За горсть монет. Том 2

Они никогда бы не смогли раздавить авантюристов, так как тех сверху прикрывало сжигающее все обломки Солнце. Но те из них, что падали по бокам, крушили пол пещеры и пускали по нему разломы, вздымая континентальные куски поверхности.

Из-за чудовищных толчков всех мигом свалило наземь. Кроме Беренгария, будто прилипшего сапогами к полу. Гэб едва не впечатался лицом в пол, а Скиту пришлось познакомить нос с камнем, из-за толчка со стороны Сильвестра. Задравшая голову вверх Алеанора тоже свалилась на спину.

– Скит, сюда! – выкрикнула девушка, что воспользовалась сидячим положением и в коим-то веке прицепила протез на место. Перекатившись и оттолкнувшись усиленной конечностью, она в два прыжка оказалась у демона. Но едва она коснулась его, как обоих наемников обхватил ярко-желтый хлыст и притянул прямо к обелиску.

– Целы?! – прокричал Гэб, свалив Алеанору и Скита рядом с собой.

– Невероятно! Это!.. Это откроет новую эру в сфере фаркера! – тем временем Беренгарий, драматично раскинув руки, созерцал переливающийся миллионом красок полноценно раскрывшийся разлом. Хотя говоря точнее, переливающийся миллионами миров.

– Только не надо нас туда затягивать! Нам и одной прогулки хватило! – умоляюще выкрикнула Алеанора.

– И не буду! Я должен вернуться в академию и записать все увиденное! Эти технологии есть и в других мирах! Они способны открывать пути туда, куда я не мог бы попасть даже в самых смелых снах! Нужно вернуться. Нужно снарядить экспедицию. Нужно найти их все, и все места, куда они ведут! А сейчас… Энергии этого луча должно хватить, чтобы с легкостью забросить нас всех куда нужно.

– Значит вы собираетесь вернуть нас в Фалленхрам?! – при самом упоминании города силуэт Альдберга всплыл перед глазами Гэба, а сердце забилось еще чаще, будто рушащейся вокруг пещеры размером с континент было недостаточно.

– Именно!

– О’кзара! Нам нужно в О’кзару!

– Ты в этом уверен? Но, академия…

– Мы же авантюристы! У нас там задание! Помогите нам не тащиться через полстраны! – «Помогите нам не встретиться с Альдбергом!»

– Мы все еще не купили карты! – Скит схватил Гэба за плечо.

– Хрен с картами! Найдем в Санбасте!

– Так уж и быть… – несколько удрученно пожал плечами Беренгарий, приготовившись открыть два разлома.

– И еще: оставьте таркнеллца здесь! – вклинилась Алеанора, – От него будут одни беды!

– Хоть я и не настолько мелочный, чтобы избавляться от человека, неспособного мне навредить, все же твой друг позволил мне сделать величайшее открытие, так что просьбу я исполню. Сильвестр?

Только Гэб хотел, возразить, что друг у него только один, как тут же упер взгляд в белого привратника.

Сильвестр стоял на своих двоих, в коим-то веке проснувшись, с поднятыми на уровне головы руками. Финштерн придерживал того за шею, второй рукой сжимая мушкет, чье дуло глубоко погружалось в одежды фаркера.

– Ой-ой. С такого расстояния я увернуться не смогу. – как всегда безучастно сказал белорясый, однако впервые его голос приобрел хоть какой-то окрас. И был это оттенок страха.

– Вы слышали, что сказал ваш ученик. – безукоризненно пропел мушкетер, – Много я не прошу. Наемники отдадут мне браслет из сундука, а вы просто вернете меня в Гизехайм и больше никогда не увидите. В противном случае вы не увидите и своего любимого ученика.

– Вот-и-воооот… Все же ты-то была права. – протянул Беренгарий, даже не посмотрев в сторону Алеаноры.

– И правда, сколько же неудобств может причинить один-единственный мушкет даже одному из сильнейших магов в мире. – Финштерн вошел в кураж, и его мелодия прибавила в высокомерии, – Это и доказывает, что именно Таркнелл – величайшая страна мира!

– Ты же не собираешься?.. – наемница в неверии посмотрела на Гэба.

– Извини, дорогая, но я не хочу так расстраивать Беренгария. – обронил Гэб, доставая из рукава древнюю реликвию. Беренгарий отвесил благодарный кивок.

Металлическая драгоценность заскользила по камню и стукнулась о сапог таркнеллца. Тот поддел ее носком и ловко закинул в карман.

– Благодарю. Теперь вы. – он перевел взгляд на Мироведа, еще сильнее ткнув Сильвестра стволом.

– А ты умеешь наживать врагов. – непривычно холодно хмыкнул старик и обернулся к обелиску, направив на него ладони.

Потоки зловещей пурпурной энергии обволокли руки колдуна. Две трещины исказили пространство над ними. Из одной вейнуло жаром пустыни, а в разломе показались ее барханы, вторая же обрадовала шумом города и отворила путь на одну из ступенчатых улиц Фалленхрама.

– Все готовы? – задал риторический вопрос Беренгарий и взмахнул руками, прежде чем кто-либо успел что-то сказать.

*****

Хоть завал и произошел уже с час назад, тяжелые облака пыли все еще стелились по уходящим вниз улицам, превращая ранее благоухающий город в безжизненную удручающую пустошь.

Хотя безжизненным город был по иной, более жизнерадостной причине. Впервые за долгое время, как и везде неприветливые горожане сплотились и вместе собрались на месте чудовищной трагедии, разгребая завалы дабы спасти каждого выжившего. И делали они это, естественно, из чистого альтруизма, а не желания получить огромную награду за спасение какого-то аристократа из Верхнего Города.

Лишь один человек сломя голову, и едва не ломая колени при многочисленных падениях со ступеней, мчался как можно дальше от центра города.

Ремни кожаных доспехов и кольчужных накидок лопнули и те слетели еще несколько кварталов назад. Одежды порвались до неузнаваемости, а на плече вместо нашивки Гильдии авантюристов зияла большая дыра. Топор уже давно не был сжат в руке, так как Томен и думать не мог даже о возможности сражения. Не то, чтобы сражения, а вообще любого столкновения с Альдбергом Радае.

Гил мертв. Все его люди – друзья и соратники Томена, тоже мертвы. И всех их погубил один единственный немощный старик. Они даже помыслить не могли, что в погоне за не самым выдающимся авантюристом натолкнуться на живую легенду. Хотя легенда – неверное слово. На кошмар из былин. И наяву этот кошмар оказался еще хуже, чем в самых страшных сказках.

С самого окончания «боя» с «Гробокопателем» Томен бежал не переставая. Бежал и вечно падал на непривычно большом как для жителя Хеленпика количестве ступеней. Бежал и сталкивался с целыми толпами людей, что почему-то с радостью неслись на встречу страшнейшему из живущих. Бежал, не зная куда.