Закат Гейропы и России

Каждый человек на планете Земля любит то, что модно и весело. И далеко не каждый то, что постыдно и осуждаемо. Но если постыдное и осуждаемое весьма вписывается в нужную схему, что делать? Ответ очевиден – сделать так, чтобы постыдное и осуждаемое превратилось в модное и веселое. Да вот хоть с азов, прямо с названия и начать:

«Большая Российская Энциклопедия»:

«Гей (англ. gay) – английское прилагательное, изначально означавшее «беззаботный», «веселый», «яркий, театральный». Однако в современном английском языке (с 1960-х) это слово обычно используется как существительное или прилагательное, обозначающее однополую сексуальную ориентацию – гомосексуальность».

Весело и модно стало являться геями, которые, как известно и как поет классик русского шансона Вилли Токарев: «всегда приметные, всю жизнь бездетные, и на аборты эти дяди не идут». Яркие, красочные гей-парады привлекают в свои ряды новых бойцов-участников. Простота и доступность в поисках новых партнеров, а главное – некая элитарность, создают нужную ауру удобства и приобщения к «тайному высшему обществу». Во всей Европе существуют аналоги популярного анекдота: «Доктор, я гей. – А вы артист, кутюрье, режиссер, художник, политик? – Нет, доктор, я слесарь. – Э, ну, тогда вы не гей. Вы…». Ну и для пущей «элитарности» сделать так, чтобы на социальную верхушку попадали нужные люди. Дать толчок, а после они и сами своих подтянут.

То есть имеется определенная категория людей, коих влечет в сексуальном плане не к противоположному, а к собственному полу. И всегда, во все времена имелась. Этих людей не нужно заманивать красивыми названиями, модными парадами, рекламой элитарности и возможностью легкого «круизинга» – поиска новых партнеров. Эти люди – такие, какие они есть. И будут оставаться верными своим предпочтениям, несмотря ни на что.

Однако таких людей – «истинных гомосексуалистов», как обозначают медики, есть определенное количество. А если сделать так, чтобы это количество искусственно увеличить с помощью людей не с врожденными, а с приобретенными наклонностями? Легко! Нужно просто, чтобы постыдное и осуждаемое превратилось в модное и веселое.

Эта же картина и с представительницами противоположного пола. Даже термин общий придуман – ЛГБТ. Лесбиянки, геи, бисексуалы и трансвеститы. Резонно было в те времена начала 60-х – начала восхождения трехглавой царицы, предположить, что большинство представителей ЛГБТ-сообщества не смогут или не захотят иметь детей. И не станут интересоваться вопросами демографии. Браки и усыновления еще запрещены, да и своих детей иметь не можешь: с чего уж чужими-то интересоваться? И теоретически в первый фактор можно было бы подтянуть любые нетрадиционные сексуальные вкусы. Все они, так или иначе, отвечали поставленным задачам. Просто оказалось, что создать предпосылки для пропаганды ЛГБТ-движения в странах Европы и США более перспективно, нежели чем пропаганда, допустим, зоофилии. Разумеется, и в Европе, и в США определенный процент тех, кто предпочитал проводить досуг не с мужчинами, не с женщинами, а например, с осликами – имелся. Но все-таки процент, простите за тавтологию, любителей любви с ослами в Европе – Америке был невелик, не тот случай. И потому упор пока был сделан на более традиционное ЛГБТ.

Хорошо. Но ведь, как ни пропагандируй, как ни создавай предпосылки, а людей с традиционными сексуальными предпочтениями все равно останется подавляющее большинство. У них будут семьи, а соответственно, и…

А женщина не инкубатор! Это мужчины из сексистских и шовинистических побуждений выдумали устаревшие догмы, что женщина должна быть «хранительницей домашнего очага», «ангелом-хранителем своих детей», «верной и преданной женой» и прочую атавистическую глупость. Долой заскорузлые стереотипы! Женщина – полноправный член общества, со всеми доступными возможностями. Она имеет полное право развиваться в профессиональном плане, делать карьеру, строить личную жизнь таким образом, чтобы прежде всего получать удовольствие, а не ради семейных уз. «Думай прежде всего о своем оргазме» – таков был девиз, ставший новым рекламным слоганом в многочисленных женских журналах.

Ну, и чего такого плохого, по большому-то счету? В конце концов, шла вторая половина XX века. Мир стремительно развивался и менялся. Действительно трудно что-либо возразить, трудно найти осмысленные аргументы, чтобы отказать женщинам в нормальных человеческих правах. Нельзя запретить или ограничить кого-то в возможности самореализации, если человек способен достичь определенного успеха. И если одна условная женщина Х и в потенциале, и по окончательному результату сможет добиться в определенной сфере большего, чем условный мужчина Y, то никто не вправе лишать женщину возможности доказать это на практике. Если этого не получится – значит, жизненные законы все расставят по своим местам. Но законы эти будут равны для всех.

Давайте не будем лукавить. Если мы возьмем абсолютные результаты – женщина мужчине неровня ни в физическом смысле, ни в интеллектуальном. Ни одна женщина в мире не сможет победить абсолютного чемпиона по тяжелой атлетике или по боксу. Никогда чемпионка мира по шахматам не выигрывала у чемпиона мира по шахматам в матче за корону, состоящую, заметьте, не из одной, а из нескольких партий, чтобы исключить элемент случайности. Да такого матча и в регламенте-то нет. Казалось бы, почему? Отбросим бокс, штанги, футбол и прочие атлетические виды спорта. Но в шахматах же не нужны груды мышц, вес, скорость бега? Однако при всем при этом любому ясно, что чемпионка мира по шахматам в пух и прах разобьет подавляющее большинство мужчин на планете. Даже разрядников, а возможно, выиграет и у кого-то из гроссмейстеров мужчин. А много ли мужчин найдется в мире, способных хотя бы приблизиться к результату, который показала Тамара Райнвотер-Гримвуд в уже далеком 1994 году в жиме лежа штанги от груди – 182,5 кг? Да большинство мужчин и сотни килограммов-то не выжмут никогда. И что бы получилось, если бы кто-то сказал маленькой Тамаре, пришедшей на свою первую тренировку, что у нее ничего не получится априори, поскольку она девочка?

То же самое – равные возможности – могут быть у женщин во всех областях. Допустим, карьерный профессиональный рост. Главное, чтобы стартовые и прочие условия были равны, без перекосов как в одну, так и в другую стороны. Что касается такого щепетильного момента, как начавшаяся в те годы пропаганда получения женщиной сексуального удовольствия: простите, но плотские законы природы никто не отменял. В общем-то женщина не только инкубатор, лишенный эмоций. Перегибы просто не нужны.

Ага! – скажет кто-то. – Вот и получилось в итоге то, о чем в своей книге писал Сарацин! Европейские женщины стали заботиться о карьере, о сохранении фигуры, о возможности нагуляться, пока не замужем, а потому и такой демографический результат. Все же ясно?

Не торопитесь. Если бы дело обстояло в одном лишь этом, будущей демографической катастрофы бы не произошло. И вот почему. Разумеется, рождаемость бы сократилась в любом случае. Кто-то из женщин делал карьеру, а кто-то, кому это не нужно или не получилось, не делал бы. Кто-то пускался во все тяжкие, а кто-то становился хорошей женой и матерью. Не забудем и о том, что уровень развития медицины в развитых странах успешно побеждал детскую смертность, повышал предельный возраст женщины для рождения ребенка, увеличивал продолжительность жизни, наконец. Не забудем, что раньше шел постоянный прирост населения, регулируемый болезнями, детской смертностью, войнами. И при сохранении такого же прироста в отсутствие войн (оружие-то ядерное) и успехах здравоохранения Европа бы скоро задохнулась от перенаселенности даже без всяких мигрантов. И если бы дело обстояло только в этом факторе – сама жизнь все бы отрегулировала без посторонней помощи.

Но как же тогда с результатами, которые сегодня наблюдаем?

А вот здесь-то, вмешиваясь в естественный процесс, в дело вступила тяжелая артиллерия:

«Я хочу видеть мужчину избитым в кровавое месиво, с каблуком, забитым ему в рот, подобно яблоку в пасти у свиньи».

Эти слова принадлежали американской феминистке Андреа Рите Дворкин, будущему автору садомазохистского романа «Лед и пламень», начинавшей свою карьеру в 60-х годах. Дворкин выступала за отмену запрета на проведение абортов, распространение контрацептивов среди маленьких девочек и сравнивала угнетение женщин с преследованием евреев в годы холокоста.

«Я считаю ненависть к мужчинам почтенной и возможной политической позицией. Я думаю, что демонизация и очернение мужчин в средствах массовой информации – достойный и стимулирующий политический акт, потому что угнетенный класс имеет право на классовую ненависть к своим угнетателям».

Так считала американская писательница Робин Морган, возглавлявшая в начале шестидесятых организацию «Движение женщин».