Я вернусь

Нина закручивала вихри вокруг себя, и они уносили все страхи и мысли, роящиеся в голове. Что она делает – едет на другой конец мира, к незнакомому человеку, с которым толком и поговорить не может. Она же ничего о нем не знает! Или все-таки их как-то проверяют агентства? Или нет? Брачное агентство – это же не внешняя разведка, откуда они что могут знать. О Боже, а что будет, когда дело дойдет до постели? Ему же семьдесят, может, в таком возрасте ему уже ничего не интересно?

Светка не давала ей расклеиться, постоянно напоминая о ранении. Незнакомец в подворотне слегка порезал ей щеку, крови было много, но рана оказалась неглубокой, и благодаря Светкиной легкой руке небольшой шрам оказался почти невидим.

Полиция нападением не заинтересовалась, участковый предложил задержать Валеру на трое суток, чтобы выяснить у него имена дружков, но Нина с негодованием отказалась. Они перевернут эту кошмарную страницу и начнут с чистого листа. Больше никаких наркотиков и криминала. В тот страшный вечер, после ухода Светки, Валера рассказал ей всю правду и поклялся больше никогда не совершать таких ошибок, если мать его спасет.

В нелепой, почти детской жажде красивой жизни – модного телефона, планшета, шмоток и денег на карманные расходы – Валера решил себя попробовать в роли наркодилера. Договорился с парнем, у которого несколько раз брал дозы для себя (на этой части рассказа Нина почувствовала, как на голове шевелятся волосы), тот дал ему небольшую партию по оптовой цене, чтобы Валера сбыл ее в розницу и заработал на разнице. Но Валера побоялся распространять наркотики напрямую и решил поискать в интернете контакты того, кто купит всю партию целиком. Пусть денег меньше, зато безопаснее.

Покупатель нашелся довольно быстро, вот только деньги, которыми он расплатился, оказались фальшивыми. О чем и сообщил Валере дилер, потребовав вернуть партию или расплатиться за нее. Валера пытался рассказать, что платить ему нечем, но дилер оказался глух к оправданиям. Поэтому Валера решил просто прятаться дома, думал, что дилер в конце концов от него отстанет.

Нина пришла в ужас от услышанного. И от глупости собственного сына, и от чудовищности его поступка. И тут же принялась винить себя – если бы она могла обеспечить Валеру телефоном и планшетом, этого бы не было. Ну ничего, сейчас у них начнется новая жизнь. Возможно, Дуглас окажется не жадным, они с Валерой найдут общий язык и он подарит ему телефон? Или Нина сумеет выкроить немного из семейного бюджета.

Но мечты о щедрости Дугласа растаяли в тот момент, когда переводчица Светлана закончила перевод договора. На нем настоял Дуглас перед отлетом, и это было обязательным условием их поездки в Америку.

Если кратко, то весь смысл сводился к тому, что Нина ни на что не имеет права. В случае смерти Дугласа она остается один на один со своими проблемами – алименты, пенсия или недвижимость ей не положены. При жизни Дугласа она будет получать двадцать долларов в неделю на карманные расходы, а за еду, одежду, жилье и телефон он будет платить сам. Она должна принимать посильное участие в жизни фермы и не должна больше нигде работать. В случае ее измены брак немедленно расторгается и Нина возвращается домой с пустыми карманами.

Нина помотала головой и беспомощно посмотрела на переводчицу.

– Да, негусто, – протянула та.

– Что ты сказала? – немедленно поинтересовался Дуглас у женщины и вперил взгляд в Нину.

– Я спросила, все ли она поняла, – ласково улыбнулась переводчица, легко соврав Дугласу, и перевела взгляд на Нину.

– Я правильно понимаю – он берет меня на полное обеспечение и я не должна работать? – переваривала та только что услышанное.

– Да, и двадцать долларов карманных в неделю, – кивнула переводчица и, не удержавшись, хихикнула. Этот старый дед из Колорадо был жлобом даже на фоне обычно прижимистых американских кавалеров.

– А Валера? – уточнила Нина.

– Что Валера? – не поняла Светлана.

– Валеру он тоже будет обеспечивать? – волнуясь, переспросила Нина. Собственные потребности ее заботили мало, за последние пять лет у нее не было и восьмидесяти долларов в месяц, чтобы потратить на свои желания, так что предложение показалось ей резонным.

Впрочем, чего скрывать, не предложи Дуглас карманных, она бы все равно согласилась и поехала бы, ведь речь шла о жизни ее и сына. Переводчица задала вопрос Дугласу, выслушала его ответ и пояснила Нине:

– Он будет содержать мальчика до окончания школы, после – все сам. Если захочет заработать карманные деньги, то сможет выполнять простую работу на ферме.

– Это то, что нужно, отлично, где подписать? – просияла Нина. Валера наконец-то поймет, как зарабатываются деньги, и, возможно, посмотрит на мир по-новому. Научится трудиться. Да и у Дугласа, судя по всему, не забалуешь.

– Вы уверены? – Светлана выглядела удивленной. – Вы, наверное, не понимаете, но для Америки двадцать долларов – это просто ничто, столько люди в день зарабатывают на неквалифицированной работе.

– Что такое? – занервничал Дуглас, переводчица вызывала у него недоверие, надо будет пожаловаться на нее директору, она явно давала свою оценку и ценные комментарии. – Что ты ей говоришь?

Нина ласково улыбнулась будущему мужу («мужу» – как странно это звучит! Она ведь и не надеялась кого-нибудь еще раз в жизни назвать мужем) и сказала первую фразу на английском языке, которую ей еще предстояло повторить сотни и даже тысячу раз в будущем:

– It’s ok, – и кивнула на договор, беря в руки ручку.

– Ok, ok, – вдруг заулыбался Дуглас и, показав Нине большой палец, вышел из комнаты, на ходу объясняя: туалет.

Едва за ним закрылась дверь, как переводчица быстро заговорила:

– Смотрите, это добрачный договор, он на три месяца. Если у вас с ним все сложится, то в момент регистрации брака вы будете подписывать брачный. Вы уж постарайтесь, задобрите его как-то, покажите, что вы вся честная и бескорыстная, чтобы он хоть что-то вам отписал в брачном. Иначе в случае его смерти вы останетесь в чужой стране буквально на улице, вы это понимаете?

– Прекрасно понимаю, – спокойно кивнула Нина и посмотрела Светлане в глаза, – это вы не понимаете. Я сейчас в такой ситуации, когда люди подписывают договоры с дьяволом. Что мне какой-то прижимистый Дуглас?

– Дьявол имеет тысячу личин, – покачала головой переводчица, глядя, как Нина берет ручку и ставит подпись под собственным приговором.

* * *

Полет прошел лучше, чем Нина могла себе представить. Валера и Дуглас сразу же нашли общий язык. Английский сына был куда лучше ее, и он мог отвечать на вопросы Дугласа и задавать свои.

Светка потребовала, чтобы большую часть вещей Нина оставила дома – пусть «старый пень», как она немедленно окрестила жениха подруги, раскошелится на новые. Она же помогла в рекордные сроки выправить Нине с Валерой загранпаспорта.

Квартиру Нины Светка собиралась сдать «маньяку-аккуратисту» и каждый месяц перечислять средства Нине. А бабушкины часы и библиотеку пообещала забрать себе и сохранить в целости и сохранности.

Не выдержав, подруга все-таки расплакалась в аэропорту, и Нина едва не начала вторить ей, что вызвало одинаковую реакцию у мужчин – Дуглас и Валера единодушно закатили глаза и фыркнули, а Нина даже улыбнулась сквозь слезы – а вдруг это ее шанс? Должно же ей наконец повезти. Вдруг получится пожить хотя бы немного одной семьей и у нее появится человек, с которым она сможет разделить свое бремя. Она вдруг ощутила, как ужасно устала. От проблем, одиночества, от жизни в целом. А вдруг там, в далеком Колорадо, солнце наконец сумеет пробиться сквозь ее тучи?