Завет

Альма развела руки, будто показывая размер пойманной рыбы. Виктор смерил её презрительным взглядом.

– Да, в общем, и ты сойдёшь. Но только если крепко припрёт, а других вариантов не останется.

– Расслабься, Вик, тебя даже последняя курва братом назовёт и по головке погладит.

Виктор мечтательно закатил глаза.

– Хоть так.

– По другой головке, ты не путай.

– Ладно, отставить шутки. Ты новую форму получила?

– Да, сейчас покажу.

– Даже не верится, – сказал Девятка. – У нас обновки добывали так – ждёшь, пока кого-нибудь шлёпнут, и несёшься к меду. И пока труповозка пакует клиентов, ты по-быстрому тыришь оставшееся барахло. А за пару сотен форинтов санитары могли чего поинтереснее подогнать. Они и сами не брезговали перепродажей.

— Узнаю доблестную транслейтанскую армию, — заявил Виктор. — Воюет тем, что награбить смогла. Если пограбить не дали, то затачивает пехотные лопатки и идёт в бой с ними. Отребье дранозадое, чисто банда коммунистов.

Орк хмуро покосился на него.

— Ну да, до снабжения натовских наёмников мы в то время не дотягивали, — признал он. — Нечасто доводилось погонять в новенькой форме.

– Армия и сейчас выглядит удручающе, чего уж там.

– Ты вот что скажи – это вы тогда из Балатона[3] подлодку спёрли? – спросил Девятка. – А то мы так и не поняли, куда она делась.

— Это не мы, — ответил Виктор. — Её цыгане угнали, наверное.

– Из озера?

– Из озера.

– Хм…

– И что тебя удивляет?

– Разве что сам факт присутствия подводной лодки в озере.

– Цыгане всё что угодно могут угнать. И откуда угодно.

Вернувшаяся Альма бросила на стол запечатанный пакет. Виктор разорвал его и достал чёрную форменную куртку.

– Шикарно, – сказал он. – Даже шеврон «Сабатины» пришить додумались.

Виктор передал куртку Скарту.

– Наряжайтесь. На эту операцию пойдём под новым знаменем. Пусть знают, с кем связались.

– Эх, – протянул Девятка. – А я так привык к шевронам «Дельты».

– Так перешей, – предложил Виктор. – На правом плече как раз место есть. Знаки различий других подразделений допускаются.

– Тогда стоит перешить всем, – сказала Альма.

– Точно. Сохраним славное наследие разведвзвода второй роты, величайшего взвода в рамках одной отдельно взятой казармы и прилегающего к ней туалета.

* * *

После переодевания Альма построила взвод и начала тщательно инспектировать.

– А поаккуратнее пришить не мог? – спросила она у Скарта.

– У него руки под хрен заточены, – любезно пояснил Девятка, чем тут же привлёк к себе пристальное внимание.

– Что за херню ты нацепил? – заорала Альма, осмотрев орка.

– Нашивки, значки…

Вся форма Девятки была увешана символикой нилашистов[4] и йоббиков[5].

– Да ты настоящее воплощение сегедской идеи[6], – хмыкнул Виктор.

– Я не потерплю в подразделении ультраправую символику.

Сицеро вытащил нож.

– Смирно! – рявкнул он.

Девятка тут же замер – сработали накрепко вбитые армейские рефлексы. Ловко орудуя ножом, Сицеро принялся спарывать не прошедшие проверку знаки отличия и принадлежности.

– Так-то лучше, – сказал он, закончив. – Не забудь выбросить это фуфло. А лучше сожги.

– Ты ещё и за нациков на прошлых выборах голосовал, да? – поинтересовалась Альма. – И всё время поддерживал это отребье пожертвованиями из своих скудных доходов?

– Нет, конечно.

– А в восемьдесят девятом что было? Забыл уже, что ли? Так я напомню.

– Да не было ничего такого!

– Кому ты рассказываешь? Раз в жизни выиграл в лотерею и проголосовал за каких-то клоунов, которые у сороки из-под хвоста вывалились…

– Надо было голосовать за партию Двухвостой Кошки[7], – сказал Виктор.

– Так она ненастоящая и придумана каким-то шутником, – возразил Скарт.

– Партия что надо, у неё даже место в парламенте есть.

– Оно же пустое.

– …И слоган достойный: «Счастливая жизнь, снижение налогов, бесплатное пиво. Но не всем, так что спешите стать не всеми!». Самое то, уже пять лет за неё голосую.

– Впервые слышу о такой, – сказала Альма.

– А! Так ты много упустила. Партию назвали в честь той самой двухвостой кошки, которая обоссала предвыборную трибуну, избирательный участок и одного из политиков. И потом ещё несколько лет гадила по углам в Парламенте. Да и сейчас случаются казусы.

История неуловимой двухвостой кошки циркулировала в Офенпеште уже не первый год, обрастая всё новыми и новыми подробностями. Кошке постоянно приписывали различные мистические особенности и сверхспособности, вплоть до самых невероятных. Временами она становилась то неофициальным символом страны, то маскотом[8] протестных партий, то просто персонификацией ненависти. В настоящее время даже упоминание двухвостой кошки было под запретом, но полиция не особо следила за этим, и на каждом рынке всё ещё можно было приобрести сувениры с её изображением. При этом за все годы не удалось сделать ни одного снимка, который признали бы достоверным.

– Это же легенда.

– Отличная легенда, жизненная и отображающая весь бардак последних лет, – не отступал Виктор. – И прекрасно иллюстрирует политическую составляющую Транслейтании.

Каин заметил на бронежилете Сицеро гвардейский значок – обрамлённый серебряными крыльями ромб.

– На что уставился? – спросил Сицеро, повернувшись к нему.

– Значок у тебя интересный. Где взял?

– С трупа засувенирил.

– Да ну?

– Ага, – Сицеро похлопал по прикладу автомата. – Ты бы не лез со своими расспросами. А то я начинаю расстраиваться.

– Да как скажешь.

[1] Нелиберальная демократия — политическая система, имеющая некоторые формальные признаки демократии, например выборы, но исключающая реальные механизмы и институты народовластия, такие как свобода слова, свобода собраний, независимый суд, разделение законодательной и исполнительной ветвей власти и др.

[2] Паприкаш (венг. paprikas) — блюдо венгерской кухни. Кусочки мяса тушатся в сметане (сливках) с паприкой и луком.

[3] Балатон (венг. Balaton) — озеро на западе Венгрии, крупнейшее в Центральной Европе.

[4] Нилашисты (также салашисты, от венг. Nyilaskeresztes part – Партия скрещенных стрел) – национал-социалистическая партия в Венгрии, основанная Ференцем Салаши в 1937 году. Неоднократно запрещалась венгерским правительством и вновь легализовывалась.

[5] Йоббик (венг. Jobbik — букв. «правый, лучший, правильный»; полное название венг. Jobbik Magyarorszagert Mozgalom, буквально Движение «За лучшую Венгрию») – правая националистическая политическая партия Венгрии.

[6] Сегедская идея (венг. Szegedi gondolat) — политическая доктрина венгерских ультраправых межвоенного периода.