Заблудшая душа
Шрифт:
«Простите меня…».
— Удивительно чистые души, — задумчиво произнёс командир, — обидно, что именно они оказались предателями.
Внутри меня будто что-то оборвалось.
— Да, обидно, — отрешённо сказала я.
Новенький меч висел у меня на плече, и я достала его из ножен, перекинув вперёд.
— Тонкая работа. Я знаю, что его ковала ты. Молодец, — глава снисходительно похлопал меня по голове.
Я кивнула, всматриваясь в отражение в клинке.
«Дурин, Аин, Скверг… Вы были мастерами своего дела, а я… а я так, никто. Хоть вы и говорили, что у меня есть потенциал, но это были лишь утешения, чтобы
Я посмотрела на статуи двергов, а потом опять на своё отражение в мече.
«Не хочу, чтобы из-за меня погиб кто-нибудь ещё. Не хочу!»
Поддавшись порыву, я развернула меч остриём на себя и жало упёрлось в грудь. Промедлив секунду, я надавила на него, и он легко прошёл сквозь кожу и мышцы, пробив сердце.
Все звуки тут же смешались. По внутренностям разлился холод, но в голове появилось облегчение.
«А это совсем не больно. Наоборот — легко».
Кинув последний взгляд на залитый кровь меч, я завалилась на спину. А глазах тут же потемнело и всё растворилось в пустоте.
Глава 31
Сначала было ничего. Потом я мало-помалу стала ощущать онемевшие конечности. Мышцы не подчинялись мне, и я даже не могла поднять веки.
— …жизненные процессы в норме, — раздался голос неподалёку, — через несколько минут сердечный ритм придёт в норму и вернутся двигательные функции. Мне составить подробный отчёт?
— Я полностью доверяю тебе и твоей команде, Дзин, поэтому можешь не составлять. Ещё раз спасибо за то, что воскресили эту дурочку, — раздался второй голос, принадлежащий человеку в красном плаще.
— Рад служить, милорд. Тем более, она ваша дочь, я просто не мог…
— Не стоит об этом, — командир перебил незнакомца, — ты тоже мой сын, но не совершаешь подобные глупости.
«Воскресили? От че… а, да, точно», — ко мне вернулись воспоминания о недавних событиях.
— У всех свои недостатки, а она получила сильную психологическую встряску, — осторожно заметил целитель.
— Мы это уже обсуждали. Ещё раз благодарю за работу. Можешь оставить нас?
— Разумеется, милорд, — послышались шаги и звук скрипнувшей двери. — Всего хорошего.
— Взаимно, Дзин.
Дверь захлопнулась и повисла тишина, прерываемая лёгким шелестом переворачиваемых страниц.
«Похоже, мне предстоит серьёзная головомойка», — я мысленно вздохнула. — «И зачем я это тогда сделала? Поддалась чувствам и совершила глупость, заставила отца волноваться. Ну я и дура».
Теперь я точно знала, что этот альвиец в красном плаще мой отец. Да и не забывала я этого никогда, просто не придавала значения.
Потихоньку ко мне возвращалась чувствительность. Грудь в месте ранения немного пощипывала. Я осторожно пошевелила затекшими пальцами и с усилием открыла глаза.
Я лежала на кровати в абсолютно белой комнате с закруглёнными углами. Неподалёку на стуле сидел мой отец и читал толстенный талмуд. Его лицо по-прежнему было замылено, однако чуть меньше нежели раньше и теперь при движениях стали угадываться общие черты.
— Очнулась? — он поднял голову. — Замечательно.
Милорд аккуратно, даже педантично, вложил в книгу закладку и положил её на стол.
— Можешь не объяснять зачем ты это сделала, — отмахнулся
он, когда я попыталась что-то сказать. — Я просканировал твой мозг и мне прекрасно понятны твои мотивы.— Прости меня за то, что я была такой тупой, — произнесла я, язык и губы почти вернули полную чувствительность.
— Не переживай, больше такого не повторится. Я немного поработал с твоим сознанием и теперь ты будешь более устойчива к психологическим срывам. Правда, пришлось пожертвовать долей эмоциональности, но это почти незаметно, обещаю, — он понял руки, показывая чистоту своих слов. — Просто пойми, что без этого блока ты бы уже впала в апатию.
Я постаралась ощутить хоть какие-то изменения, но у меня так ничего и не получилось.
— И да, — альв прокашлялся и продолжил более твёрдо, — до этого я как-то не пытался залезать в твою голову, но после вчерашнего события я не могу это игнорировать.
Он замолчал, собираясь с мыслями, а я напряглась — никогда не любила подобные вступления.
— У тебя, да и почти всех твоих ровесников, очень слабая психологическая устойчивость. Я не знаю с чем это связано, я вырастил очень много поколений и ни у кого не было настолько серьёзных проблем. Та же Кэлла и Аисун имеют сильную склонность к психопатии, поэтому не считай, что ты одна такая. И, опираясь на это, я должен принять неутешительное решение. Дабы избежать случаев срыва я буду время от времени чистить твои воспоминания. И не только твои, всех, кто страдает схожими болезнями.
Я слегка прищурила глаза и с лёгким подозрением осмотрела отца с ног до головы. Мысль, что кто-то будет выдавать мне желаемое за действительное, не привлекала как ни посмотри.
— И как это будет происходить? — сжав под одеялом кулаки, спросила я.
— Когда будет происходить что-то опасное для твоего сознания, я буду немного корректировать это воспоминание. Допустим, будет меньше крови или смертей и тому подобное.
— А, ну, такое можно, — расслабилась я. — Я уж подумала, что ты хочешь полностью менять смысл воспоминаний.
Милорд тихо рассмеялся, откинувшись на стул.
— Ну у тебя и фантазия, конечно, — отсмеявшись, он поднялся. — Ладно, раз ты не против, то давай приступим. Это займёт буквально минуту.
Подойдя к моей койке, он положил мне на лоб свою ладонь. Я ощутила лёгкий удар током и сознание улетело.
Я стояла около кровати и меня мелко трясло. Вот, вроде бы, разряд дают Второй, но все прелести этой экзекуции ощущаю я.
— Ох, — я повертела плечами и, покачнувшись, со всей силы ударила по мужику, стоящему рядом со мной. Разумеется, моя рука просто прошла насквозь и я, не удержав равновесия, упала.
— Ну ты и тварь, — с ненавистью выплюнула я и поднялась с белоснежного пола, с отвращением рассматривая замыленное лицо.
Это ж каким мерзким человеком нужно быть, чтобы с улыбкой на лице врать собственной дочери. Я даже не могу быть уверенной в том, что он мой отец, ведь с такой же лёгкостью он мог переписать восприятие Второй относящееся к себе.
Я уселась на стул, на котором до этого сидел альвиец и стала сверлить его взглядом, пока он переписывал мои воспоминания.
Тот лекарь тоже был его сыном, но при этом называл милордом, да и в мыслях Второй также часто проскакивало это слово. Что за отбитая семейка?