Зеленые береты

– Это будет нелегко, – нахмурился Мур. – Потребуется масса материального обеспечения.

– На первое время выбьем тебе из Министерства необходимое финансирование, ну, а дальше крутись-вертись самостоятельно. Я не желаю становиться козлом отпущения в случае, если программа на начальной стадии с треском провалится и покажет свою полную нежизнеспособность. Если ты готов пойти на подобный риск, то карты тебе в руки. Нынче войны – весьма дорогостоящее удовольствие, не окупающее вложенные в нее немалые средства.

– Как скажешь. Что-нибудь придумаем, – уступил Мур. – Дальнейшее финансирование я беру на себя, только в этом случае постарайся не удивляться моим фондам. Все участники программы под кодовым названием «Аврора» автоматически приобретают статус «стерильны» в случае провала или огласки. Это я могу гарантировать с полной ответственностью.

Генерал Кларк удовлетворенно кивнул. «Стерильны» – значит устранены. Его это более чем устраивало. Не придется писать тонну бумаг и объясняться, если что-то пойдет не так, и истина всплывет наружу. Концы лучше сразу обрубить, чтобы не осталось ни единой зацепки.

– Кстати, а что с обещанными артефактами дедров? – поинтересовался Кларк.

Генерал Мур заметно помрачнел. Он был явно не готов отвечать на этот вопрос:

– Их пока не обнаружили, но мы близки к ним как никогда.

– Мало кому известны истинные причины войны мой друг. Только горстка избранных посвящена в эту тайну. На самом деле планета Эпсилон в системе Эридана не представляет для нас особой ценности. Слишком мало полезных ископаемых и ценных ресурсов. Слишком много хлопот с дикарями, деградировавших до самой низкой отметке. Колонизировать планету лишь ради древесины и плодородной почвы не стоит свеч. Вся эта афера затеяна лишь с одной целью – найти возможные инопланетные артефакты дедров и как можно выгодней продать или использовать себе во благо. Вот только поиски сразу не задались и постепенно мы втянулись в затяжную, никому ненужную, кровопролитную гражданскую войну кхмеров. Было ошибочно выбирать одну из сторон и предоставлять ей свою помощь. Без артефактов убедить руководство Анклава в необходимости приостановить, а потом и вовсе прекратить эскалацию конфликта с привлечением дополнительных средств будет нелегко. Только артефакты способны окупить все наши расходы и без них мы никуда не уйдем с Эпсилона!

Планета Новый Урал. Санкт-Петербург.

Море с раннего утра было на удивление спокойное и гладкое. Лишь небольшие волны доносили на гребнях пену и, отступая, оставляли ее на мокром песке. Три серебристых полумесяца над горизонтом постепенно исчезали, становясь на утреннем небосводе почти невидимыми.

Пробежав в качестве утренней разминки вдоль кромки моря, Максим не спеша вернулся к жилому многоквартирному комплексу, но внутрь заходить не стал. Среди четырех стен ему было слишком душно и скучно, вот почему он предпочитал в свободное время больше находиться на свежем воздухе. По долгу службы ему в последнее время часто приходится бывать за пределами цивилизованного мира, где даже элементарное электричество является не данной от рождения обыденностью, а экзотическим явлением сродни чуду. Каждый раз, возвращаясь домой, он дивился – как люди легко и пренебрежительно воспринимают дары цивилизации. Бывали моменты, когда сам Макс был готов отдать душу за коробок спичек.

Присев в кресло под зонтиком, он стал задумчиво любоваться умиротворяющим видом моря. Желтые лучи местного светила, казалось, насквозь пронизывали воду на многие километры вдаль, отчего она казалась густо-зеленой, словно нефрит. Незаметно для себя Макс задремал, убаюканный шумом моря и ласковыми лучами солнца.

Воздух после полудня стал суше и прогрелся настолько, что из него исчезла вся утренняя влага. После легкого обеда, состоящего из бутылочки ледяной квадра-колы, пары гамбургеров и овощного салата, свободного времени оставалось еще предостаточно. Максим решил его потратить на купание в теплой, как парное молоко, воде. В последнее время с постоянными командировками он не часто мог позволить себе такую роскошь и не собирался упускать удобный случай.

Ближе к вечеру, когда невыносимый зной освежил приятный бриз, прибрежье пляжа запестрело разноцветными надувными матрацами, зонтиками и шляпками. Жители городка постепенно собирались у кромки моря, спеша насладиться долгожданной прохладой. Спустившись в подземный гараж, Макс любовно провел ладонью по гладкому капоту антикварного автомобиля, который после смерти отца перешел к нему по наследству. Это была сногсшибательная наземная машина «Ferrari F400», воссозданная руками отца деталь за деталью. Без верха, черного цвета, с отличной полировкой. Блестя хромом и поражая слаженностью всей конструкции, она производила впечатление настоящего покорителя дорог. Усевшись за руль, Максим, чуть помедлив, благоговейно повернул ключ в замке зажигания. Мотор тут же отозвался ровным и низким урчанием. Парень быстро настроил приемник на популярную музыкальную радиоволну «Рок 60-х» и нацепил на глаза солнцезащитные очки. Медленно вдавив педаль газа, осторожно выехал из гаража на бетонную дорогу древнего автобана.

На городок опускался вечер. Краски неба стали постепенно размываться, меняя оттенки на светло-голубые и нежно-розовые. В воздухе не чувствовалось былой угнетающей жары. Туристические парусники, которые вышли днем в море, остались качаться на волнах, терпеливо дожидаясь прилива, а те, что поменьше, добирались до берега как могли. Кто-то включил на паруснике мотор, а кто-то изо всех сил налегал на весла. Даже на таком значительном расстоянии от берега слышались дружные голоса: «взяли, взяли, взяли…». Дорога проходила вдоль берега на возвышенности, и отсюда как нельзя лучше можно было разглядеть море. Городок Санкт-Петербург спрятался в тени гранитных гор, склоны которых утопали в зеленой растительности.

Машина неслась по пустой автостраде, соединяющей морской порт на западе и небольшой космодром на востоке. Попутки встречались редко, так как наземные средства передвижения были экзотикой, а аэрокары летали высоко в небесах. Максим решил выжать из своего транспортного средства все, на что оно было способно. Он и раньше любил лихачить, но только, когда рядом не было ни одного копа. Если бы кто-то, находясь на обочине, услышал, как он едет, то навсегда бы запомнил дикий свист, нарастающий откуда-то издалека.

В это самое время у парадного входа в колледж прогуливалась Каролина. Она мерила шагами небольшую площадку перед учебным заведением, где преподавала историю, и время от времени с надеждой посматривала на дорогу. В туфлях с каблуками-гвоздиками она казалась еще выше, хотя роста ей и так не занимать. Ровные распущенные волосы ниже плеч выглядели безукоризненно, ресницы были настолько густы, что могли вызвать зависть даже у некоторых звезд подиума, претендующих на почетное звание «Мисс Галактика». Глаза – небесно-голубого цвета с такими зрачками, будто там притаилась сама ночь. Вся она излучала нетерпение по отношению к тому, что ее муж без всяких объяснений задерживается с приездом вот уже на полчаса. Из-за угла, стоявшего по соседству дома послышалось знакомое урчание мотора, а затем показался и приземистый силуэт автомобиля. Въехав на территорию колледжа, автомобиль остановился, открыв сразу обе двери.

– Привет, милый. Я тебя уже заждалась.

Она сказала это таким тоном, что Максим опешил. Он ожидал, что Каролина рассердится из-за его опоздания, но этого не произошло. Грациозно впорхнув в соседнее кресло она с благодарностью взяла протянутый Максимом пакет с гамбургером, купленный им по дороге в небольшой забегаловке. Расправившись с ним, Каролина перепачкала нос кетчупом. Нисколько не смутившись, она быстро достала из своей сумочки носовой платок, и хотела было уже стереть с носа кетчуп, как Максим повернулся к ней и поцеловал в кончик носа. Машина не спеша ехала по вечерней автостраде. Вдоль дороги шумели высокие пальмы, упираясь пушистыми кронами, казалось, прямо в небо. Всюду ощущалось благоухание олеандров, а крики чаек сменились пением каких-то неведомых экзотических птиц, завезенных на Новый Урал с Альфа Прайм.

– Утром я была у доктора, – как бы между прочим сказала Каролина, глядя прямо перед собой на несущуюся навстречу дорогу. – Сегодня пришли результаты анализов.

– Опять «ложная тревога»? – Максим заметно скис, но блеск в глазах жены заставил его сердце бешено застучать в груди. – Не может быть! Это правда?!

– Правда. Мы скоро станем мамой и папой!

– Невероятно! После стольких месяцев ожидания и напрасных надежд.

Максим и Каролина посмотрели друг на друга. В их взглядах больше не было удивления, будто они хотели сказать друг другу что-то еще. Насколько это было возможно, он потянулся к ней всем телом, и глаза закрылись сами собой.