Worm
Шрифт:
– - Попробуем экспериментальное средство. Оно предназначено для сдерживания, нелетальное. Выманите её на главную улицу, у нас там больше фургонов.
Эмили выключила звук, когда эти четверо бросилась в атаку. Она не хотела слушать -- но досмотреть запись до конца чувствовала себя обязанной. Просто из уважения.
На записи была Сибирь. Одно из первых прямых столкновений, более десяти лет назад. Закончилось всё плачевно.
В те времена Протекторат был меньше. В основной группе состояло всего четверо: Легенда, Александрия, Эйдолон и Герой. Первый Технарь, попавший под свет софитов, Герой вступил в игру
Директор Суинки уже просматривала эту запись. Несколько раз. Крики -- вот что её преследовало. Даже выключив звук, она могла точно, вплоть до интонаций и темпа воспроизвести всё сказанное, намертво впечатавшееся в память. Такая неожиданная, такая внезапная смерть. Паника, когда сильнейшие герои страны внезапно осознали, что бессильны. Им пришлось менять тактику, чтобы уберечь людей, быть на шаг впереди Сибири, минимизировать ущерб -- а Сибирь тем временем шла вперёд, ломая воздвигнутые ими барьеры, разбрасывая фургоны СКП (в те годы -- просто модифицированные пожарные машины), словно они были лёгкими метательными ножами.
Неуязвимая Александрия получила удар вскользь -- и ей раздробило глазницу, глаз вывалился наружу. После Эйдолон вылечил её, но шрамы остались. С тех пор Александрия всегда надевала к костюму шлем.
После этого показательного удара Легенда приказал залить всё вокруг удерживающей пеной. Не столько для того, чтобы сковать Сибирь, сколько для того, чтобы скрыть раненную Александрию от этой безумной маньячки.
Выключенный звук избавил Суинки от вопля Легенды, уверенного, что он потерял сразу двоих из своей команды. Слушая его крик, она всегда чувствовала вину -- будто вторглась во что-то личное, увидев одного из сильнейших кейпов в тот миг, когда он был полностью во власти эмоций.
Конечно же, Сибирь тогда сбежала. Проскользнула в поднявшемся хаосе мимо множества офицеров СКП и десятка героев. Ничто на записи не указывало, как ей это удалось.
На стол Суинки легла чья-то тень. Обернувшись, она увидела силуэт парящего против солнца человека.
Как и многие другие паралюди, он легко вторгался в чужое личное пространство и был склонен к эгоцентризму. Ну, в данном случае она не могла упрекнуть его в излишней эмоциональности.
Она собралась с мыслями и сказала:
– - Если вы соизволите войти через дверь, Легенда, мы сможем поговорить в моем кабинете.
Он безмолвно исчез за углом здания. Суинки не видела сквозь стены, но услышала суматоху, которую вызвал влетевший в окно Легенда. Он вошёл в офис с плавным изяществом, присущим тем, кто способен летать. Бело-голубой костюм, перчатки и обувь. Ветеран Протектората, чьи лазеры обладали разрушительной силой танкового батальона. Суинки напомнила себе, что формально она выше Легенды по званию.
– - Сибирь?
– - спросил он.
– - Я стараюсь узнать всё о наших противниках, -- извиняться она не станет, но стереть сочувствие с лица оказалось сложно.
– - Я поднялся, чтобы посмотреть, в офисе ли вы, и увидел то видео. Прошу прощения за вторжение. Плохой тогда был день.
Она
коротко кивнула. Да, день был плохой. Кто-то может сказать, что именно с того самого дня всё и покатилось по наклонной. Гибель Героя, и первый раз, когда в схватку вступил по-настоящему опасный злодей.– - Зачем вы хотели меня видеть?
– - К главному входу подкинули сообщение для вас. Мы дали ему высокий приоритет.
– - Приняли стандартные меры безопасности?
Он кивнул.
– - Оно уже на пути в лабораторию.
– - Вы пойдете со мной?
Она тяжело встала с кресла, полностью осознавая огромную разницу между собой и Легендой. Парачеловек и человек, мужчина и женщина, рельефные мышцы и тридцать пять кило лишнего веса, высокий -- и средний рост.
– - Конечно.
Они вышли из кабинета и проследовали мимо госслужащих, чиновников и работников СКП. Эмили знала, что работой завалена не только она, не только она сейчас потеет и безуспешно пытается сохранять спокойствие. Её люди оставались на ногах только благодаря неисчислимому количеству выпитых чашек кофе.
Эмили не могла отказать добровольцам, приехавшим помочь жителям Броктон-Бей или отправленным сюда другими подразделениями СКП. Но людей было слишком много -- а места мало. В районах, где помощь требовалась в первую очередь, сохранилось не так много зданий, которым не грозило обрушение и где можно было устроить безопасный офис. Она отсылала людей из Броктон-Бей, как только выпадала такая возможность.
– - Как ваша семья?
– - спросила она.
– - Вы же усыновили ребёнка, если я правильно я помню?
– - Так и есть. Артур беспокоился, что суррогатная мать родит парачеловека, и если это произойдёт, то он останется не при делах.
– - Шансы высоки даже с приёмным ребёнком. Возможно, дело не в генах, а в присутствии парачеловека рядом с ребёнком, когда формируется его личность.
– - Я знаю. И Артур знает, но не думаю, что он верит в это.
– - Или он не хочет верить, -- сказала Эмили.
Легенда кивнул.
– - Он знал, на что идёт, -- сказала она.
Легенда улыбнулся.
– - Как всегда прямо в точку, директор.
– - У вас девочка или мальчик?
– - Мальчик. Его зовут Кит.
– - Вы слышали, что зарегистрированы паралюди третьего поколения?
– - Да, не так давно. Но мы же знали, что они рождаются, верно?
– - Считать факт официальным, пока он не зарегистрирован, нельзя.
– - И что зарегистрировали?
– - У пятилетки в Торонто проявилась сила. Он -- парачеловек третьего поколения.
Легенда кивнул, но отвечать не стал. Шагнул вперёд и придержал для Суинки дверь.
– - Там всё хорошо?
– - спросил он наконец.
– - Нет. Но обошлось без смертей. Родителей слегка зацепило в суматохе.
– - Это отрезвляет.
Она кивнула.
– - Бремя родителей супергероя. Ваш сын не парачеловек, но риск есть всегда. Но я всё равно вам завидую.
– - Почему?
– - У вас есть семья. Интересно, труднее или легче прожить день, если знаешь, что есть люди, которые тебя ждут.
– - Да.
Она слегка улыбнулась.
Они вошли в лабораторию, и Эмили Суинки внимательно наблюдала за тем, как меняются выражения лиц персонала в миг, когда они замечают Легенду. Восхищение, удивление, изумление. Иногда -- смешанные чувства.