Я рискну

Ему нравится загонять меня в угол.

Он смотрит на меня сверху вниз.

— Как долго ты собираешься злиться на меня, милая?

— Перестань меня так называть, — огрызаюсь я.

— Ты предпочитаешь сучку? — Я сужаю на него глаза. — Потому что именно так ты себя и ведешь. — Я поднимаюсь и даю ему пощечину. Звук отскакивает от стен оживленного коридора. Студенты останавливаются, и громкие разговоры стихают до шепота. Все смотрят на нас широко раскрытыми глазами. У меня такое чувство, что люди не поднимают руки на Коула, если не готовы получить ответный удар.

Медленная и коварная улыбка расплывается по его лицу, прежде чем его голова опускается на мою шею. Его руки ложатся на мои бедра, и он впивается пальцами в мою кожу.

— Коул, — рычу я, пытаясь оттолкнуть его от себя, но он не сдвигается с места.

Его губы мягко целуют мое ухо.

— Боль возбуждает меня, Остин. — Он прижимается своими бедрами к моим и становится твердым.

И вот так я таю, как чертово масло.

Не падай духом! Ты злишься на него.

— Хочешь, я отнесу тебя в машину и трахну?

— Коул… — говорю я, но звонок прерывает меня.

Он отстраняется, смеясь, зная, что именно он сделал со мной.

— Пойдем. Я провожу тебя в класс.

Я скрежещу зубами, но благодарна за прерывание. Потому что я думаю, что собиралась сказать ему «да».

_________________________________

Я поднимаю глаза и вижу Бекки, входящую в кафетерий. Я окликаю ее по имени и машу рукой. Она подпрыгивает и садится напротив меня.

— Тебе просто нравится быть темой дня, — говорит она, качая головой.

— Что сейчас?

— Все говорят о том, как ты дала пощечину Коулу. — Она шевелит бровями. — Они говорят, что он выпорот.

Я откидываю голову назад и смеюсь. Если бы они только знали правду. Коул садится рядом со мной, а Дик садится рядом с Бекки.

— Предатель, — бормочу я, и она широко улыбается мне, прежде чем поцеловать его. Единственный друг, которого я завела, теперь спит с одним из врагов. Это плохо для меня закончится.

Киллан садится справа от меня, и я напрягаюсь. Даже Коул расправляет плечи, но не смотрит на него.

Шейн и Беннетт присоединяются к нам, и все ребята говорят о всякой ерунде, за которой я не успеваю следить.

Дик на секунду засовывает в рот немного еды между спорами с Шейном, когда я поднимаю на него глаза.

— Могу я взять номер Шелби?

За столом воцаряется тишина. Его глаза встречаются с моими, и они сужаются.

— Зачем тебе нужен ее номер?

— Откуда ты вообще ее знаешь? — рычит Киллан.

— Она накладывала мне швы. Мне нужно снять их на этой неделе, — говорю я.

— Какие швы? — спрашивает Шейн.

Коул и Дик не отвечают ему. Я хмурюсь. Неужели они не рассказали им о том, что произошло той ночью? Я смотрю на Коула, и он смотрит на меня. Я смотрю в ответ, не отступая от него.

— Я отвезу тебя сегодня после школы. — Коул нарушает молчание, и я даже не пытаюсь спорить, пока они продолжают свой разговор.

Маленькая победа, но все же победа.

— А что насчет этих швов? — спрашивает Киллан.

Коул опускает взгляд на свой телефон.

— Это не касается тебя, Киллан, — говорит он. Бекки делает губы буквой О в ответ на тон Коула. Дик запихивает в рот еще еду, давая мне понять, что он не собирается говорить об этом ни слова. Шейн и Беннетт тоже опускают руки, зная, что больше информации они не получат. Киллан ставит бокал на стол и встает, уходя.

ГЛАВА 15

КОУЛ

Однажды я уже совершил ошибку, оставив ее наедине с Шелби. Я не собирался делать ее снова. Я слышал, как она говорила обо мне с Остин, когда мы были здесь в прошлый раз. Поэтому в этот раз я стою с ними на кухне, пока они сидят за столом, а Шелби снимает швы.

— Выглядит очень хорошо, — говорит ей Шелби, осматривая ее. — И шрамы будут минимальными.

Остин улыбается ей.

— Спасибо.

— Конечно, — говорит Шелби, отмахиваясь от ее благодарности и обнимая ее.

— Могу я воспользоваться твоей уборной? — спрашивает Остин, вставая.

Она кивает и показывает, где она находится.

Я прислоняюсь к кухонной стойке, когда Шелби снова входит. Ее улыбка исчезает с ее лица, когда ее глаза встречаются с моими. Она останавливается передо мной, скрестив руки на груди.

— Почему ты так с ней поступил?

Я не отвечаю.

Она вздыхает из-за моего молчания.

— Почему ты подходишь к ней так близко? Я видела видео, которое Дик выложил в сеть. Ты играешь с ней. Но вопрос в том, зачем?

— То, что я делаю с ней, тебя не касается, — решаю сказать я.

— Коул. — Она проводит рукой по волосам. — Ты не можешь так поступать с людьми.

— Я могу делать все, что захочу.

Она сжимает руки в кулаки по бокам, явно расстроенная. Я снова смотрю на нее немигающим взглядом, демонстрируя безразличие. У Шелби слишком большое сердцп. У меня его практически нет.

— Я видела новости. И что Джефф пропал. — Она меняет тему, ее глаза ищут в моих любые признаки того, что я имею отношение к его исчезновению. Она знает меня лучше, чем кто-либо. Я — стена. Она прикрывает меня спиной и нервно смеется.

— Это должно прекратиться, Коул.

— Ты собираешься остановить меня?

Она снова поворачивается ко мне лицом.

— Это серьезно! Это твоя жизнь!

Я отворачиваюсь от нее, так как чувство вины начинает пожирать меня. Жизнь, которой я не должен жить.

— Коул. — Она смягчает свой голос. — Это была не твоя вина.

Я напрягаюсь. Никто не говорит со мной о том, что произошло в ту ночь, когда я убил трех друзей. Они знают, что я никогда не переступаю эту черту, но Шелби не волнуют чужие границы.

— Ты не можешь исправить все ошибки в мире. Илай бы понял. Это был несчастный случай. Это могло случиться с любым из нас.

— Мы оба знаем, что он заслужил это, — прорычал я, сосредоточившись на Джеффе, а не на своих друзьях.

— Господи. — Она тихо шипит, понимая, что я только что признался в убийстве Джеффа. — Кто еще знает?