Заблудшая душа

Ну, рано или поздно они сами справятся, там моя помощь не нужна, поэтому займёмся более неприятным делом.

Я подошла к псевдо-сундуку и ногой опрокинула его. Вместе с водой оттуда вывалилась слегка переваренная голова. Что ж, теперь хотя бы понятно кто убил бедолагу.

Эдрик не выдержал этого зрелища и его вывернуло прямо на наполовину переваренный череп.

— Интересный способ убийства мимиков, — заметил Венс. — Не скажу, что новый, но всё равно оригинальный. Из ценного в нём только языки, шкуру ты всё равно с него не снимешь.

«Они дорогие хоть?» — с надеждой спросила я, зажимая нос — из пасти монстра воняло похуже, чем из отстойника.

— Да кто их знает, понятия не имею какой сейчас курс арма. Но раньше за каждый из них можно было купить полную латную броню.

«Достойно», — я прикинула примерную стоимость.

— Эх, жаль, что в нём вещей нет, — вздохнула я. — Представьте, как было бы проще, если бы, к примеру, убил монстра, а в нём какой-нибудь амулетик лежит. А тут натуральный сундук, а в нём только откушенная голова и всё. Обидно.

— А ты посмотри, может там и есть завалявшаяся лерта, — шутливо съёрничал Мерлин. — Только руку потом помой.

Пораскинув мозгами, я решила, что терять уже всё равно нечего (одежда уже испачкана хуже некуда, да и блевать нечем) и под ошарашенный взгляд фамильяра запустила руку в пасть монстру, которая тут же провалилась по плечо. На моё бескрайнее удивление я там реально что-то нащупала. На ощупь оно было ребристое и круглое. Я обхватила это нечто пальцами и со всех сил дёрнула. Мимик дёрнулся (а я-то думала, что мы окончательно убили его! Было бы забавно, если бы его челюсти сомкнулись прямо на моей тушке) и уже застыл насовсем. А я сжимала в руке странный камушек. Он был размером с небольшое яблочко, красного цвета и будто пульсировал изнутри.

— Ладно, думаю, здесь больше нет ничего интересного, — сказал освобождённый Элиот, с брезгливостью оттирающий слизь с одежды. — Если поторопимся, то, может, за сегодня продвинемся ещё дальше на километров пятнадцать.

Я сунула камень в карман и, не побрезговав, оторвала кусок ткани от одежды безголового трупа, и, обмотав им руку, испачканную во внутренностях сундука, максимально быстро отрезала языки и, волоча их за собой по земле, помчалась догонять остальных, по пути выбивая у Венседуса заклинание для консервации ценных алхимических ингредиентов.

В лагере всё было по-прежнему. Ева от нечего делать ловила у своего волкалиса блох, а Варф пытался практиковаться в магии.

— О! Уже вернулись. Ну как, есть, чего интересного? — ожила Ева при нашем появлении.

— Да ничего. Там мимик был, вообще без понятия, как он там оказался, — ответила я Еве.

— Языки забрали? — деловито поинтересовалась она.

— Конечно, даже два, — я помотала перед ней двумя чёрными отростками, до сих пор сочащимися густой синей кровью.

Венс всё-таки сдался и выдал мне заковыристое заклинание для сохранения свежести. По пути я успела сплести его и сейчас наложила на обрубки. Из них одним толчком вышло по сгустку крови и они прямо на глазах задубели.

Зрелище, как и большинство магических явлений, выглядело отвратительно, но после драки с монстром всем было пофиг.

— Интересно, а откуда девушка, если судить по внешнему виду и говору, из не очень богатой семьи, знает, что самое ценное в мимике? — неожиданно вмешался Архимаг.

Кстати, да, странно.

Не став тянуть кота за хвост, я, обматывая языки в лоскуты свежей ткани, ненавязчиво спросила:

— Ева, слушай, а откуда тебе известна самая ценная часть мимика?

— Ну, меня отец учил, — подумав, отметила она. — Он мне вообще много про каких монстров рассказывал.

— Я думаю, — заявил Венс. — Что её отец был каким-то магом. Правда, я так и не понимаю почему у неё заблокированы способности.

— Угу, — задумчиво кивнула я, но быстро встрепенулась. — Кстати, как думаешь, нам лучше переночевать здесь или двинемся дальше?

— Да-да, тоже хотела это обсудить, — деловито сказала девушка. — Так-то ничего не останавливает нас продвинуться дальше, но было бы неплохо провести ревизию. У ведуна, длинноухой и Эдрика вообще не понятно, что в сумках, а нам надо иметь хоть примерное представление какой мусор там лежит.

— Флаг тебе в руки, мешать не буду. Только сообщишь остальным ты об этом сама, — будто невзначай бросила я за спину и быстро ретировалась под сень ближайшего древа пока ещё и меня не загрузили работой.

Что ж, похоже, у меня есть несколько свободных часов. Поэтому я быстро нашла место между корнями в тени большого дуба, где уже вылизывался Мерлин, и уселась там.

Ева яро пыталась доказать остальным, что нужно создать общий денежный фонд и перебрать вещи. Марви просто вывалила свой мешок (в котором не оказалось ничего интересного: одежда, вещи первой необходимости, да пара книг, половина из которых была написана на непонятном языке) и отправилась спать (насколько я поняла из объяснений Венседуса, тёмные эльфы обычно бодрствовали где-то ночью, и Марви приходилось нелегко, подстраиваясь под наш ритм). Кстати, меч я решила у неё не забирать, боюсь, что если проявить недоверие сейчас, то потом будет только хуже, поэтому пусть будет так, как есть.

А вот Элиот и Эдрик очень активно спорили с Евой. В общем, это надолго — решила я и выудила красный камушек из кармана.

«Венс, а что это за штука? Никогда подобного никогда не видела»

Около меня опять материализовался Архимаг, бросил мимолётный взгляд на камушек и посмотрел на меня, как на дуру.

— Ты что, серьёзно не знаешь? — недоверчиво спросил он.

«Чёрт, Венс, если бы знала, то не спросила бы», — огрызнулась я. — «И хватит на меня так смотреть. Я помню только бытовые вещи».

— Это и есть самая бытовая вещь, — фыркнул Архимаг, садясь напротив меня. — Знатно тебя приложило, конечно, забыть про кровянку, уму непостижимо! Если бы я мог это кому-нибудь рассказать — знатный бы анекдот получился…

«Ой, да хватит издеваться», — раздражённо перебила я его. — «Лучше поясни, что за кровеняка».

— Не кровеняка, а кровянка. Эм, как бы понятней объяснить… Смотри, вот допустим этот мимик убил кого-нибудь разумного. После этого у него внутри образуется этот камушек, — он кивнул на камень в моих руках. — Это… ну, в общем жизненная и магическая энергия разумных существ. Тут работает закон «смерти и энергий». Если без занудства, то жизненная и магическая энергии не могут вернуться в окружающую среду и часть откладываются в теле убийцы, а часть уходит непосредственно к истокам. Но тут есть нюанс. Энергия неразумного усваивается в энергетике убийцы и не оставляет следов, а вот энергия разумных образует вот такой осадок в виде камня. Красный цвет камня, как у этого, показывает, что в нём нет ни грамма магических энергий, только жизненная. Магические же показываются синим и называются такие камни магянки. Да, всё так просто. А камушки эти копятся в сердце, как главном энергетическом насосе организма.

«Понятно», — нетерпеливо сказала я. — «Какая-нибудь польза от этой штуки есть или просто красивая безделушка? Можно вставить в посох? И что если этот камень начнёт мешать жить, ну, вырастет до неприемлемых размеров?»

— Его просто вырежут и отдадут владельцу, обычная процедура, — Архимаг начал с последнего вопроса. — В посох хоть сейчас суй, это самый обычный драгоценный камень, созданный при помощи энергий. А польза ощутима, кровянка при должном размере камня сможет тебя возродить, буквально оживив твой бездыханный труп, но не больше одного раза на один камень. Два раза подряд возрождаться тоже нельзя, а то твоя душа слишком сильно изменится из-за заимствованной энергии. Меня такие штуки раза три точно спасали. А магянка напитает тебя энергией, если у тебя её совсем не осталось. И это самые простые свойства, — глаза Архимага загорелись. — Они нужны в очень многих ритуалах, с их помощью можно призвать души умерших, поработить их, сделать призраками, затолкать в новую физическую оболочку, создать разумную нежить, не являясь при этом небожителем, и многое другое!