Забытое племя

— Нам не удалось склонить на свою сторону других членов Магистрата, — заговорил Бэм-старший. — Положение у нас сложное, но не безнадежное. Нашим врагам рано еще праздновать победу. Мы предпринимаем свои меры для спасения. Бергман еще долго будет ждать нашей капитуляции. Будем стоять до конца. Симменс, в вашем распоряжении вся аппаратная СБ и компьютер связи тоже. Принимайтесь за работу.

Отряд Кинга спешил к Центру. В зоне завода остались все безоружные биоры, брать их с собой не имело смысла. За себя Кинг оставил там Ферри, а его помощником — Яна. Только у них были автоматы. Ферри дежурил на башне, Ян держал под прицелом ворота заводской зоны. Все биоры оставались там, потому что в зоне СБ не было ни брикетов, ни пищевого сиропа, ни просторных помещений, где бы могли разместится биоры. В случае, если бы СБ атаковала зону, им следовало, как и в первый раз, укрыться в цехах.

Кинг не надеялся, что кому-то из мятежников в других зонах удастся без помощи извне вырваться из цехов, сбить заслоны и тоже прийти на помощь Центру. Но помочь им он ничем не мог, слишком мало у него сил. Другое дело — неожиданный удар в спину силам СБ, штурмовавшим Центр, здесь имелся реальный шанс на успех.

К тому же склонялся и Глюк. Он не пошел к Центру. Вместе с двумя инженерами завода, выпущенными из подвала под его поручительство, он возился под основанием эстакады программы «Пуск». Еще до того, как Херст отключил в цехах завода освещение, Глюк и его помощники успели вырезать в металлическом основании эстакады квадратный люк. Наступившая в цехе темнота прервала их работу, теперь при распахнутых воротах цеха она возобновилась. Наружного освещения, проникавшего в цех, было для них достаточно.

Пока зона оставалась в руках мятежников, они могли держать ворота цеха открытыми, но при малейшей опасности готовы были захлопнуть их.

Глюк не оставлял надежды найти пусковой механизм программы «Ноль», предполагая, что он где-то здесь.

Перед тем, как идти на Центр, Кинг забежал в цех к Глюку. Они обнялись, похлопали друг друга по плечу, пожелали взаимной удачи.

— Может, пойдешь с нами? — с надеждой спросил Том.

— Нет, сейчас нет. Хочу проверить одно свое давнее предположение. Наконец-то я добрался до этого пускового механизма. Торопись в Центр.

Том резко отвернулся от Глюка и побежал во двор, где его ждал объединенный отряд.

Мятежники быстрым маршевым шагом двигались по радиальной дороге, которая вела к воротам Центра.

Кинг, как и все, с кем он прибыл сюда с поверхности, всего однажды был в Центре: в тот первый день, когда их сортировали, и распределяли по зонам. Это был самый жуткий день в их жизни. И вот предстояла вторая встреча с Центром, быть может, в самый счастливый или последний день их жизни.

— Ты помнишь, как нас сортировали в первый день? — спросил у Кинга пожилой низкорослый биор с совершенно белой головой. Том изумленно посмотрел на него.

— Ты тоже, оказывается, думаешь об этом?

— Мы все думаем об этом, — ответило ему несколько голосов.

Кинг приостановился, пропуская мимо себя отряд.

— Интересно, как дела у тех, кто остался в капсулах? — спросил кто-то.

Никто ему не ответил. Чем дальше, тем большее напряжение охватывало людей. Кинг подумал о Мери: надо было взять ее с собой.

Отряд не прошел и половины пути, как чуть не напоролся на колонну авто, мчавшихся навстречу. Кинг сообразил, что это спешит подмога к заслонам СБ в зонах.

Авто взвизгнули тормозами и начали разворачиваться. Проскочить вперед они не могли, потому что мятежники занимали всю проезжую часть дороги. Они сразу же повели по авто непрерывный огонь.

— Вперед! — крикнул Кинг и устремился в сторону авто.

Оттуда ударили молнии. Бежавший рядом с Томом Нареш озарился голубым светом и упал. Кинг на секунду остановился. Нареш был мертв — лучевое оружие могло только убивать. Том дотронулся пальцами до груди Нареша, прощаясь с ним, и побежал дальше.

Ни один агент не успел выскочить из авто на дорогу, мятежники прикончили их там же, потеряв при этом более двадцати человек.

— Быстрее, быстрее, — торопил людей Кинг.

Но напрасно надеялся он застать врага врасплох. Крайт наблюдал скоротечный бой на радиальной дороге и подготовил для мятежников в открытых воротах Центра засаду. Все могло получиться, как он задумал, если б один из фанатиков не выстрелил преждевременно.

Мятежники, разделившись на два отряда, отпрянули в стороны — под прикрытие ограды Центра и пошли на приступ ворот. Крайт приказал закрыть их, но его люди, сидевшие в засаде, испугались атаки мятежников и отступили в глубину двора. Положение Крайта осложнилось. Открытые ворота были уже не ловушкой, а брешью, которую нужно было удерживать. Отряд Кинга постепенно просачивался во двор Центра. Все пространство вокруг него полыхало голубыми сполохами. Защитники Центра били из окон аппаратных, в которых укрылись, а отряд Кинга с тыла. Среди людей Крайта началась паника. Они заметались по двору.

Крайт уже подумывал: не пора ли прекратить штурм Центра и бросить все силы на уничтожение отряда Кинга, когда раздался голос. Казалось, он звучал везде.

— Внимание! Внимание! — рокотал он. — Последняя минута настала! Вы не хотите быть благоразумными и поэтому погибнете… Включаю программу «Ноль»! Если вы немедленно не прекратите борьбу и если мятежники не сложат оружие! Даю на размышление три минуты, три минуты, три минуты… — разносило эхо.

Бергман стоял перед микрофоном всеобщей связи. Он был в белом костюме, в белой рубашке, в белых туфлях и сам белый, без единой кровинки в лице. Указательный палец его лежал на красной кнопке. Он прошелся взглядом по всем мониторам. Ему очень хотелось увидеть сейчас лица своих врагов, и поэтому он подключился к аппаратным в Центре, где они заперлись.

Да, враги его были похожи на истуканов с маской ужаса на лицах.

Вот она, настоящая власть над жизнью и смертью людей, над самим собой. Ради этой минуты стоило прожить такую жизнь… Три минуты прошло. Они не собираются отступать…

Бергман зажмурил глаза и нервным толчком утопил в панель страшную кнопку, ухватившись левой рукой за край пульта, чтобы толчок не сбросил его сразу на пол. Но толчка не было — ничего не изменилось. Бергман тупо уставился на кнопку, хотел было опять нажать на нее, но тут же отдернул руку. Программа «Ноль» не сработала! Волна радости внезапно ворвалась в него. Он жив! Жив! Жив! Сама судьба против его смерти! Какое счастье, что программа «Ноль» не сработала!

Бергман отвернулся от пульта и пошел к выходу из аппаратной. Теперь ему осталось сделать последнее — сдаться на милость победителей!

Никто еще не знал, как дорого заплатил Глюк за нейтрализацию Бергмана. Он все-таки нашел пусковой механизм программы «Ноль», но трех минут, отпущенных Бергманом на размышление, не хватило Глюку; чтобы обесточить механизм, он замкнул электрическую цепь самим собой.

ЭПИЛОГ

Гроу с утра еще находился на плавучем туристическом комплексе, стоявшем над Большим каньоном. Сегодня исполнялось двадцать лет с того дня, как из подводного Города была эвакуирована последняя партия горожан, и Марку очень хотелось именно в этот день побывать в Городе, заглянуть в свое прошлое, связанное с ним.

Стояла ясная погода, и с верхней палубы, где коротал время Марк, далеко просматривалась водная гладь Атлантики. При безветрии дыхание океана едва-едва колыхало его могучую грудь. Мерность вздохов и выдохов океана очень хорошо передавалась через качку комплекса.

Гроу подошел к краю палубы, лег грудью на верхнюю планку ограждения. Слух его улавливал звуки деловой жизни на нижней палубе, где служащие фирмы готовились к приему туристов, но все это воспринималось Гроу, как нечто имеющее к нему самое отдаленное отношение. Зато каждый толчок океана, ритмично ударявшего в борт, подобно движению маятника часов, отсчитывал время, которое было предельно насыщенным для Марка событиями, хотя и далекими во времени, но очень близкими и дорогими ему. Он смотрел на пустую гладь океана и видел ее совсем не такой, а как двадцать лет назад загроможденной множеством судов. Они примчались сюда по сигналу бедствия, поступившему из глубины океана. Ошеломляло не место подачи сигналов, а его содержание. «Всем! Всем! Всем! — кричал кто-то на сухом языке азбуки Морзе. — Жизнь подводного Города в опасности! Нуждаемся в срочной помощи! Наши координаты…» Неведомый адресат сообщил свои координаты и прекратил передачу.