Заговорщик

Зато эти концы очень скоро найдут меня. Что сторонники Дрейкуса, что его противники с удовольствием пообщаются с парнем, который решил сдать отца. Вариантов нет, валю этой же ночью. Вернее пытаюсь свалить. Первым делом сейчас иду к Граю. Без помощи дикого мне за стенами форта не выжить. Фае тоже бы весточку передать — пусть сидит не высовывается. Что делать с Рейсаном придумаю потом. Хрен знает, как ему объяснять мои действия. Да и пошёл он в мох. Сейчас есть поважнее проблемы.

Стремительно несущиеся в голове мысли погрузили в себя, и я сам не заметил, как вышел из здания «больнички» на улицу.

— Босс! Ты жив! Я знал! Знал!

Взъерошенный Махавай, в одиночестве встречающий меня возле дверей, приплясывал от радости и тряс воздетыми к лицу руками.

— Они же ничего не говорят! Мы думали, всё! Не пускали к тебе! Тут охрана стояла! Только щас убежали, когда началось!

— Что началось?

Мысли о побеге и исчезнувших записках мгновенно вылетели из головы. Таким Махавая я себе даже представить не мог. Похоже, ботана трясёт не от одной только радости.

— Драка! Бунт! Я не знаю… Но Линкин сказал… А Тайре…

— А ну успокойся и давай по порядку! — рыкнул я на него.

Что за хрень здесь творится? Неужто, пока я валялся в отключке, заговорщики начали действовать?! Опоздал…

— Тот воздушник… Который тебя толкнул. Он сознался. Прямо там на арене, — торопливо запыхтел Махавай. — Его наставник спалил. А потом мастер Кио прижал… И Дэй, как заорёт: — Молчи, трус! А Рангар, как всадил ему! И Глэй тоже. А на них два восточника! И Грай с Тайре… И ещё кто-то и этих. Меня там, сами понимаете, не было, но уже весь форт знает. Еле их растащили. А на ужине потом Черхан Гра так ругался. Там штрафов — не сосчитать. На завтра разбирательства обещают. Комендант сказал, что кое-кто из академии обязательно вылетит.

— Капец, — только и смог пробормотать я. Вот это они отожгли!

— Босс, — снизив голос, прошептал Махавай. — Тайре говорит, они тебя убить собирались.

Всё-таки я был прав!

— А Черхан что?

— Черхан что? Не знаю, — удивился ботан. — Она же не ему говорит. Она нам. Линкин сразу орать начал: — Бить восток! Насмерть бить! Я потому тут и жду. Надеялся, тебя поскорее отлечат, и ты их остановишь. Они же там сейчас… Ой-ой-ой, что они там сейчас!

Бля… Так вот оно что? Там разборки! Конкретные, стенка на стенку. Я резко перевёл взгляд на сереющие в сумерках очертания жилых корпусов.

— Так чего же мы тупим? Побежали туда!

Вдалеке зазвенело звуком бьющихся стёкол.

— Подожди, босс! — тормознул меня Махавай. — Я за тобой не поспею. Пока не забыл.

Ботан вытащил из-за пазухи пачку сложенной в несколько раз бумаги и протянул её мне.

— Когда за твоим тоху на арену бегал, оно само выпало. Я не хотел. Правда, босс. И не читал, не подумай. Не дурак — сразу спрятал. Никто не знает. И я не знаю. Не видел, не слышал, забыл.

Фух! Я мысленно выдохнул. Хоть где-то мне повезло. И ведь какой молодец Махаваюшка! Допёр, что лучше пока у себя придержать. Нашла бы одна из врачих, и очная ставка с Черханом была бы мне обеспечена. Хо-хо! Мы ещё поживём! И ещё повоюем!

Небрежно, словно мне возвращают оброненную тетрадку по мат. анализу, взял записки из рук пацана и засунул в карман.

— Спасибо. Как раз сегодня кое-чего себе выписал в книгохранилище. Ерунда, но второй раз сидеть с карандашом… Ладно, я побежал. Догоняй.

Отвернулся от округлившего глаза Махавая и припустил к корпусам. Не удивляйся, друг-умник. Это я для Рейсана.

Звон очередного выбитого стекла совпал с полыхнувшей с той же стороны вспышкой. Ого! Магия в ход пошла! Они там совсем что ли рехнулись?

— Стойте!

По соседней дорожке к корпусам спешил небольшой отряд стражников, возглавляемый нашим преподом по Раскрытию дара.

— Невероятно рад, что вы живы, мэл Рэ, — приветственно вскинул руку Термино Фа. — Давайте с нами. На территории форта введён комендантский час. Ученикам запрещено покидать пределы центральной площади.

Несмотря на вежливые слова, тон наставника не давал усомниться, что я слышу приказ. Мне ничего не оставалось, как присоединиться к отряду. Я пересёк газон и поравнялся с бегущим Термино.

— Что там происходит?

— Беспорядки в вашу честь, мэл Рэ. Подробностей не знаю. Меня сорвали с обхода.

Вот и западный корпус, к которому наша больничка ближе всего. В окнах уже горит свет. Но далеко не во всех. Чем мы ближе, тем сильнее шум, что доносится из арки-прохода. Возле неё, кстати, стоит охрана. Несколько солдат повёрнуты лицом к площади. Стало быть задача — никого не выпускать. А вот снаружи пожалуйста. Отдали честь Термино — все преподы наши в чинах — и расступились. Несколько метров туннеля — и мы выскочили во внутренний двор к фонтану.

Мёд мне в рот! Вот это кипиш так кипиш! Парни, девушки, наставники, стражники, служки. Гвалт стоит сумасшедший. Похоже, большая часть обитателей форта решила собраться этим вечером здесь. Кто-то куда-то бежит, кто-то что-то, или кого-то несёт, кто-то замер и стоит-смотрит на противоположную сторону площади — там у восточного корпуса основная толпа.

Возле фонтана суетятся фигуры в салатном. Лекари: взрослые и ученики. Очень много. Похоже, тут все, кроме Фарты Кай-Рэ и тех двух, что ей помогали меня ставить на ноги. Но и желающих поправить здоровье не меньше. Одни сами подходят, других подносят. Вот это жесткач! Надеюсь, трупов хотя бы нет. Настоящую войнушку устроили.

И восточный корпус тому лучшее подтверждение. Уже в нескольких окнах нет стёкол. На втором этаже полыхает пожар — Термино Фа как раз туда кинулся. Кому, как не водникам это тушить? В сгущающемся сумраке светящиеся глазницы всех этажей показывают одно и то же кино: мечущиеся туда и сюда силуэты, мелькающие снаряды: стулья, тумбочки, куски мебели… Разобрать невозможно.

— Гляньте кто?! Это же Рейсан!

— Живой! Живой!

— Жив!

Ко мне со всех сторон начали подбегать люди. Трясли за руки, хлопали по спине, ободряюще что-то кричали. В один миг меня окружила толпа галдящих наперебой ребят. В основном незнакомые парни и девушки. Ничего себе! Я и не думал, что кому-то кроме моих бандитов, да немногих товарищей небезразлична моя судьба.

— Живой, здоровый? — выдернули меня из толпы сочувствующих сильные руки. — А ну давай на трибуну! Пусть видят, что их герой жив!

Вынырнувший неизвестно откуда Дзон Гон потянул меня за собой к фонтану, выключенному по причине позднего часа. Через гущу людей, через каскад заполненных водой секций, через фигурные бордюры и частокол форсунок. На стойке выход мановода. Ладонь мастера-наказателя легла на светящуюся полусферу, и его голос тут же обрел объёмность и громкость. Матюгальники закреплённые на стенах по периметру площади разом выдали: