Я ничья?...
Шрифт:
— Скажи, разве они не чудесная пара? — шепнула Элин, пригнувшись к уху Тины, стоявшей рядом и тоже глядевшей на слесаря и его невесту.
— Бесспорно, — лаконично ответила та. — Однако ты и сама неплохо выглядишь, дорогая моя! — добавила она, лукаво поведя бровью, после чего захватила со столика бутылку и принялась обходить гостей, наполняя их бокалы шампанским.
То же самое можно сказать и о тебе, подумала Элин, тут же решив подарить Тине длинное платье из легкого золотистого шифона, которое сейчас было надето на той. Почему это платье Элин считала лучшим своим нарядом,
А вот по поводу своего нового туалета Элин имела очень сильные сомнения. Она уже даже начала сожалеть о том, что позволила сегодня Рите убедить ее переступить через доводы разума и приобрести эту обнову.
Едва увидев темно-вишневое бархатное платье, которое полностью открывало плечи и держалось на одном корсаже, Рита заявила, что это то, что нужно, и лучшего наряда Элин не найти.
Возможно, она была права, но прежде Элин не приходилось надевать такое открытое платье, и она чувствовала себя едва ли не обнаженной. Тут снова кто-то позвонил в дверь. Элин поспешила в прихожую, а затем вернулась к гостям и пригласила их занять места в поданном к самому подъезду шикарном белом лимузине, специально заказанном ею для поездки на бал.
— Хотите знать мое мнение? Только в таких автомобилях и нужно ездить! — весело воскликнул Эд Мувер, когда они подкатили к ресторану, в котором должно было состояться торжество. — Прошу вас, дамы! Настала пора вволю повеселиться!
Затем он дружески поблагодарил шофера и направился следом за остальными, которые уже поднимались по ступеням главного входа. Через минуту вся компания миновала швейцара и вошла внутрь.
— Не нужно так волноваться! — шепнула Элин Рите, нервно вертевшей в руках сумочку и робко оглядывавшей переполненное фойе ресторана. — Я уверена, что Фрэнк скоро появится. Более того, он найдет тебя неотразимой!
— Будем надеяться. — неуверенно улыбнулась Рита.
Действительно, вскоре оказалось, что ей не было нужды беспокоиться, потому что не успели они снять в гардеробной верхнюю одежду, как Элин заметила пробирающегося к ним сквозь толпу Фрэнка.
— Похоже, парень потерял дар речи. — Тина рассмеялась, глядя на остолбеневшего дантиста, который остановился в трех шагах от невесты и никак не мог оторвать от нее глаз.
Даже Элин настолько расчувствовалась, что едва не уронила слезу, когда Фрэнк наконец шагнул вперед и медленно поднес руку Риты к губам. Затем на его лице появилась гордая улыбка, и он увлек свою очаровательную невесту в зал.
— Боюсь, что теперь они не скоро вновь присоединятся к нам. Сегодня я впервые увидела, как осуществляются мечты влюбленных, — заметила Тина с нотками зависти в голосе.
— А где же твой приятель? — поинтересовалась Элин.
Тина пожала плечами.
— Наверное, где-то здесь. Да вон он! — Она помахала рукой высокому парню, напряженно оглядывавшемуся по сторонам в десяти футах от них. — Увидимся позже, ладно?
Элин кивнула и повернулась к приблизившимся Эду и Дейзи.
— Как здесь интересно! — с энтузиазмом произнес Эд. — Можно мы тоже пройдем в зал?
— Разумеется, — улыбнулась Элин. — Я подожду здесь нашего кинооператора, а потом мы разыщем
вас всех и снимем на пленку. Много времени это не займет, так что остаток вечера будет в вашем распоряжении.— А нельзя ли нас снять первыми? — попросила Дейзи. — Просто я не уверена, что моя прическа продержится достаточно долго, — смущенно пояснила она.
— Постараемся, — пообещала Элин.
К тому времени, когда прибыл кинооператор Гарри Томпсон, большинство прибывших на бал пар уже покинули фойе ресторана и переместились в зал, где звучала музыка. Джеймс и Лолли так и не появились, и Элин уже не сомневалась, что их не будет на приеме.
Как и следовало ожидать, мрачно усмехнулась она, чувствуя, что ее настроение дало резкий крен вниз. Ньюмарк с самого начала имел намерение увернуться от посещения бала, и это ему в конце концов удалось. Не помогло даже то, что нынешний благотворительный прием организует его дорогая мамочка.
— Ты уверена, что мы сможем отыскать именно те пары, которые нас интересуют? Вот будет смеху, если мы снимем не тех, кого нужно! — ухмыльнулся Томпсон.
— Ничего, как-нибудь разберемся, — успокоила его Элин.
— Будем надеяться. Должен заметить, что ты сегодня выглядишь очень соблазнительно. На работе я тебя такой не видел! Интересно, на чем держится твое платье? По-моему, то, что я наблюдаю, противоречит законам гравитации!
— Прекрати, Гарри! Не забывай, что мы сюда не развлекаться пришли! — весело отбрила Томпсона Элин. Она давно привыкла к его шуткам.
Однако слова кинооператора вновь заставили ее усомниться в правильности выбора платья. К примеру, если бы в этом наряде ее увидала бабушка, то ее хватил бы удар!
— Кстати о работе, — прервал ее размышления Гарри. — Бартон говорил, что мы должны запечатлеть три пары. Но что-то подсказывает мне, что одной парочки мы не досчитаемся, верно?
— Похоже на то, — с тяжелым вздохом ответила Элин.
Затем она начала было объяснять Томпсону, почему, несмотря на все ее усилия, представители высшего класса не соизволили явиться на прием, но в этот момент кто-то тронул ее за руку. Она удивленно обернулась и…
— Джеймс!
Это действительно был он. Элин ошеломленно смотрела в его смеющиеся зеленые глаза, чувствуя, что все заранее заготовленные колкости быстро выветриваются из головы.
— Я… мм… была уверена, что ты не придешь, — пролепетала она, стараясь поскорее взять себя в руки.
— Интересно, чем это я заслужил подобное отношение? Как ты могла вообразить, что я пропущу возможность увидеть тебя в столь обольстительном платье?
— А… где же Лолли? — спросила Элин, оглядываясь по сторонам.
Конечно, больше всего ей хотелось отвести Ньюмарка в сторонку и сказать ему всё, что она о нем думает. Но она решила, что с этим можно подождать, потому что существовали гораздо более важные вещи.
К сожалению, нужно было смотреть фактам в лицо: им с Гарри следовало в первую очередь сосредоточиться на работе. Лишь после того, как кинооператор произведет съемку, можно будет начать выяснять отношения с Джеймсом. Элин ждала этого всю прошлую неделю, и ей не терпелось поставить его на место!