Зеркала миров

— Ну как же можно, Аристарх Аристархович, — мягко возразил руководитель проекта Нуар Зимин.

— Мы подтверждали его регулярно, на протяжении почти трех лет. Согласно закономерности Симпсона прямой контакт с миром превышающий данный временной период полностью доказывает его объективную реальность.

Аристарх покивал и повернулся к своему помощнику.

— Ты слышал Федя? Подтверждает, говорит, объективную реальность.

— Они ошибаются, — неожиданно подтвердил его помощник.

— И еще как ошибаются! — Аристарх впился взглядом в руководителя проекта. — Вы посылаете своих наблюдателей в ничто, в тень, в ассоциативную пустоту.

Последняя фраза прозвучала совсем уж бессмысленно и собравшиеся заулыбались.

Старичок решил поспорить о вечных материях.

— Любой закон природы — это случайное совпадение некоторых случайных величин на случайном отрезке времени, — нравоучительным тоном продолжил между тем Аристарх Аристархович. — Но следует учесть, что возможные совпадения не всегда устойчивы. Особенно для нашей грубой реальности. Например, так называемый, мир Полянского, мог быть лишь теневым срезом нашего собственного мира. Просто «тенью», отброшенной по оси времени, назад, в далёкое прошлое. И это даже не путешествие во времени, Зимин. Нет! А значительно хуже Лишь иллюзия, слабый отблеск, лишь один из вариантов возможного развития истории человечества и нашего мира в целом. Известно ли вам, что иллюзия сродни картине нарисованной давным-давно? Или нет. Это скорее похоже на картину в огромном зеркале.

В зале совещаний послышался шепот и тихие смешки.

Аристарх поднял вверх руку призывая к молчанию тех, кто пытался ему возразить.

— Минутку терпения коллеги. Не спешите. К этому выводу вы могли бы прийти и сами. Да. Если бы вовремя измеряли параметры реальности. И не позабыли бы о закономерности Пристли. Видите ли, спустя некоторое время теневой мир начинает распадаться, как нежизнеспособный. Он сворачивается в нулевую точку. Конечно не сразу. Нарушение равновесия, внезапные мелкие стычки изнутри, агрессия, не свойственная его жителям ранее, войны, катаклизмы…

— Как можно делать столь глобальный вывод на основе мелкого недоразумения. Не вникая даже в результаты эксперимента, — пожал плечами один из участников заседания.

— Не вникая, — весело согласился Аристарх. — Ваши результаты и таблицы мне не нужны. Более того, я сейчас предскажу участникам проекта, что в течении ближайших часов вас ожидает еще не одна неожиданность и не один серьёзный конфликт там, в мире Полянского. Причем возможны и другие неприятные «случайности».

— Благодарю вас Аристарх Аристархович за взвешенные и конструктивные замечания, — вежливо отметил руководитель проекта. — Огромное спасибо, что вы нашли время, для того, чтобы приехать сюда и уделить толику внимания тем, кто…

Дверь в зал заседаний рывком распахнулась пропуская запыхавшегося, взъерошенного Иннокентия.

— Новое сражение, — выпалил он с порога. — Егоний убит. Наблюдатель в крайне опасной ситуации.

Прозвучав словно гром среди ясного неба, внезапное сообщение прервало заседание и вскоре в смотровой собрались все ведущие специалисты станции.

Картина боя на пыльной дороге была поистине ужасной. Вид окровавленных людей, труп Егония.

— Почему она медлит? — нервно спросил кто-то. — Почему не включила маяк перехода?

— Отзывай наблюдателя, — распорядился руководитель проекта обращаясь к Иннокентию. — Немедленно.

Тот кивнул и повернул небольшой рычажок на специальной панели предназначенной для экстренных случаев.

На небольшом табло справа от экрана засветилась надпись «Переход». Она мигнула несколько раз и погасла. Почти одновременно отключился и экран обзора.

— Что за хрень!! — заорал Зимин. — Немедленно восстановите связь.

— Боюсь, что это невозможно, уважаемый, — тихий голос Аристарха невообразимым образом пробился через ругань, советы и междометия техников. — Слишком поздно для вас, да и для остальных — тоже поздно. Тени растворяются в прошлом, и иллюзия прекращает своё существование в реальном мире. Театр теней закрыт для публики.

Зимин оглянулся назад, но в толпе, которая набилась в смотровую отыскать тщедушного старичка было не так-то просто.

— Работайте! — рявкнул он Иннокентию и повернулся к остальным. — Убедительно прошу всех лишних покинуть пределы смотровой и не мешать специалистам. Прошу покинуть смотровую немедленно.

Но даже после того, как помещение наполовину опустело, ни Аристарха, ни его юного помощника обнаружить не удалось.

— Наверное я сошёл с ума, — подумал Зимин. — Но почему же сейчас, когда самая актуальная и первостепенная задача — восстановить связь с порталом, для меня вдруг стало так важно отыскать этого ублюдочного старого умника. Зачем? Что я собираюсь выяснить?

Зимину и самому это было не вполне ясно. Обыскав холл вблизи основных отделов, опросив дежурных он выяснил, что последний раз Аристарха с помощником видели выходящим из зала заседаний.

Куда они направились далее, и на каком транспорте прибыли на станцию — не знал никто.

Плюнув на условности и порядки, Зимин запросил видео с камер внутреннего и наружного наблюдения. И опять — ничего.

Вот парочка выходит из зала совещаний, вежливо прощается с секретарём, открывает дверь в холл, потом проходит на лоджию, где стояли кресла для отдыха и в огромной кадке рос роскошный апельсин.

И… всё? Все.

Назад они не вышли, а с лоджии исчезли. Внизу, под окнами, у стен станции трупов не наблюдалось. Флайеры и вертолеты к стенам не подлетали и верёвочных лестниц не сбрасывали. Совсем запутавшись, Зимин решил, пока он еще окончательно не рехнулся, перепоручить этот «детектив» службе внутренней безопасности и постарался больше не думать об этой странности.

Сотрудники службы понимая, что им грозит не просто увольнение, а дисквалификация, еще раз тщательно расспросили всех причастных и проанализировали записи с камер наблюдения. Ничего нового они не обнаружили. Ну разве что с узорчатых перил лоджии в ясное небо поднялись два грача. Один из них, более крупный, имел оперение с темно-синим отливом и другой, гораздо мельче, был обычного черного цвета. Ну, грачи и грачи. Мало ли птиц прилетает сюда из лесного массива простирающегося вокруг научно-исследовательской станции. Кого могут интересовать птички, кроме поэтов и орнитологов?

А два человека, один из которых — ученый с мировым именем исчезли бесследно, словно растворились в мировом пространстве. Кстати, ни адреса, ни других координат Аристарха Аристарховича, как и людей знавших его лично, так и не отыскали.

* * *

Продолжение следует

* * *

Глава 8

Отраженный мир