Защитник

– Ваня.

Она кивает.

Мы выходим с огороженной территории, и красотка поворачивается ко мне:

– Куда ты хочешь пойти?

Пожимаю плечами.

– С тобой в любое место.

Задерживает на мне взгляд и впервые по-настоящему улыбается.

Она ожидала чего-то другого?! Я ее удивил?!

– Пойдем к морю.

– Отлично. Я каждый день хожу к нему.

Снова смотрит внимательно и чуточку удивленно, а потом звучит первое признание:

– Я тоже люблю ходить к морю, особенно когда на пляже никого нет.

Зачарованно слушаю звонкий переливающийся голос и поражаюсь, какое сокровище мне досталось.

– Его можно увидеть совершенно разным, – продолжает делиться девушка. – То сердитым, мрачным и ворчащим, то утягивающим своей синевой в глубь, словно…

Она замолкает и хмурится, и всю дорогу до моря говорю практически только я.

София ловко обходит все вопросы и явно не хочет рассказывать о себе. Но я не давлю. Вот из Ромки тоже все надо вырывать клещами или ждать, когда созреет и поделится сам. Особенность людей.

На пляже никого нет, один ветер гуляет, да волны, сворачиваясь в барашки, с шумом выплескиваются на берег.

– Ворчит, – произносит она, смотря куда-то вдаль, а я любуюсь ее изящным точеным профилем и неожиданно осознаю, что пропал.

Не знаю, как люди понимают, что с ними происходит что-то подобное. Меня вот словно накрыло волной и осенило: эта девушка – мое все. Я в лепешку разобьюсь, но она будет моей.

София поворачивается и внимательно смотрит на меня.

– Что?

– Ты очень красивая!

– А ты не слишком изобретателен в комплиментах, – кривит уголки губ в усмешке.

Да, с этим у меня проблема. Я всегда играл роль второй скрипки, и в знакомстве с девушками лидерство принадлежало Ромке, пока он не слился и не пропал в своей любви.

– Зато искренен!

Улыбка исчезает с ее лица, как следы, что слизывает волна.

– Сейчас это опасное качество.

– Почему?

Она поднимает найденный камушек и запускает в воду.

– Люди часто стараются подловить других, чтобы заставить их использовать в своих целях. Так что будь осторожен.

– Откуда такие познания?

– Я взрослая девочка!

– Сколько тебе лет? – вылетает само собой.

Смотрит на меня и пусть говорит серьезно, в глазах появляются веселые огоньки.

– Девочкам не задают подобных вопросов.

– А какие задают?

– Такие, которые не смущают и не выдают конфиденциальную информацию.

Мы бродим по берегу около получаса, пока Софии на телефон не приходит эсэмэска, от которой она мрачнеет и бросает мне холодное:

– Мне пора.

– Я провожу тебя.

Решительно мотает головой.

– Давай еще встретимся.

Снова отрицательный ответ.

Молча смотрю ей вслед, не зная, что мне сделать, чтобы девушка, похитившая сердце, просто так не исчезла из моей жизни.

Она, словно почувствовав пронзительный взгляд, оборачивается и спрашивает:

– Не заблудишься?

– Нет, конечно, – произношу ей слету и сразу жалею. Возможно, если бы так не сказал, София бы побыла еще немного со мной, а так махнула рукой и буквально исчезла из зоны видимости.

Вздыхаю. Не умею я общаться с девушками. Слишком простой, слишком открытый, слишком читаемый…

Смотрю вокруг. Красота. И не тороплюсь уходить с пляжа.

Ромка сейчас секретничает с Лизой, и мне не хочется им мешать. Лучше побродить здесь, где еще несколько минут назад мы ходили вдвоем, и подумать о самой красивой и загадочной девушке, что мне встретилась, очаровала и сейчас исчезла из моей жизни… Надеюсь, на время, и София еще придет делать фотографии других матчей.

4 глава. Новое задание

– Завтра отправляешься в Севастополь, – звучит голос человека, которого ненавижу всем сердцем.

– Это твои подопечные, – продолжает он, протягивая конверт, а я возмущаюсь:

– Но я снимаю турнир!

– Значит, больше не снимаешь! – с раздражением произносит мужчина.

– Но…

– София, тебе напомнить условия нашего договора?!

Нет! У меня отличная память, к сожалению…

– Но это не может длиться бесконечно! Вы обещали, что это временно! – эмоционально бросаю я.

– Да? Где бы ты сейчас была, если бы не я?! Работала бы от звонка до звонка, хлебала баланду и делила камеру с зечками!

Передергивает. И помимо ужасной картинки, что обрисовал Заболотский, напоминает об Артеме.

Сердце в груди сжимается. Я виновата в его смерти. И даже не смогла проститься с ним и попросить прощения. И до сих пор не знаю, где похоронили его родители и где они сейчас.

Сникаю.

Мужчина встает и, подойдя ко мне, кладет руку на плечо.

Вскакиваю, сбрасываю ее. Его поползновения в мою сторону пресекаю резко и однозначно. С меня хватит того, что я работаю на этого негодяя.

– Кто лучше тебя сделает мне золотые снимки? – сладко льет он в уши, но меня не пронять лестью. То, что я отличный фотограф, знаю и без него.

– Шантаж – это уголовно наказуемо! – чеканю ему то, что он прекрасно понимает сам, но мужчина затыкает мне рот:

– Ты бы лучше помалкивала и больше работала.

Понимая, что дальнейшие препирательства ни к чему хорошему не приведут, прекращаю спорить.

– Я смогу вернуться, как только сделаю снимки?

– Да, рыба моя.

Направляюсь к двери и буквально отшвыриваю ее вместе с секретаршей.

Я знаю, она любовница Заболотского. Не раз заставала их в пикантной ситуации, и ее поведение сейчас явно странно.

Неужели девица реально думает, что я хожу потрахаться с ее боссом?!

По-моему, с таким лицом, как я захожу в его кабинет, отправляются на казнь, а не получать удовольствие.

До дома иду пешком, пытаясь поднять настроение, прогнав в голове свой отшлифованный до блеска план избавления от рабства. Найти состоятельного парня, влюбить в себя и уехать в большой город, где смогу затеряться и порвать с прошлым. Первоначально, правда, все было задумано без присутствия посторонних людей, но отчим украл заначку. Скопить такую сумму снова с моими смешными подработками и потерять еще как минимум пару лет в этом аду – ужасная перспектива, а ехать ни с чем туда, где нет ничего и никого –страшно.