Я тебе верю

– В таком случае завтра после работы заеду.

– Жду.

На следующий день прямо из клиники Галина поехала к Кириллу. Он только что вернулся с работы и суетился на кухне.

– Давай сперва пообедаем, а то после разговоров аппетит может испортиться, – предложил он.

– А Наталью Сергеевну ждать не будем?

– Нет, она сегодня поздно вернется. С утра испекла пирог и умчалась.

– Обожаю тактичных родителей, – заметила Галина.

– Думаешь, она специально?

– А что, мама не в курсе твоих проблем?

– В общих чертах.

– Вот видишь. Она же понимает, что я не визит вежливости совершаю, а предлагаю свою жилетку, вот и решила дать тебе выговориться.

– Я не предполагал… – растерялся Кирилл.

– Куда вам, мужикам, до таких тонкостей, – усмехнулась Галина. – Ну ладно, давай обедать.

Когда с обедом было покончено, Галина забралась с ногами на тахту, Кирилл сел рядом и стал рассказывать.

Он говорил, как неожиданно для себя влюбился в Ларису, как им было интересно и хорошо вдвоем, как он мечтал поехать вместе с ней в зимние выходные куда-нибудь, походить на лыжах, даже предпринял некоторые шаги, чтобы получить путевки в Малеевку, в Дом творчества писателей на недельку. Потом рассказал про тот злополучный вечер со сбором одноклассников.

– Знаешь, она всем так понравилась, я был просто счастлив. А потом… – он замолчал и через несколько мгновений неожиданно спросил: – Галка, скажи откровенно, ты считаешь меня подлецом, непорядочным человеком?

– Это что еще за достоевщина? Если бы это было так, я бы не дружила с тобой столько лет.

– Тогда пойми вот что: Лариса все заранее просчитала, все запланировала и запрограммировала, и это было отвратительно!

– Я знаю. Но и ты хорош, нечего сказать! Не мог ее выгнать?

– Силой?

– Не изображай дурачка, я не о том. Когда она привалилась к тебе в постель…

– Галка, я много выпил, потом я заснул, а когда проснулся, то не очень ясно представлял себе картину… вот и получилось…

– Ладно, без деталей. Но ты же понял, что был у нее первым мужчиной.

– Конечно, понял и был тронут, если хочешь… Но дело даже не в этом…

– В чем же? – нетерпеливо спросила Галина.

– Утром, а это было воскресенье, мы позавтракали, и она говорит: «Поедем сейчас к нам». Я спрашиваю: «Зачем?» «Мы должны сказать обо всем маме».

– Что-о-о?! – воскликнула Галя.

– Вот и я прореагировал точно так же. Понимаешь, я совершенно опешил от неожиданности. «Что сказать маме?», – спрашиваю. «Рассказать о том, что между нами произошло, – спокойно так отвечает она и добавляет: – Я не могу иначе, мы должны все ей рассказать».

– Она что, сумасшедшая? – никак не могла прийти в себя Галя.

– Вот тут мне действительно захотелось выставить ее из квартиры, но я, разумеется, сдержался, стал что-то плести, что сегодня просто не в форме после выпивки, еще какую-то дребедень, словом, кое-как отбоярился. Когда она ушла, я долго сидел и думал: может, я чего не понял или не так понял, может, по пьянке наговорил ей каких-то обязательств? Но нет, ничего такого не было.

– Тогда что это должно было значить?

– Все очень просто: она хотела, чтобы мы пришли к ее маман и встали под благословение, понимаешь? Если она хотела поделиться со своей матерью, – ради Бога! Пускай делится, рассказывает, что хочет. Но я-то здесь в какой роли должен предстать пред светлые очи? Зачем? Я не делал ей предложений, ничего не обещал. Возможно даже, что через какое-то время это и произошло бы, но вот так вдруг «пойдем, расскажем все моей маме»?!

– Да-а… – протянула Галина, – не ожидала от нее такой глупости. Недаром говорят на Востоке: «Самое большое зло человеку может причинить только он сам». – Минуту помолчав, она в сердцах крикнула: – Дура, дура и еще раз дура!

– Я перестал ей звонить, а она буквально обрывала телефон, потом дважды приходила, норовила остаться ночью, я всеми правдами и неправдами уклонялся, она обижалась, и так продолжалось, пока не приехала мама. Тогда она стала спрашивать, почему я не познакомлю ее с матерью. Я ответил, что никогда не знакомлю своих девушек с мамой, и тут Лариса заявляет, что она не просто моя девушка, а невеста.

– Ну все, я больше не в состоянии это слушать! – решительно произнесла Галя.

– Не буду грузить тебя деталями. С того дня я просто залег на дно, как говорят в преступном мире. Вот и все.

– Бедный Кирюша, я тебе сочувствую, но и твоя вина здесь есть, не так ли?

– Послушай, если женщина сама ложится к тебе в постель, трудно предположить, что она девица. Если бы я знал…

– Все, все, замнем для ясности, как говорится.

Они еще долго разговаривали за вкусным пирогом о себе, о Ласло, о планах на будущее.

Придя домой, Галина сразу же позвонила Ларисе – она не хотела переносить разговор на последующие дни, потому что вся эта история была ей отвратительна, и надо было поскорее сбросить с себя неприятный груз. Лариса знала, что Галя поехала к Кириллу, и потому, услышав ее голос, сразу же заявила, что через пять минут будет у нее. Галина категорически отвергла это предложение, сославшись на усталость, и на самом деле не лукавила – в результате напряженной посреднической деятельности, как она сообщила Ларисе, у нее разболелась голова и даже пирог оказался недостаточным утешением.

– Видишь ли, у меня вся жилетка мокрая, я больше не в состоянии обсуждать эту тему.

– Он что, плакал? – спросила соседка, и Гале показалось, что в ее голосе прозвучали радостные нотки.

– Нет, милая, он не плакал, это я рыдала над твоей дуростью.

– Что? Я не поняла.

– Господи, что тут не понять? Сказано же было тебе: не пугай его возможной женитьбой, он еще не отошел от прежней!

– А я ни слова о женитьбе не проронила, – пыталась оправдаться Лариса.

– Тогда зачем ты приглашала его вместе с тобой рассказать маме о том, как ты переспала с ним?

– Но почему я не могу поделиться с мамой…

– Можешь! – прервала ее Галя. – Еще как можешь! Но без него, сама, понимаешь, сама! Зачем ему-то в ножки твоей матери бросаться? Ты соображаешь?

– Я считала его порядочным человеком и поэтому…

– У меня нет ни сил, ни желания продолжать этот разговор. Все. Спокойной ночи, – и Галина положила трубку. Придется принять снотворное, подумала она и побрела в ванную. Когда зазвонил телефон, она стояла под душем и не слышала звонка, но стоило ей выйти из ванной, позвонили в дверь. Часы показывали начало двенадцатого. Это могла быть только Лариска. Черт с ней, я не хочу, не хочу, думала Галя. В конце концов я имею право лечь в постель и заснуть, я заслужила это. Звонок в дверь повторился, но она так и не отозвалась на него…

Как и следовало ожидать, отношения между Галей и Ларисой испортились. Лариса больше не звонила ей и только однажды, встретившись во дворе, процедила сквозь зубы:

– Я считала тебя моей подругой.

– Значит, ошиблась. Бывает, – бросила на ходу Галя и вошла в свой подъезд.

Кирилл тоже не звонил. И хотя объяснений этому вроде бы и не было, она в глубине души была рада, что теперь вся эта история уже никогда не коснется ее.

Но прошло время, наступил Новый год. Кирилл позвонил поздравить ее. Поговорили две минутки, она передала привет и поздравления Наталье Сергеевне, и на этом все закончилось – был друг и нет его. С Ларисой иногда случайно встречались, а в начале весны она позвонила и попросила проконсультировать и, если нужно, госпитализировать одну знакомую. Галина согласилась показать ее хорошему хирургу в своей клинике.