За дверью

Крылов после ухода мужчины казался более бодрым и активным. Он непрерывно жестикулировал, вздыхал и менял мимику. Его поведение оживилось, глаза заблестели с новой силой.

– Нет, только это. И даже, представь себе, в округе ни одной камеры наблюдения. Впрочем, они у нас есть только в отделениях милиции да в здании администрации.

– Как зовут владельцев машин, о которых ты говорил?

Михаил придвинулся к коллеге, чем сильно сократил дистанцию между ними. Бельцера подобный поворот несколько смутил, но он не подал виду. Психолог знал, что такая нестабильная личность, как Крылов, будет пробовать любые методы, лишь бы надавить на окружающих.

Александр Германович не торопясь взглянул на бумажку с фотографиями. Там числились краткие досье на двух сильно разнящихся между собой мужчин.

Первый блондин, высокий, хорошо одетый и слишком молодой. Второй, уже очевидно, находился в предпенсионном возрасте и тоже внушал определенное доверие. Однако у Бельцера с Крыловым было нечто большее, чем простая логика – профессиональное чутье.

– Первый, Михаил Крабовский, 24 года. Инженер, совладелец автомастерской. – Бельцер присмотрелся к адресу. – Живет далековато от места преступления, зато гараж близко.

– Совсем его не красит, он мог специально выезжать в другой район.

– Хорошо. – Александр Германович продолжил. – Петренко Игорь Павлович, 52 года. Безработный, живет на мелкие заработки.

– Больше подходит. – Заметил для себя капитан.

– Тоже так думаю. Я пока к их гаражам машинки выслал, чтобы осмотрели округу, пока стряпается судебное решение.

У Михаила зазвонил телефон. Маленькая Nokia вмиг оглушила обоих мужчин и наполнила комнату типичным для этой модели телефона и фирмы рингтоном. Следователь достал его и посмотрел на панель. Звонил неизвестный номер. Михаил не сразу решился ответить. Только через минуту долгих рассуждений он смог преодолеть себя.

– Алло! – Нетерпеливо сказал Крылов.

На том конце трубки заверещал знакомый голос сержанта Глебова. Михаил Иванович сначала расслабился, а затем резко изменился в лице. Глаза загорелись небесным огнем, а щеки покрылись краской. То, что ему рассказал Глебов, превышало все ожидания и не входило ни в какое сравнение с тем, какие дела до этого раскрывал опытный следователь.

Сыщик обернулся к психологу и достаточно тихим, но мощным голосом сказал:

– Девочку нашли!

"Все как у людей"

– Живая хоть? – Спрашивал Бельцер в момент, когда они оба запрыгивали в машину.

– Не знаю, адрес только назвали и все. – Отвечал следователь.

Переполошилось все немногочисленное отделение милиции. Дежурный усиленно искал номера телефонов родственников девочки. Опергруппа в спешке надевала бронежилеты и проверяла готовность автоматов к бою. Уже через три минуты после звонка Глебова, уехавшего одного, в его сторону направилось три машины. В первой ехали Крылов с Бельцером, в остальных оперативная группа и остальные сотрудники, необходимые в таких случаях.

– Скорую туда вызывайте. – Потребовал Александр Германович, уже сидевший за рулем служебной "семерки". – А то поздно может быть.

Михаил пребывал в эйфории. Он понимал, если тело нашли у владельца машины в гараже, то ему уже точно никак не отвертеться и не уйти от ответственности. Подобный расклад на руку всем, в том числе и обвиняемому. Ведь для него же лучше, если он признается в совершенном преступлении и смягчит свою участь.

Капитан как мог торопил колонну, дирижируя всеми с помощью рации. По ней он передавал четкие инструкции по движению и дальнейшим действиям.

Каждую минуту сыщик подключал рацию и отдавал новые и новые приказы. В его действиях четко прослеживалась быстрота и эффектность:

– Внимание всем! Как только прибываем на место, выступает первый отряд, используя машину как щит. Затем, если все чисто, идет второй отряд. Дверь в гараж будем выбивать в случае, если она закрыта. Не забываем про возможные ловушки. Внутри включаем фонари и обследуем гараж. О любых подозрительных вещах сообщаем напрямую мне. Затем раскрываем полностью ворота для поступления дневного света. Все понятно?

– Так точно. – говорили в ответ.

Все хором выражали согласие с позицией капитана и готовность следовать ей. Крылов даже на несколько минут ощутил себя непогрешимым командиром, готовым вступиться за каждого своего бойца.

Наконец, спустя двадцать минут движения колонна подобралась к нужному гаражу. Наваливший утренний снег большими снопами оккупировал дорогу и мешал автомобилям проехать. Небо все еще искрилось редкими снежинками, неслышно пролетавшими над гудевшим городом.

Колонна из одной "семерки" и двух УАЗиков свернула в длинный ряд карпично-серых гаражей. Между безликими постройками разной величины и паршивости шла довольно широкая грунтовая дорога. Благо места для того, чтобы расположить здесь машину, хватало с запасом. Между двумя противоположными гаражами уютно могли бы поместиться три автомобиля. Выкрашенные белыми красками номера гаражей помогали ориентироваться в этом царстве старинных трущоб. Но даже с четкой нумерацией легко заплутать в этом месте и потратить много времени на то, чтобы выбраться.

Нужная дверь, немного ржавая, выкрашенная в бледно-зеленый цвет встретила незваных гостей равнодушием и спокойствием. Ее номер, "154", совершенно ни о чем не говорил прибывшим на место оперативникам, однако безошибочно определял владельца гаража – Петренко Игоря Павловича.

На черных дверях противоположного гаража большими красными буквами кто-то написал: "Здорово и вечно". Рядом в уголку расположилась цифра "77". Такая надпись служила хорошим ориентиром для проезжавших мимо людей на автомобилях. Сами же гаражи тянулись вперед еще на полкилометра, пока не обрывались железной дорогой на Кандалакшу и Мурманск.

Первым выскочил из жигулей Михаил Иванович. Мужчина тут же зашел за машину и наскоком выхватил пистолет. Он жестом приказал остальным вылезти из автомобилей и занять боевую позицию. Затем сыщик облокотился на багажник и направил свой взгляд на ржаво-зеленый прямоугольник входа в гараж. Приоткрытая на несколько сантиметров дверь манила к себе, просила зайти внутрь и молила обследовать каждый клочок пространства.

Но никто никуда не спешил. Хотя стоило бы, ведь девочка может быть еще жива. К большому разочарованию всех участников операции Глебов не сообщил опергруппе о том, все ли в порядке с ребенком. Его голос оборвали помехи и странный шум криков. В связи с этим возникал второй не менее важный вопрос: а жив ли он сам?

Крылов внимательно осмотрел "улицу", по которой могли перемещаться машины и люди между гаражами. Только вдали гундела болгарка, навевая унылую атмосферу пустоты. Первая группа плотных мужчин в темно-синих куртках с автоматами наперевес короткими тихими шагами пошла вперед. Двое с разных сторон подобрались к двери, третий страховал, стоя чуть дальше. Он держал выход из гаража под прицелом. Вторая опергруппа также вышла из машины и зашла за нее, использовав как укрытие. Семеро вооруженных сотрудников полиции против одного маньяка-рецидивиста. Шансов у него оставалось немного.