Замок

А ночью люди увидели, что в башне горит свеча, несколько мужчин пошли посмотреть и не вернулись, их тела обнаружили ниже по течению реки. С тех пор в башне по ночам горит свет, люди говорят, что это душа Елизаветы приходит и читает святое Евангелие, а злая ведьма до сих пор охраняет подходы к замку. Многие пытались проникнуть во владения ведьмы, и все нашли себе там свою смерть. В тысяча восемьсот двенадцатом году наполеоновские войска вошли в замок, устроили там штаб, где жил высокопоставленный генерал, его охраняли сто солдат. Генерал решил присвоить себе замок и приказал отремонтировать его. Спустя три месяца случилось страшное: все, кто был в замке, ночью бесследно пропали, все древние стены были залиты кровью, но ни одного тела не было найдено, остались в живых только те, которые были на улице. Исчез и генерал, его долго искали, но так и не нашли. После этого случая больше никто не хотел рисковать своими жизнями, все боялись даже близко подходить к страшному месту. Замок зарастал деревьями и бурьяном, немцы стороной обходили и боялись даже смотреть в сторону проклятого места. Потревожили демонов после войны, в тысяча девятьсот сорок девятом, пришли советские солдаты и решили из замка сделать музей. Жители города со страхом наблюдали, как множество солдат строили на замке новую крышу, приводили в порядок весь замок. По ночам в башне по-прежнему горела свеча, но строители не могли найти вход в башню. Местные жители стали думать, что бесы, которые много веков наводили ужас на всю окрестность, покинули замок. На седьмое ноября наметили торжественное открытие музея, утром приехало перерезать ленточку высокое начальство, даже из самой Москвы приехал чиновник. То, что увидели там все эти чиновники, повергло в шок даже тех людей, которые прошли войну и видели все круги ада. Все шестьдесят солдат строителей были мертвы, тела многих были изуродованы, на лицах застыл страх и дикий ужас. Тела собрали, похоронили. Вскоре приехала комиссия из КГБ, проверяли, искали, допрашивали свидетелей, а на третий день все как в воду канули. С тех пор в этот замок не ступала нога человека. Ну как, страшную историю я вам рассказала?

Друзья с замиранием сердца слушали рассказ хозяйки дома, первым опомнился Анатолий:

– Бабушка Тася, а отсюда видно, как загорится свет на башне?

Хозяйка посмотрела на старинные настенные часы, они показывали без десяти двенадцать ночи.

– Видно, через десять минут зажжет, – прошептала старушка, повернулась к иконам и несколько раз перекрестилась, – упокой, Господи, душу рабы твоей Елизаветы.

Анатолий встал, оглядел всех присутствующих, поднялся на второй этаж и подошел к окну. Вдали чернел замок, видно было только его блестящую при лунном свете крышу и поднимающуюся высоко над ним башню, сильно напоминавшую маяк, и стал ждать, когда Елизавета зажжет свечу. К нему присоединились все друзья, кроме Светланы. На первом этаже послышался бой часов, с первым ударом все напряглись, со вторым нарастало какое-то нервное состояние, на третьем ударе загорелся свет на башне, с ним по всему телу Анатолия пробежала дрожь и холод. Анатолий прошел всю вторую компанию в Чечне, он никогда не ведал такого страха и не понимал, почему это происходит с ним сейчас, что так напрягло его тело. Он не сомневался в правдивости слов бабушки Таисии, он ей верил, но как историк он должен был проверить замок и всё, связанное с ним. Но страх жил во всем его теле, он как бы разделил его надвое: одна его половина хотела идти и проверить, кто там зажигает свет, другая тряслась от ужаса. Он продолжал смотреть на горящий вдали огонек и пытался разобраться в себе, не заметив, как все легли спать и того, что он уже несколько часов непрерывно смотрит в одну точку.

–

Утро. Гости медленно понимались, хозяйка уже хлопотала на кухне. Анатолий поднялся, подошел к окну, солнце еще только вставало, но замок уже виднелся вдали, он во всем своём величии утопал в тумане. Высоко над туманом поднималась башня, свет в ней уже не горел. Анатолий еще немного полюбовался на утреннюю красоту восходящего солнца, взял полотенце и спустился на первый этаж:

– Доброе утро!

– Здравствуй, Толик, ты уже встал? А мы тут со Светочкой завтрак приготовили.

В большой гостиной был накрыт стол, Светлана стояла перед иконами и шептала молитвы.

– Взвод, подъем! – крикнул Анатолий, и, подождав, когда Светлана закончит молиться, постучал в комнату, где спали девчонки.

Ребята по- военному быстро встали, умылись, сели к столу, деловито позавтракали.

– Гости дорогие, вы уж извините нас, но нам с Димой надо уехать, вернемся поздно вечером, вы уж тут сами похозяйничайте, делайте, что хотите, словом, отдыхайте, да и еще вот что: в обед приедет сосед на тракторе и вспашет огород, там на комоде деньги лежат, отдайте трактористу.

– Бабушка Тася, зачем вам на трактор деньги тратить? Мы сами вскопаем. Лопаты есть? – потирая руки, спросил Анатолий.

– Лопаты в сарае. Но зачем вам копать? Отдыхайте, вы же городские, к работе не привыкшие – трудно будет!

– Ничего, на себе испытаем, как крестьянам хлебушек дается, – поддержал Анатолия Аркадий.

Хозяева уехали, оставив гостей одних, во дворе стоял надёжный вольер, в котором ходил большой лохматый пес породы кавказская овчарка. Он грозно посмотрел на незваных людей, зевнул во весь рот, демонстрируя большие клыки, и лег на пол. Его тело лежало неподвижно, лишь глаза строго наблюдали за гостями.

– Его зовут Рэкс, – сообщила Светлана.

Анатолий хозяйским взглядом осмотрел весь двор, зашел в сарай, достал лопаты.

– Света, Аркадий, Татьяна, Ирина, берите лопаты.

Все подошли, взяли инструменты.

– Сергей, там за домом лежат старые ржавые трубы, проведи воду от дома на огород. Ты же умеешь?

– Умею, – вздохнул Сергей и почему-то с завистью посмотрел на тех, кто пошел копать огород.

Работа закипела. Анатолий взял грабли и еле успевал скородить землю, к шести часам вечера огород вскопали полностью. Сергей проложил трубы на огород, в сарае нашел зеленую краску, покрасил их, выкопал маленькую ямку, чтобы можно было поставить ведро, открыл воду, сел напротив крана и так, глядя на воду, замер. С огородом закончили, но хозяева еще не вернулись; решили привести в порядок весь двор, пошли в ход веники, лопаты; беседку вымыли, и все вместе стали готовить ужин. Тут и появились хозяева, они очень обрадовались таким переменам в их хозяйстве, особенно небывалой чистоте во дворе.

– Ой, и воду на огород провели, молодцы, спаси Бог. А что это с вашим другом?

Все опять посмотрели на Сергея, он всё так же сидел и смотрел на воду, подперев голову руками, даже не заметив, как пришла бабушка Таисия и Дмитрий.

– Он так сидит уже несколько часов, – тревожно сказала Ирина.

– Может, он еще под впечатлением от вашего вчерашнего рассказа? – встряла в разговор Татьяна.

– Ой, дети, зря я вам рассказала такую страсть, вы хоть его успокойте, ведь мучается.

– Бабушка Тася, а можно поужинать здесь, на улице, в беседке?

– Конечно, можно, только комары сейчас будут кусать, мы раньше с Димочкой часто кушали на свежем воздухе. Пойдем, поможете мне сумки разобрать.

Ужин накрыли в беседке, включили музыку, вечер прошел замечательно, тревожил только Сергей, он даже отказался от ужина, друзья обеспокоенно поглядывали на своего товарища. Сергей Филин всегда отличался общительным характерам и молчал он очень редко. Ирина отрезала большой кусок хлеба, намазала его щедро маслом, сверху положила два больших куска колбасы и пошла к Сергею.

– Серёжа, поешь, пожалуйста, ты ведь целый день ничего не ел.

Сергей небрежно взглянул на свою подругу и вновь вернул свой взгляд к воде. Ирина растерялась, она никогда за многие годы общения не видела своего друга таким. Она подвинулась к нему поближе, обняла и поцеловала, Сергей немного ожил, но все равно от воды не оторвался. Поцелуй Татьяны возбудил в нем аппетит, он взял бутерброд и, не отрываясь от воды, принялся его старательно пережёвывать. Так он просидел до самой ночи, и лишь когда совсем стемнело, ушел в дом спать.

Утро следующего дня прошло более спокойно, работы по хозяйству уже не нашлось, оставался только отдых. Баба Таисия с Дмитрием опять уехали, предоставив свое жилище гостям. Сергей вновь присел напротив крана с водой и в таком положении застыл на долгое время, друзья подходили к нему, начинали с ним разговаривать, но он, насупив брови, молчал.

– Что нам с ним делать?– обратился Анатолий к собравшимся, – он сидит уже вторые сутки и ни с кем не разговаривает, даже с Ирой. Я не пойму, что с ним случилось; то, что он напугался страшных историй и сошел с ума, я не верю, слишком давно и хорошо его знаю. Он о чем-то думает, пойдем к нему и строго спросим с него.

Друзья всей компанией подошли к Сергею, окружили его, начала разговор Ирина.

– Сережечка, если мы тебя чем обидели и тебе мешаем, ты скажи, и мы уедем отсюда, но ты только скажи, мы все в недоумении, почему ты с нами не разговариваешь?

Ира сделала обиженное лицо, все другие тоже, Сергей встал, размял ноги, посмотрел с улыбкой на своих друзей:

– С чего вы взяли, я совсем на вас не обижаюсь, я смотрю на воду, как она течет в ямку, я выкопал углубление не больше пяти литров, вода в нее течет уже почти двое суток. Вопрос: почему не наполняется ямка?