АГЛАИДА ШИМАНСКАЯ. Я ВАМ ПРОЧТУ (Париж: «Рифма», 1963)

«Звонок встревожил: — Слушаю, алло!..»

Звонок встревожил: — «Слушаю, алло! Кто говорит? — Что? — Снегом замело?.. Откуда голос?.. Не могу понять!» Отбой и гул. Молчание опять. На станции, в каком-то захолустье Светилась ночь невыразимой грустью, Утихла буря и раскрылся свод, Но поезд не пришел и не придет. Спит крепким сном смотритель станционный, Вокруг сугробы, каркают вороны, Не уцелеть от холода и тьмы — Погибло все селенье от чумы. Еще дымок идет с какой-то крыши — Перед концом немного жизнь подышит, Но у поэта образ оживет — Воскреснут души и растает лед, Знакомый поезд весело промчится И снова — жизнь, везде живые лица… Благодарю за весточку оттуда, Где Пушкин и слова его, как чудо.

«О, если б жизнь нагнать, поймать как птицу…»

О, если б жизнь нагнать, поймать как птицу И пленницей держать, О, если б счастью бесконечно длиться И снова все начать! Страна моя врата бы нам раскрыла — Как душу — в два крыла; О, если б не было того, что было — Ни гибели, ни зла. И если б Ты прислал за мной сегодня, Скажу: Спаситель мой, Свети в день радостный, в день новогодний Рождественской звездой.

«О том же самом говорят…»

Софии Прегель

О том же самом говорят, Все повторяется годами, И двор метут все дни подряд, А снова мусор перед нами. Чего в нем только не найдешь — Письмо, билет от лотереи (Он проигрышный, ну так что ж!) И хвостики от лук-порея! Все хлам, но это лишь на глаз, Там грусть потери неизбежной И чувств сокрытых пересказ — Цветок распластанный и нежный. Таков и мир как этот двор, Где жизни каждый вздох отмечен: Порыв души и мелкий сор… О том же самом, вечно, вечно.

«Здесь на старенькой открытке конка…»

Здесь на старенькой открытке конка, Снег на крышах, снегом все полно. Я не помню, я была ребенком И в стране другой живу давно. Но у сердца память не простая И для сердца все осталось там. Я теперь сама себе чужая, Я теперь без имени — Madame. Платят мне за труд французским хлебом, По-французски только говорю. На открытке тут кусочек неба… Но по-русски я тебя люблю.

«Кто-то злословит, кого-то бранит…»

Кто-то злословит, кого-то бранит — Ты бы не слушало нежное ушко! Мало ли что там вещает кукушка?.. Где-то у берега стынет гранит. Слезы морские стекают с него, Плачет, в тумане скрывает он горе. Плачет о нем синеокое море И не умеет сказать ничего.

«Не верь любви и слову “навсегда”…»

Не верь любви и слову «навсегда», Все переменчиво, изменчиво, случайно, От искры не останется следа, Воспоминанье — звук печальный. Как наше сердце больно предает — Полюбит, ослепит и оторвется И чувства восхитительный полет Кудрявой тучкой в небе пронесется.

«Несется облако, несутся мысли мимо…»

Несется облако, несутся мысли мимо… Как легкий дым, любовь неуловима. Уходит день. Готовится обед. Не все ль равно, что света больше нет? Ах, света? — электричества, конечно! Забыли масло! Докучают вечно!.. А сердце — как затравленный зверек, И ветер треплет шелковый платок.

«Для влюбленных — сладостное: “милый”…»

Для влюбленных — сладостное: «милый», Другу ближе слово «дорогой», А для сердца — все слова постылы, Только звук проносится волной. Просияет солнце дивным светом И растает в жалости земной, А потом — годами ждать ответа, Слушать чей-то кашель за стеной.

ВЕСЕННИЕ СНИМКИ

1. «Разбежались мысли, маленькие гномы…»

Разбежались мысли, маленькие гномы, — Надоело в клетке, засиделись дома! Сердце бьет тревогу, голова пустая, День шумит без толку — это признак мая, Кровь бежит по венам легче веселее, И Любовь с Надеждой шепчутся в аллее.

2. «Я тепло встречаю, словно друга…»

Я тепло встречаю, словно друга, Греюсь, отдыхаю и люблю Этот распустившийся цветочек И старушку-кофточку мою. Воробьи и голуби на крыше Зашумели праздником весны, И сегодня до последней травки Все без исключенья влюблены. К облакам деревья льнут верхушкой, Облака уносят горький дым. Почему смотреть приятно выше, Почему все кажется другим? Муха, земляной червяк… Улитка Скользкая, слюнявая, ползет. По дорожке я пойду за нею, Провожу, как гостью, до ворот.

3. «Этим морем на простой открытке…»

Этим морем на простой открытке Я живу, я крепну, я дышу. К небесам обыкновенной ниткой Розовое облачко пришью. Я могу рукой его потрогать И на крыльях прилететь на зов, Подарить тебе могу немного Ласковых и добрых слов.

4. «Лебедь белый, фарфоровый, хрупкий…»

Лебедь белый, фарфоровый, хрупкий, Лебединая нежность моя. Солнце светит оранжевой юбкой, Дышит небо, дышу и я. Воздух теплый, сияющий, звонкий, Мечет искорки птичий глазок, А подснежник соломинкой тонкой Опьяняющий тянет сок. Поцелуи, звонки телефона, Скачет пульс (на окне — воробей), Ярко-красные анемоны, Словно маки с русских полей. Догоняют друг друга стрелки: Как мучительно встречи ждать! Бьются часики дробью мелкой — Скоро, скоро, минут через пять… На скамейке, в лесу, на поляне Ты и я, только я и ты, Это жизнь на невидимом плане, Где-то, как-то, из пустоты… Мира нет. Только я и ты.

«Благодарю Тебя за теплую постель…»

Благодарю Тебя за теплую постель, И эту комнату, и хлеб насущный, За милую дневную канитель, И скромный стих, душе моей послушный. За каждый взгляд, улыбку и привет, За огонек, мигающий в окошке, И этот детский бархатный берет, И крошечные туфельки на ножках. Благодарю за звезды, за слова, За синий цвет и где-то берег южный, Благодарю, что я еще жива, Хотя, быть может, это и не нужно.