавшие его офицеры облегченно вздохнули, решив, что некий британский фрегат с пассажиркой на борту мирно следует своим курсом. Естественно, никто не стал бросаться к пушкам. Сейчас больше казались уместными две-три бутылки доброго вина – обычный обмен приветствиями между капитанами.

Рейдер и Бастиан не верили своим глазам: на «Китаянке» не замечалось совершенно никаких приготовлений. «Либо они чересчур доверчивы, либо чересчур хитры и умело маскируют свою тревогу», – решили пираты.

– Сейчас мы им покажем, – злорадно пробормотал Бастиан.

Уже через пару минут «Виндрейдер» осуществил свой излюбленный прием, обычно шокирующий противника, – резко развернулся, угрожая противнику. Рейдер видел в подзорную трубу, как у капитана «Китаянки» отвисла челюсть при виде ощетинившегося десятка пушек борта корабля.

– Дать залп по носу судна, вывести из строя бушприт! – скомандовал Рейдер. – Пусть знают, что мы не шутим. Снять этот паршивый флаг! Поднять звездно-полосатый!

В следующую секунду раздался оглушительный залп, и «Виндрейдер» ощутимо вздрогнул. Воздух наполнился клубами дыма. Последовал еще один залп, и палуба, как живая, заходила под ногами пиратов. Бушприт «Китаянки» удалось повредить с первого же выстрела; треугольный кливер беспомощно повис, раскачиваясь на ветру. Убедившись в своей ошибке, команда начала лихорадочно готовиться к отражению атаки. Тогда Рейдер приказал зарядить главную пушку и дать одиночный залп, тем самым давая понять «Китаянке», что сопротивление бесполезно.

Повисла напряженная тишина – пираты ждали ответа. Наконец зычный голос капитана «Китаянки» оповестил всех о том, что они сдаются. В считанные минуты за фальшборт судна ухватились абордажные крюки, и два корабля приблизились друг к другу настолько, чтобы можно было перекинуть между ними доски.

На «Виндрейдере» с энтузиазмом принялись за привычную работу. Дрожа всем телом, Блайт наблюдала за происходящим. Она видела, как у капитана «Китаянки» и его первого помощника отобрали ключи, как пираты деловито разбежались по трюмам.

Бастиан внимательно наблюдал за их работой, докладывая обо всем обнаруженном Рейдеру. Капитан «Виндрейдера» с несколькими пиратами в это время отбирал у захваченной команды оружие и отделял моряков от пассажиров, что было обычным делом при захвате корабля.

Вскоре на палубе с крайне недовольным видом появился Бастиан. Все эти приготовления, выстрелы, волнующее ожидание – все оказалось напрасным. Еще бы, стоило поднимать суматоху из-за какого-то хлама: бочек с сахарным сиропом и сушеных кокосов! В Сент-Томасе хватает этого добра. Они ничего не смогут продать!

Бастиан решил пошарить по каютам. Перед дверью одной из них он обнаружил Оззи, нерешительно топтавшегося возле скрюченного тела хорошо одетого молодого человека.

– Не пускал меня, – объяснил пират, указывая на дверь. – Пришлось его стукнуть.

Бастиан одобрительно фыркнул в ответ.

– Что это он так охранял? Впрочем, что бы там ни было, теперь оно наше.

Бастиан недобро ухмыльнулся Оззи, и они вместе ворвались в каюту. Раздался пронзительный женский крик. Бастиан неожиданно оказался лицом к лицу с молодой особой с льняными волосами и небесно-голубыми глазами. Господи, ему еще никогда ни приходилось видеть ничего подобного! Женщина боязливо попятилась к противоположной стене, дрожа всем телом и зажимая рукой рот. Пираты пораженно уставились на нее, не в силах сдвинуться с места.

Женщина медленно опустила руку, и ее пухлые розовые губки шевельнулись. Она что-то умоляюще произнесла на незнакомом языке, который, впрочем, показался Бастиану, знакомым. Разумеется, это был датский. Белокурая датчанка обхватила себя руками, чем невольно привлекла внимание к своей фигуре. Бастиану очень понравились ее покатые плечи и выпирающие из корсета полные груди; он буквально утонул в бездонной голубизне глаз незнакомки. Бессознательным движением Бастиан сорвал с головы повязку, чтобы как следует рассмотреть женщину.