Your Mistake

Я вернулся домой и занялся делами, стараясь не вспоминать о детстве, совсем, потом поужинал и пролистал вечерние газеты. Подумывая о нагретой постели, зевнул и вдруг напрягся, услышав незабываемый взвизг колес, особо резко прозвучавший в тишине полусонной улицы.

Звонок, испуганный голос домохозяйки, вкрадчивый баритон.

Дверь распахнулась, впуская Мак-Феникса, его свободное пальто развевалось походным плащом, моментально заняв половину комнаты. Лорд замер напротив меня, скептически оглядывая халат и домашние шлепанцы.

– Уже передумали, док? – с веселым сарказмом поинтересовался он, властным жестом распахивая платяной шкаф. – Миссис Флиттл, будьте добры чемодан, пару костюмов, пару белья и зубную щетку для доктора!

– Милорд! – попытался возмутиться я, с изумлением наблюдая, как моя неторопливая хозяйка порхает вверх-вниз по лестнице, укладывая вещи. – Время уже позднее, если хотите, будьте моим гостем, переночуйте и…

Курт Мак-Феникс щелкнул пальцами и заразительно рассмеялся:

– Жизнь только начинается, мой милый, не убивайте ее сном! Нас ждет море! Только… – он на миг задумался. – Заскочим на Беркли-стрит, мне нужно захватить одну безделицу. И, если не возражаете, поужинаем на Пиккадилли.

– На ночь есть вредно, – машинально ответил я, пораженный переменами, произошедшими с Мак-Фениксом. В прошлый визит лорд был довольно холоден, а теперь прямо-таки давил эмоциями и энергией. Потом до меня дошло: – Вы собираетесь в такое время ехать в Мейфер? На вашем рычащем «Ягуаре»?

– Я собираюсь в такое время ехать домой, – парировал Курт Мак-Феникс. – Что ж из того, что я живу в Мейфер? Вы будете одеваться, Патерсон? Или прокатитесь в пижаме?

– Нет, в пижаме – это уже слишком, – улыбнулся я, принимая из его рук костюм. – Но умоляю, сэр Курт, не будем никуда заезжать и никого будить. Я даже согласен на поздний ужин.

Он посмотрел мне в глаза и улыбнулся:

– Ну, хорошо. Заеду с утра в понедельник. Поторопитесь, док. Я буду ждать в гостиной.

***

На Пиккадилли действительно только начиналась жизнь. Незнакомая мне, темная. Как добропорядочный лондонец, с утра до вечера занятый на работе, я был практически незнаком с городом неона, дискотек и притонов. Курт Мак-Феникс чувствовал себя в ночном Лондоне, как король, и ужинать собрался не где-нибудь, а в отеле «Кафе Рояль». Меня сразу задавило помпезным интерьером, голова закружилась от обилия зеркал, на этом празднике жизни я был явно чужим и прикидывал в уме, что из меню, кроме чая, будет мне по карману, но Мак-Феникс этого не замечал, впрочем, его тут знали и сразу провели из общей залы в спокойный приватный кабинет. Ужин лорда был довольно легким: салат, немного мяса на гриле и сок манго. Я ограничился мороженым и чашкой чая. Сначала мы молча ели, потом молча выкурили по сигарете. Все это время я решал простую задачу: для чего Мак-Фениксу понадобилось приглашать врача на дом. В том, что мое присутствие стало ядром какого-то хитроумного плана, я не сомневался. В редкие свободные минуты, выпавшие мне за неделю, я навел справки о новом пациенте. Оксфорд на отлично, большие надежды в области математики. А равно физики, химии, программирования. Чемпион колледжа по фехтованию на рапирах и саблях. Исключительно одаренный человек, не развивший ни одного таланта, растерявший все, что имел и знал, как картежник в единый миг проигрывает состояние. Но прозвище, прилепившееся к лорду за время учебы, говорило о многом. «Стратег» – так называли его и сокурсники, и педагоги, правда, при этом затруднялись пояснить, почему, что было, по сути, ответом.

Я стал винтиком сложного механизма интриги, маленьким винтиком, за который цеплялись шестеренки и кулачки, заставлявшие крутиться огромные колеса таинственных планов. В какой-то миг я почувствовал ужас почти панический, водоворот событий затягивал меня, лишая свободы и права выбора. Что нужно от меня этому странному человеку? Что я делаю рядом с ним в центре ночного Лондона, готовый сорваться с места к черту на рога – ради чего? Я решительно отставил чашку и встал. Пусть завтра Слайт честит меня на все корки, пусть завтра я сам буду кусать себе локти от неудовлетворенного любопытства, но…

– Правильно, док, пора. Поехали! Обещаю: через два часа мы будем в Кингсайде.

Голос Мак-Феникса подействовал, будто пощечина на истерика. Я пришел в себя и с улыбкой кивнул. Я знал, ради чего. Сидящий напротив меня мужчина обвинялся в ряде тяжких преступлений. Я собирался доказать его вину, потому что невиновность на данный момент была надежно защищена законом. Я ехал искать улики.

Курт Мак-Феникс расплатился по счету за двоих, оставил щедрые чаевые, и через пять минут мы уже ехали сквозь кварталы Вестминстера, потом оставили за спиной расцвеченную огнями ленту Темзы, потеряв четверть часа в пробке на мосту, и, наконец, продравшись сквозь светофоры Саут-Банка, набрали скорость, взбудоражив южный пригород. Я засек время назло хвастуну: сэкономить час пути казалось нереальной задачей, Мак-Феникс заметил и усмехнулся. Красный «Ягуар» нырнул размытой тенью на А3, рванул на Хемпшир, до Винчестера и далее, через Саутгемптон в сторону Пула мы летели на безумной скорости по полупустой полосе. От резкого ветра у меня слезились глаза и забавно дрожали щеки; длинные волосы лорда вились черным шлейфом, прищуренные глаза сверкали, – Мак-Феникс упивался гонкой по ночному шоссе. Вскоре я заметил, что дорожные знаки как будто не существуют для беспечного гонщика, а светофоры бесят, словно буйвола красная тряпка. Были минуты, когда я молил безумца сбавить скорость, уверяя, что не спешу, что не расстроюсь, если мы приедем чуть позже, чем он обещал. Но мои мольбы только распаляли Мак-Феникса. В Кингсайд мы ворвались без двадцати двенадцать, пронеслись алой молнией по городку, вырвались на пустошь и еще минут через десять резко притормозили возле дома, затаившегося среди дикого, запущенного сада. Я взглянул на часы и покачал головой:

– Милорд, вы приехали на восемь минут раньше, чем обещали! – сказал я, невольно перекрикивая гудящий в ушах ветер. – Что это вам дало?

Сэр Курт кратко взглянул на меня, возясь с замком, улыбнулся и промолчал.

Пока он загонял машину в гараж, я вошел в дом и застыл на пороге неосвещенного холла, тщетно шаря по стене в поисках выключателя.

– Свет! – откуда-то крикнул лорд, и зала мгновенно озарилась добрым десятком встроенных светильников.

– Завтра я настрою датчики на ваш голос, док, – улыбнулся сэр Курт, появляясь в проеме внутренней двери. – Компьютер легко распознает команды «Свет», «Яркий свет», «Полутень» и «Таинственно».

По мере того, как хозяин называл режимы, в зале менялось освещение, остановившись на загадочном мерцании и причудливой игре светотени.

– Пальто на крючок! – Лорд указал на вешалку у двери. – Снимайте смело. Я включил отопление, вы скоро согреетесь.

Молчаливый лакей внес мою сумку и знаками объяснил, что оставит ее в спальне наверху.

– Он нем, как рыба, а так, конечно, разговорчивый малый, – усмехнулся моему изумлению Мак-Феникс. – Надеюсь, он не будет вам докучать.

– Я думал, у вас больше прислуги, милорд.

– Прислуга в городе, – отрезал сэр Курт, – там она по статусу положена. В деревне нужно быть скромнее. Здесь я предпочитаю все делать сам. Устраивайтесь, я приготовлю грог.

– О, не утруждайтесь…

Лорд властно усадил меня в кресло и надменно поднял бровь:

– Я не утруждаюсь. Я делаю то, что хочу, всегда, мистер Патерсон, запомните и смиритесь!

– Я запомню! – тихо пообещал я, ставя плюс в пользу теории Слайта.

Мак-Феникс удовлетворенно кивнул и оставил меня в одиночестве. Мысль о том, что потомок королей возится на кухне, готовя мне грог, приятно грела душу, но была абсолютно лишней. Я воспользовался паузой и с интересом изучил помещение.

Освещение в режиме «Таинственно» было не самым выгодным для осмотра. Однако я разглядел, что в зале странным образом сочетались предметы, казалось, не сочетаемые, дикое смешение стилей и эпох тем не менее составляло вполне гармоничную картину, если данный эпитет применим к понятию «хаос». Мощный музыкальный центр соседствовал с древней печатной машинкой, на конторке семнадцатого века небрежно лежал макбук. В дальнем углу громоздились чьи-то доспехи, по виду самурайские, к ним небрежно притулилась катана в богатых кожаных ножнах с инкрустацией; на оленьих рогах висела кобура с пистолетом.

Однако сущим проклятием залы оказались модели парусных кораблей. Деревянные, сделанные с необыкновенной точностью, они подкупали детальностью вооружения и такелажа. У коллекции был один недостаток: явный переизбыток экспонатов.

– Вам нравится? – вопрос застал меня врасплох; повернув голову, я обнаружил, что лорд стоит в дверях с подносом и разглядывает меня с не меньшим интересом, чем я его сокровища.

– Вас интересуют парусники, сэр Курт? – я поспешил забрать у него поднос и поставить на низкий столик с гнутыми ножками, потеснив два-три макета римских галер.