Зейнсвилл

— Куда?

— Окончательной цели я не знаю, но тебя тайком вывезут в гробу. Мы заправляем конторой, которая для непосвященных выглядит как похоронное бюро. Учитывая, что кладбища сейчас на подъеме, это неплохой бизнес. Одно из нескольких наших прикрытий.

— В гробу? — застонал Чистотец. — Но мне нужно в Техас!

— А что там в Техасе?

— Понятия не имею. Но если я туда не попаду, то никогда не узнаю… и это, возможно, само по себе ответ.

— А как же Кокомо?

— Она поедет в Техас… и дальше?

— Насколько мне известно, она никогда не бывала дальше собственного мозга. Но, думаю, с тобой отправится хоть на край света. Вы каким-то образом связаны.

Чистотец на мгновение задумался.

— Кажется, ты права. Я… я вижу в ней себя.

— Ты ведь будешь о ней заботиться? — спросила Карна. — У нее, возможно, есть какие-то способности, но ей все равно нужна помощь. У нее может случиться рецидив. Может… кто знает?

— Что тебе о ней известно?

— Лепесток Ликорицы когда-то была агентом ФБР. Работала под прикрытием, но произошел какой-то провал. Когда она выздоравливала, случай свел ее с Кокомо, и она ее удочерила. Это все, что мне известно.

— Если ты хочешь, чтобы я…

— Я сама не знаю, чего от тебя хочу. Знаю лишь, что если девочке где-то и место, то только рядом с тобой. А дальше вам самим придется разбираться.

— Я о ней позабочусь, — пообещал Чистотец.

И его тон внезапно убедил Карну. Она отвела его назад к матрасу в грузовом контейнере.

— У тебя есть деньги?

— Да, — отозвался Чистотец.

— Я позвонила моему бывшему, — сказала Карна. — Думаю, он тебе поможет.

— Почему?

— Из-за меня, — ответила рыжая.

— А почему ты хочешь помочь?

— Честно говоря, не знаю. Просто мне кажется, что так будет правильно.

— Вот видишь, — улыбнулся Чистотец, — у тебя тоже есть карта, даже если ты не знаешь, что она значит. А чем занимается твой муж, твой бывший муж?

— Для прикрытия он — проповедник секты пятидесятников, но на самом деле перевозит контрабандой людей. Совершает поездки в Мексику. Вскоре должен поехать снова. Если он еще не отчалил, то он — твой билет отсюда. Он мог бы переправить тебя через границу.

— Но карта ведет не туда, — возразил Чистотец.

— Теперь тебе придется думать не об одном себе. Если пришлось бы выбирать между картой и ей, кого бы ты выбрал?

— Не могу ответить. У меня такое ощущение, что я родился всего пару дней назад. Решения я буду принимать на каждой развилке, когда на ней окажусь.

«Господи Всемогущий! — подумала Карна. — Я, наверное, сошла с ума, раз выпускаю в мир двух столь опасных невинных, тем более что за ними будет гнаться „Витесса“», но вслух сказала:

— Ладно. Как ты, наверное, догадался, тебе дали успокоительное, поэтому слушай внимательно. Завтра утром я дам тебе средство, расслабляющее мышцы, чтобы создалось впечатление, будто ты и вправду под транками. Тебя вывезут через туннель, который ведет к похоронной конторе, и положат в один из гробов на нашем катафалке. Мы всегда используем обманки. Я поведу как раз такой катафалк, вот только скажу Марте и Фэнни, что планы изменились. Кокомо придется положить в тот же гроб заранее.

— А что будет с тобой? Когда все откроется, тебе придется несладко.

— Да уж, — согласилась рыжая. — Буду действовать по обстоятельствам. Возможно, Джейкоб переправит через границу и меня тоже. А ты, когда очнешься, будь готов ко всему.

Глава 8 Самоволка

А в Форте Торо вступал в свои права экстаз: буйно распускались цветы, птицы с маниакальным усердием строили гнезда, а люди откровенно трахались как кролики или, как это теперь называлось, «играли в Дули».

Господи, думала Арета, и за этим тоже стоит Чистотец? Это не походило на истерию после «Пандоры», которая приносила лишь муть и деградацию, пока не наступит отупение от усталости. Это было массовое воскресение физического счастья. Арета чувствовала себя тем более одинокой и в результате тем более неудовлетворенной. С ее прошлого романа прошло почти два года, два года, посвященных саботажу каналов информации, снятию нейропрограммирования и выхаживанию наркоманов в абстиненции. А теперь еще приходится барахтаться в сущей гормональной топи — тоже мешает в работе. Ей не давал покоя предстоящий великий Поединок, и время от времени сердце у нее уносилось в небеса. Что чувствует, о чем думает сейчас сын? Он же собирается выйти на ринг с Ксерксом Макколлумом Труподелом! Время на исходе, а Арета еще не составила внятный план, как попасть на Западное побережье. Помимо обычного риска, какой связан с уходом из Форта, чтобы попасть на авиарейс, придется пробраться через плотный сфинктер службы безопасности «Витессы». С какой радостью они прищучат участника Сопротивления ее ранга! Она подумывала, не сесть ли на автобус, но, учитывая новости из Индианаполиса, это казалось не слишком удачной идеей. Как и следовало ожидать, в новостных сводках по БИСПИДу подробности замалчивались, но, как заключили в Форте Торо, там вышла та еще заварушка. Арета нисколько не удивилась, узнав, что Чистотцу помогает какая-то организация. По стране, да и по всему миру было разбросано множество ячеек Сопротивления. Возможно, как раз одна из них и «создала» Чистотца. Как бы то ни было, чем больше Арета думала о том, как добраться в Лос-Вегас, тем более очевидным становилось, что все сводится к деликатной проблеме его жены (а ведь всякий раз, вспоминая о ней, Арета начинала сомневаться в своем поле). Один агент сатьяграхов, недавно убитый в Бруклине, собрал украдкой кое-какую информацию для самого трансвестита, поэтому ему было известно, что Эрата все еще живет в их старом доме на углу Восемьдесят первой и Риверсайд-драйв. Больше про ее жизнь он ничего не знал, но жена как будто никуда не делась. Он не виделся, даже не разговаривал с ней с тех пор, как ушел к сатьяграхам, а заодно и в подполье. Скорее всего она его просто пристрелит, как только увидит, — и в глубине души он даже чувствовал, что, возможно, этого заслуживает. Но он не знал, кому еще довериться.

И в дополнение к этим проблемам оставался еще «фактор голубя». Только они попытались составить ясную картину того, что происходит с их изгнанным гостем, как основное окно информации вдруг захлопнулось. Теперь их сведения ограничатся крохами с боевого зонда или «Отряда Первопроходцев» — когда и если удастся войти в контакт. Географическое местонахождение придется устанавливать по данным со спутников — а это означало бросить вызов разведке «Витессы».

Потом начала обретать форму смутная мысль. Пока лишь как отговорка, чтобы запудрить мозги остальным. Но звучала она неплохо. И лучше всего то, что не Арета ее придумала. Ее предложил доктор Квайл. Чтобы знать, что творится с Чистотцом, нужно иметь своего человека как можно ближе к нему, так сказать, на месте. До сих пор оставалась вероятность, что он оперативник под прикрытием, у которого что-то отказало, но если бы «Витесса» заранее о нем знала, он не добрался бы до Питтсбурга. Попытка перехвата состоялась не сразу, и одно это подразумевало, что в их рядах есть доносчик «Витессы» — вероятно «крот», повинный также в сбое виртуального конструкта Рикерберна. Но ясно было и другое: Чистотец обладает необычайными способностями. Даже унесенный голубем «Кузнечик» зафиксировал какое-то локализованное пси-событие масштабов землетрясения.

— Не иначе как Чистотец, — заметила карлику трансвестит.

— Ты права! — откликнулся, хрустя коротенькими пальцами, Ищейка. — Какой же я был дурак! Чтобы его обнаружить, нам не нужны зонды. Нужно лишь установить очаги наиболее сильных возмущений психоэнергии, там-то он и окажется!

— Но искать его придется через спутники «Витессы». Большой риск.

— Нам не обязательно находиться в системе постоянно, — возразил Ищейка. — Зачем нам все время отслеживать его местонахождение, если мы и так его обнаружим, когда захотим?

— Думаешь, «Витесса» не сделает то же самое?

— Нет, их разведка пока не понимает, с чем имеет дело. Я хочу сказать, мы сами не понимаем. Их стратегия скорее всего будет такова: отправить своих агентов к тому месту, где его засекли в последний раз, и попытаться определить, на что он способен. Их козырь — боевой зонд, если, конечно, они про него знают. Если он посылает постоянный сигнал, они смогут прикончить Чистотца.

— Господи! — простонала Арета. — Есть же еще шанс, что «Отряд Первопроходцев» его перехватил.

— Как я и говорил, будет бойня, — пожал плечами карлик. — На мой взгляд, у нас только один козырь на руках — прости мне каламбур, — карта. Если память у него еще не восстановилась, а вполне возможно, у него вообще никаких реальных воспоминаний нет, — кроме нее, ему не за что уцепиться.

Арета вновь испытала укол совести от того, что отослала Чистотца, даже если это было сделано для сохранения всей колонии. А следом пришла мысль про Лос-Вегас. Нечестно не говорить, что она уходит. Это подорвет мораль Форта, вызовет у сатьяграхов паранойю. Логичнее всего было бы рассказать Ищейке, но у трансвестита опять не хватило духу. Пока карлик ни словом не обмолвился ни о сыне Ареты, ни о предстоящем суперпоединке, но у него было отличное чутье на такие вещи.