Завуч

– Если б вы, сударь, предложили мне шаль, ну или на худой конец толстовку, я бы даже подарила вам свою улыбку.

– Мм, зажигалка есть, могу одежду твою поджечь, мадмуазель, согреешь на раз-два.

– Фи, какой вы, оказывается грубиян...

Костян не выдержал и растянулся на земле, обычная пикировка друзей на этот раз не щекотала разум и воображение, стимулируя память и красноречие, но успокаивала, обволакивала, словно колыбельная, заставляя закрыть глаза и отправится в приятные сновидения, в которых фигурировали такие несомненно нужные и полезные любому современному человеку, как туалетная бумага и унитаз... и душ... и спальник, и...

Костян лежал, скрестив руки на груди и чему-то улыбался во сне. Максимилиан, свернувшись в клубочек, постоянно вздрагивал и ежился от ночной прохлады. Нате же спать не хотелось совершенно. С каждым вдохом её наполняла свежесть леса и какая-то странная радость, причем чем дальше они продвигались вдоль крохотного ручейка, тем радостней становилось у нее на душе. Эта радость распирала Нату изнутри и она, с любовью посмотрев на мальчишек, постаралась укутать их этой радостью, поделиться этим чувством полета и хвойной свежестью. На лице Кости появилась улыбка, скрещенные руки упали на землю. Максимилиан же перестал вздрагивать, и, во сне перекатившись на другой бок, вновь свернулся клубочком. Ната устремила свой взгляд на восток, ведь именно там брал свое начало ручеек и именно туда тянуло девушку. Она снова улыбнулась, не замечая, как за пределами полянки, прислонившись к дереву, за спящими ребятами с удивлением наблюдает темный силуэт, закутанный в плащ, у которого, если б свет луны его коснулся, можно было заметить чуть острые уши.

Глава 5

Алексей, проснувшись от дребезжания будильника, по привычке хлопнул по нему рукой.

– Приснится же такое, - пробормотал парень, протирая глаза и пытаясь поудобней устроится на каких-то не то досках, не то брусьях. Приняв все-таки сидячие положение, Алексей мгновенно забыл про отлежанные бока. Неспешный рассвет давал достаточное количество света, чтобы увидеть дорогу, с расположенными по обочине хижинами и пустыню, простиравшуюся на сколько хватало глаз далеко налево.

Рарг, из будильника обернувшийся смайлом в солнцезащитных очках, кивнул Алексею и показал в противоположную сторону. Леха послушно повернул голову и увидел строение, которое вчера не смог рассмотреть из-за темноты. В нескольких сотнях метров на небольшой возвышенности стояло здание, похожее на трактир, точнее на два трактира, соединенных между собой высокой смотровой площадкой, к счастью сейчас пустовавший. Казармы, а что другое это еще могло быть, окружал частокол из заостренных бревен, вкопанных в землю.

– Откуда только дерева столько взяли, - подивился Алексей. От взгляда на частокол начало щипать глаза.

– Ну что, Смайл, какие мысли?
– поинтересовался Алексей у рарга, прислушиваясь к бурчанию живота, есть хотелось немилосердно.

Смайлик грозно посмотрел по сторонам и провел пальцами по щекам, оставляя следы черной сажи, затем вытащил откуда-то красную тряпку и повязал себе на лоб. После этого довольно взглянул на Алексея и злобно оскалился.

– Хах, дружище, я ж не супермен, чтоб вырезать все население этой деревушки и пытаться в одиночку штурмовать пустыню, я, как бы тебе это сказать, мирный завуч, учитель, ученный в конце концов. Как людей убивают, вчера только вживую увидел, - сказал Алексей и удивился, что даже оттенка жалости или чувства брезгливости не появилось при воспоминании вчерашних событий.

Он прислушался к себе и отчетливо понял, что убьет любого, кто встанет у него на пути. Группа учеников стали для него маяком, ориентиром в этом сумасшедшем мире, где за тобой бегают мужики с топорами и мечами при одном только упоминании леса. Да и вообще, что за Лес? Чужой мир словно ластиком стер всевозможные этические правила и установки, выдвигая на первое место вопрос выживания.

– Ну, совсем уж до беспредела я, надеюсь, не докачусь, - с легким чувством тревоги подумал Алексей.

Смайл посмотрел на Алексея фирменным взглядом Пип-боя, демонстрируя широкую улыбку, но в глазах его читалось явное сомнение, достав огромные счеты, он принялся стучать костяшками туда-сюда, потом, нацепив очки начал чертить диаграммы и графики на возникшей доске, при этом оценивающе посматривая на Алексея. Через некоторое время, Смайл, заметно уменьшившись в размерах и став чуть прозрачней, протянул парню листочек: 'Восстановление маны - изучить? Да. Нет.', Алексей попытался согласиться, но обе кнопки оставались неактивными. Смайл тяжело вздохнул и сел в позу лотоса, сделав глубокий вдох, он прикрикрыл глаза и кивнул Алексею на еле заметные полосы дрожащего воздуха, поднимающиеся от, казалось, дышащей жаром пустыни, потом он выдохнул, запрокинул голову и вдохнул жаркие лучи солнца. После этого рарг посмотрел Алексею прямо в глаза. Зрачки его полыхали белым огнем. Леху бросило в дрожь. Бросив взгляд на каплю пота, стекающую по виску Смайла, Алексей постарался увидеть эти огненные нити, но все, чего он добился - лишь легкое головокружение и летающие мушки на периферии взгляда, тогда он закрыл глаза и, попытавшись открыться миру, сделал осторожный вздох. Еще и еще, и еще, и еще. Ему начало казаться, что он чувствует приятный запах дыма, поймав этот аромат, Алексей всей своей волей потянулся на него, точнее потянул его на себя. Вздох. Словно волна теплого воздуха прошла сквозь тело, а в ноздрях защекотал дымок костровища. Чувство голода потихоньку начало отступать. А Алексей дышал и дышал, подчас забывая выдыхать, он было похож на человека, пересекшего пустыню и увидевшего море. Он купался в этом тепле, пробовал вдыхать не только носом, но рукой, тазом, глазами. Мозг разрывало. Вырвал из приятной карусели теплых образов мелодичный перезвон. Леха открыл глаза, Смайлик держал в руках табличку: 'not bad, bro', Леха мигнул и кнопки 'да', 'нет' приобрели яркость и объем.

– Да.

Кнопка весело полыхнула оранжевыми искрами, а когда Леха открыл глаза, он уже без удивления обнаружил, что мошки исчезли, но появились еда заметные разноцветные линии. Оранжевые, ослепительно белые, прозрачно-воздушные, грязно-желтые, в глазах слегка зарябило.

– Смайл, а можно яркость уменьшить? Как тогда, в колодце?

Рарг оглянулся по сторонам, посмотрел на небо, послюнявил палец, определил откуда дует ветер, и, почесав макушку, махнул рукой.

Перед Лехой появилась табличка:

'Передать 5% манопотока на поддержание удаленной точки доступа? Да. Нет.'

– Да.

Секунда и мир преобразился, слева появился полупрозрачный бар манны, в правом верхнем углу компас, под ним серая иконка инвентаря. Снизу подсветилась раскрытая на середине книга. Алексей механически посмотрел на левое предплечье, обнаружив там полупрозрачный силуэт человечка с разными символами.

– Живем, mother-father, живем, - прошептал Алексей. Оглядевшись вокруг, он своим желанием прикоснулся к раскрытой книге, она сменилась двадцатью окошечками, все были темные, за исключением одного - в левом верхнем квадрате гордо горел огненный шар.

– Хо-хо, who is your daddy?
– в голову почему-то лезли присказки англичанина.

– Смайл, это ж круто! Смайл?
– Алексей с тревогой посмотрел на рарга, который стал еще прозрачней, и вымучено улыбался, показывая большой палец.

– Так он совсем пропадет, - подумал Леха, - ну-ка, а если так сделаем?

Леха представил, как появляется табличка с надписью: 'Передать 5% манопотока на поддержание Смайла? Да. Нет.'. Табличка подалась рябью и обрела объем: 'Передать 5% (максимум) манапотока Ра-рага раргу? Да. Нет.'

– Конечно, да - уверено вдавил кнопку Алексей. Жажда захлестнула парня с новой силой, голубая полоска немного просела.

– Да пофигу, интеллект есть, с маной проблем не будет, вон ее сколько вокруг, - Алексей отогнал от себя охватившее его волнение при виде уменьшегося бара манны.

Рарг, промокнув уголки губ белоснежной салфеткой, сытно рыгнул, потом обернулся в смутно знакомого пацана:

– Дядя Коля, ты дурак?

– Да ладно, мы ж с тобой, типа друганы, нет?
– слегка замялся Алексей. Идя по жизни 'соло мид', он не обзавелся верными друзьями, веселыми приятелями, молчаливыми товарищами, самыми близкими, за исключением родителей, людьми у него были та неразлучная троица, но и там их связывали больше отношения наставник-ученик и грань эту Алексей держал неукоснительно. Пожалуй, учитель английского мог стать его другом, но как-то не сложилось. Алексей был одинок. И появление этого забавного колобка стало для него манной небесной. Еще ни с кем он не чувствовал себя настолько расслабленным и раскованным. Его не покидало чувство, будто он нашел давным-давно потерянную четвертинку себя. Да и потом, на удивление тяжело перенесший переход, Алексей, с отчанием потерпевшего кораблекрушение моряка, цеплялся за отголосок своего родного мира.