Worm

– - Нет, постой, -- остановил её Выверт, -- это какая-то бессмыслица. До этого ты давала мне другое число. Сейчас шансы даже ниже, чем те, что они имели бы без моей помощи.

– - В моей голове именно такие числа.

– - Это неправильные числа, дружок.

Она помотала головой и крикнула во внезапной вспышке гнева:

– - Нет! Они правильные! Ты просто не хочешь дать мне конфетку!

Выверт положил руку ей на плечо. Она попыталась отодвинутся, но он держал крепко. Ему пришлось повысить голос и слегка встряхнуть её, чтобы она услышала:

– - Последний вопрос -- и ты получишь свою конфетку, обещаю.

Она начала успокаиваться, и Выверт продолжил уже обычным спокойным тоном:

– - Просто снова дай мне число, что будет, если я пошлю Неформалов против Кайзера без моей поддержки. Какая вероятность, что они вернутся целыми?

– - Двенадцать, запятая, три один три три процента...

Выверт быстро встал. Он повернулся к солдату поблизости:

– - Дай ей то, что она хочет.

Солдат отвел девочку обратно за дверь

Выверт пробормотал про себя:

– - В деле есть какой-то неизвестный фактор. Числа не могут изменяться так сильно и так быстро. Упасть больше чем на тридцать процентов...

– - Выверт?
– - спросила немного побледневшая Сплетница.

– - Сплетница, ты знаешь, почему числа поменялись? Твоя сила говорит что-нибудь?

Она покачала головой, начала говорить, но он прервал её.

– - Тогда можете идти, -- приказал он ей и нам всем, -- я свяжусь с вами позднее и мы закончим этот разговор.

– - Я...

– Пожалуйста, - он подчеркнул это слово.
– оставьте меня. Эта ситуация, какой бы она ни была, требует моего внимания.

Сплетница кивнула. Вместе мы направились к двери, через которую вошли. Мы были на лестнице, на полпути вверх к люку, когда Регент прокомментировал:

– Мда. Дурдом какой-то.

– Я бы использовала для описания другое слово, - ответила я тихо.

– Что с ней вообще? Она что, как Лабиринт? Из-за сверхспособностей у неё крыша поехала?

Я посмотрела на остальных, затем повернулась, чтобы взглянуть на него. Я не могла не позволить просочиться в мой голос капле яда, когда спросила его:

– Ты совсем тормоз?

– Что? Она сказала, что у неё головные боли, да и Выверт сказал, что ей тяжело приходится, когда она использует свою силу, легко предположить, что с её психикой что-то не так, особенно увидев её поведение.

– Конфетка, которую она просила -- это эвфемизм для слова "наркотик", -- сказала я, и произнесённые слова сделали мои подозрения ещё более реальными. Я покрепче обхватила себя руками.
– Он подсадил её на дурь, чтобы она с ним сотрудничала, выдавала ему эти числа.

– Я не думаю...

– Заткнись, - прервала я Регента.
– Просто замолкни. Я... я не могу спорить с тобой на эту тему. Пожалуйста.

Он остановился. Я посмотрела на других. Мрак скрестил руки на груди и стоял очень тихо. Сука смотрелась, как обычно, сердитой. Сплетница выглядела бледной, даже в свете единственной лампочки, которая была на лестничной клетке. Она избегала смотреть мне в глаза.

– Ты знал бы, если б обращал внимание на новости, - сказала я Регенту.
– Если б читал ту газету. Мне не нравится, что я должна объяснять, когда я даже думать об этом не хочу. Она - тот самый пропавший ребенок. Помните наше ограбление банка? Как оно не стало сенсацией из-за того, что приоритетом стал поиск ребёнка? Это из-за неё. Из-за Дины Элкотт.

Отвращение и гнев, которые поднимались у меня в груди и в горле вызывали тошноту, мне хотелось проблеваться, врезать по чему-нибудь, прямо тут. Часть эмоций была направлена на саму себя. Я обратилась к Сплетнице:

– Скажи мне, что я не права. Пожалуйста.

Она отвела взгляд, что само по себе было ответом.

– Дошло, Регент?
– спросила я его.
– Ограбление банка было отвлекающим манёвром для местных кейпов, таким образом, Выверту сошло с рук похищение ребенка. Мы сыграли в нём свою роль. Именно мы помогли этому произойти.

7.12

– - Мы не виноваты в том, что сделал Выверт, -- сказал мне Мрак.

– - Но мы точно поспособствовали.

– - Мы никак не могли догадаться о его настоящей цели.

– - Просто мы расслабились и потеряли бдительность. И из-за этого, сами того не подозревая, мы помогли Выверту отвлечь кейпов. И из-за этого Дину держат в плену уже сколько? Три недели? Почти месяц?

– - Почти месяц, -- эхом ответила мне Сплетница.

Я глянула на неё, заметила, что она никому не смотрит в глаза, и у меня возникла неприятная мысль.

– - Ты знала?

– - Я...
– - она остановилась, вздохнула и на мгновение встретилась со мной взглядом, затем снова опустила глаза.
– - Я о чем-то таком догадывалась. Но не думала, что всё настолько мерзко. Трудно объяснить.

– - Попробуй, -- сказала я с напряжением в голосе.

– - Она исчезла из школы рядом с Аркадией в тот же день, когда мы грабили банк. Очевидно, Выверт хотел гарантировать, что Стражей не будет рядом, и они не смогут вмешаться. И, скорее всего, именно потому он так заинтересовался моим предложением ограбить банк. Уже позже я обнаружила связь. Я просто не подумала... Ничто в его словах или действиях не указывало на то, что похищение ребенка является истинной целью.

– - А какая ещё могла быть цель?
– - спросил Мрак.

– - Вы знаете, что её дядя -- кандидат в мэры на будущих летних выборах? Я знала, что Выверт хотел взять её под контроль, я думала, что он мог похитить её, чтобы заставить дядю заплатить выкуп из фонда избирательной компании, или даже заставить его выйти из предвыборной гонки. Я подозревала, что у неё есть причины сотрудничать с ним, например, дома ей было плохо, а он предоставил ей убежище, или подкупил ещё чем-нибудь. В любом случае, ранее его обычные методы работы были именно такими, он не стал бы похищать её надолго, или как-то мучить.

– - Но реальность оказалась иной, -- сказала я горько.

– - Знаю, -- парировала Сплетница.
– - Мне всё это тоже не нравится. Он достаточно долго был рядом и общался со мной, чтобы понять, что в некоторые дела я лезть не буду, и чего-то я могу и не знать. Я даже не думала, что у неё были способности, я не знала, как Выверт о них узнал и как он вообще нашёл её. Это совсем на него не похоже. Безжалостность, жажда власти.

– - Если тебя это так сильно беспокоит, шли его на хуй и всё, -- с раздражением в голосе вмешалась Сука.