Warm

– У нас есть что-нибудь от ожогов?
– растерянно спросил он.

Глава 5

Преимущество животных перед людьми в том, что они доверяют своим чувствам. Не имея такого изощренного ума, как у человека, они не умеют себя уговаривать, успокаивать или просто игнорировать поступающие сигналы. Животные реагируют на раздражитель всегда, особенно, если он вызывает у них панический страх.

Рыжая шпиц Злата рвалась из квартиры в дверь, царапала пластик и скулила, чем здорово вводила свою престарелую хозяйку в гнев. Бабуля, решив, что у ее питомицы возникло желание попасть на собачью свадьбу, взяла веник и отогнала её от двери. Собака, чувствуя в воздухе непривычный запах, сигнализирующий через генетическую память о страшной опасности, безумно рвалась на улицу.

Злата по креслу забралась на подоконник и заскребла коготками по стеклу.

– Да что же это такое, почему тебя так к этим кобелям тянет? Сейчас отвезу тебя в клинику на стерилизацию, - бабуля взяла собачий поводок в руки и направилась к собаке.

Злата замолчала и с готовностью подставила шею. Ей нужна была улица. Это был вопрос жизни и смерти, причин задавать который она не понимала.

– Вот дурочка, опять захочешь сбежать?

Злата преданно уставилась в глаза хозяйки, желая только одного, чтобы та не передумала или не опоздала.

– Ладно, сходим с тобой в аптеку, купим антисекс. И тебе хорошо будет и мне спокойно.

Хозяйка открыла входную дверь и привязала поводок к дверной ручке, а сама принялась обуваться. В этот момент сильный толчок сбросил ее с пуфика. Старушка ударилась о дверной косяк и потеряла сознание. Шпиц закрутилась возле нее, заскулила, бросилась лизать руки и лицо, но это не помогало.

Толкнуло еще раз. Дом наполнился топотом десятка человек, бегущих на выход по лестнице. Выбежали соседи, увидели собаку, мечущуюся возле хозяйки, не подающей признаков жизни.

– Папа, собачка плачет!
– запричитала маленькая девочка.
– Что с бабой Валей?

– Нет времени, девчата, потом поможем, когда трясти перестанет.

– Давай, заберем собачку, а потом вернем.

Отец рассудил, что в этом есть здравая мысль. Если с соседкой случилось что-то серьезное, то собака может пропасть. А так, они вернут ее в здравии, когда она поправится. Он снял поводок с ручки и передал дочери.

– Крепче держи, - папаша был уверен, что его десятилетняя дочь запросто справится с маленькой собачкой.

Так и было, пока они бежали по лестнице, но, когда выбежали из подъезда, Злата рванулась, что было мочи, выдернула поводок из рук девочки и побежала, сама не зная куда. Она лапками почувствовала тряску земли, а нос улавливал пугающие запахи. Со страху она забилась под куст чайной розы и замерла.

Начался кошмар. На ее глазах весь мир превратился в руины. Высокие здания с грохотом утонули в клубах душной пыли, а когда она осела, ее дома, как и других, больше не было.

Мужчина сверху отключил фонарь за ненадобностью. Люди, перебивая друг друга, пытались задать волнующие их вопросы насчет того, какой вред причинило землетрясение наверху, за границами их ловушки.

– Да тут все хреново! Дома под основание развалились, а под ними еще пожары начались. Полыхает кругом. Ад. Газзавод рванул. Горит вон, до половины неба. Я далеко не ходил, по Башиловке до железки спустился, пути все перекрутило, вагоны раскидало, а за железкой такой же разлом как у вас, а то и больше. Бёрд не видно, то ли ухнули под землю, то ли как вы. Воняет очень. Думаю, подземные хранилища газа открылись. Как бы не долбануло.

– Выгорит раньше, если пожары кругом, - выкрикнул кто-то снизу.

– А Степной как?

– Отсюда не видно, дыма много. До машзавода только, а там мгла. Да и нет никаких шансов, что Степной обошло мимо. Все полегло вровень с фундаментом.

Полная женщина заплакала и отошла в сторону.

– Друг, а ты не можешь найти чего-нибудь, чтобы поднять нас. Веревки какие-нибудь?
– спросил Шурик.

– Могу. У меня сосед на эвакуаторе работает. Его машина в гараже стояла, не пожгло оборудование молниями. У него лебедка есть. Только он ближе к утру вернется. Ушел в Овощевод, узнать, что с детьми.

– Почему пешком?

– Так, дорог-то нет. Поднимитесь, увидите, как все вывернуло. На машине не проехать. Удивительно, как торговый комплекс не сложился.

– Обвал нейтрализовал толчок, - ответил ему кто-то.

– Везучие. Здесь все, кто в домах был, в лепешку. Народ, кто выжил, бегают вокруг развалин, а что они могут. Тут техника нужна

– Много выжило?

– Ну, достаточно. Многие успели выбежать. Из моего дома человек десять.

– Какой у тебя дом?

– Да вот, хрущевка на Народной. Была.

– Да, негусто для такого дома. А у тебя родные...?

– Нет, я один жил.

Никто ему ничего не ответил. Назвать человека везучим, язык не повернулся.

– А связь, телевидение, радио, что-нибудь работает?
– выкрикнул Денис.

– Телефоны не ловят, остальное проверить нечем. Да и с чего бы? Всё под ноль.

– Просто интересно было бы узнать, какая площадь попала под землетрясение.

– Ладно, если найду приемник на метровых волнах, покручу, может, что и скажут.

Небо осветил яркий сполох.

– Что там?
– спросили снизу, напуганные и заинтригованные непонятным источником света.

– Кабздец какой-то! Серьезно жахнуло и совсем не в стороне газзавода. У военных, наверное, что-то сдетонировало. Уф, духотища!

Мужчину не было видно в темноте, но Денис явно представил, как он трясет майкой, чтобы охладиться. На уровне торгового комплекса душно не было. Даже прохладно, будто законсервированная на глубине стужа поднималась вверх.

– Пойду, помогу кому-нибудь. Утром вернусь с товарищем и лебедкой, - мужчина махнул фонарем на прощание.

– Не забудь, друг! Мы будем ждать!
– крикнул Шурик.

Последняя часть фразы потонула в хлопнувшей по ушам ударной волне. Края ямы зашуршали осыпающейся землей. Кто-то из детей испугался и закричал. Взрослые рефлекторно уставились в небо, откуда пришел звук. Где-то зашумели сирены машин, но быстро смолкли.

– Нет хуже, чем сидеть и ждать непонятно чего, - произнес Евгений, отец Ульяны.

– Да там и наверху непонятно чего ждать. Мы-то тут почти все живые, а там смерть кругом, - оппонировала ему девушка-фельдшер.