Жнец

К чести сирены, она не стала вырываться или угрожать. Осознала свое положение, только глаза в мою сторону скосила, уткнувшись в стеклопластик маски респиратора.

— Готова говорить, красавица? — уточнил я через пару секунд.

Она осторожно кивнула, чтобы не поцарапаться о клинок, по-прежнему находящийся у нее под подбородком.

— Хорошо. Тогда начнем с главного — какого хрена ты сегодня устроила? Зачем приказала своим рабам на меня напасть?

— Ты убил Ли. — ответила она.

— Я его не убивал. Я приехал, когда его с менеджером уже кто-то кончил. И сделал это так, будто они с друг другом напились и сами друг друга кончили. Я специально проник в их номер, чтобы в этом удостовериться и приехал к тебе, чтобы рассказать об этом. А ты устроила тут черт знает что!

— Ты не убивал Ли?

— А я тебе о чем говорю! Как это вообще могло прийти в твою голову? Я не киллер, чтобы по твоей команде мочить людей!

— Ты хочешь уверить меня в том, что не работаешь на них?

Пальцем свободной руки я постучал по лбу сирены.

— Але? Есть кто дома? Ты чем думаешь вообще, самка озабоченная? Я пришел к тебе ночью, усыпил твою охрану, держу нож у твоего горла — и зачем все это? Чтобы задавать идиотские вопросы и выслушивать идиотские ответы? Если бы я работал на каких-то там "них", ты бы просто проснулась с перерезанной глоткой и очень удивилась тому факту, что сдохла! А теперь давай, не беси меня, и выкладывай. Во что ты меня впутала?

Несколько секунд Хигина о чем-то усиленно размышляла — я видел это по ее лицу. Потом, придя к некому заключению, она произнесла.

— Прости.

— Извинения не принимаются! Мне нужны объяснения!

— Прости, я думала, что тебя наняли разрушители! И запаниковала!

Мы с Димой быстро переглянулись. За стеклопластиковой маской я увидел такое же недоумение на его лице, какое, должно быть, выползло и на мое. Разрушители? Это еще что за группировка? Я уже несколько лет вращаюсь в мире, близком к криминалу настолько, насколько это вообще возможно, однако никогда не слышал о таких.

— Расскажи-ка поподробнее, что еще за разрушители?

— Убери нож. Мне не удобно говорить. Да не буду я орать! Я уже поняла, что ты не при делах. И лучше бы нам решить вопрос миром, Морозоф.

Сирена явно обрела почву под ногами, когда поняла, что я пришел не убивать ее, а лишь потребовать объяснений. К ней вернулась уверенность, она даже попыталась начать командовать.

— Думаю, ты без труда сможешь потерпеть неудобство еще немного, Хигги. Мне совсем не хочется гоняться за тобой по особняку, попутно отбиваясь от миньонов. Говори, что имеешь, а потом мы решим про нож у твоего горла.

— Ты уверен, что хочешь это узнать? — с насмешливой улыбкой проговорила женщина. — Разрушители не та тема, про которую можно мило поболтать за бокалом вина, а потом забыть. Твоя жизнь серьезно измениться.

Что-то в ее тоне говорило, что она не цену набивает, а вполне серьезно предостерегает не лезть в дела, которые мне не по плечу. Часть меня — осторожный обыватель, желающий только спокойствия и определенности — посоветовала послушаться сирену и уйти. Предварительно, разумеется, договорившись о том, что между нами нет вражды. И долгов, да!

Я почти никогда не прислушивался к этому трусливому типу.

— Моя жизнь серьезно изменилась, когда заказчик меня обманул, отправив в какую-то подставу, а потом еще попытался убить. — ответил я ей. — Так что давай, не ходи вокруг да около, а говори толком. Разрушители — кто такие, с чем едят и с чего ты решила, что я работаю на них?

В этот момент Дима вдруг взлетел в воздух и впечатался в стену. Он еще сползал по ней — судя по всему, потеряв сознание — а из-под одеяла уже выбиралась девица, которая отправила его в этот непродолжительный полет.

Молоденькая, совсем еще девчонка, если судить по чертам лица. Которое сейчас было похоже на фарфоровую маску китайской куклы. Не белое с красными губами и черными бровями, а такое же неестественно неподвижное.

— Лика? — встревоженно вскрикнула сирена. — Что ты?..

Договорить она не успела. Любовница, с которой она делила постель, одним небрежным движением свернула Хигине шею, после чего повернулась ко мне.

— Видит бог, я этого не хотел! — пробормотал я, одновременно выхватывая "Ворона" и всаживая две пули в грудь девице.

Которые та полностью проигнорировала, и легким взмахом руки отправила меня в такой же полет, как и Диму.

"Охренеть! — подумал я уже в воздухе. — Хигги спит с зомби! Просто охренеть!"

Потом удар спиной о стену выбил из моих легких воздух.

[1] Топиары — скульптуры из искусственного газона.

Глава 7

Зомби существуют. По крайней мере, с Исхода. Только это не медлительные кровожадные твари, желающие вашего мяса или мозгов, а модифицированные специальными артефактами люди (или пришлые), которые способны некоторое время игнорировать смертельные для обычного разумного повреждения.

Как правило, их создают, как телохранителей. С помощью магии усиливают скелет, армируют кожный покров, дублируют некоторые внутренние органы артефактами, а еще один, блокирующий в мозгу центры боли и отвечающий за активацию, помещают во лбу.

В остальном человек остается таким же, каким и был. Может есть, пить, смеяться, трахаться. Любить и ненавидеть. Но только до активации управляющего артефакта и того, который боль блокирует. После этого, зомби становится машиной для убийства. У него многократно возрастает сила, скорость реакций, пропадают эмоции. Единственной его целью становится убийство. Всех, кроме того, кого он должен защитить.

Зомби — последняя линия обороны у богатых людей. И одноразовая — после активации обратно человеком ему не стать. В лучшем случае, сохранится тело, но высшая нервная деятельность уже никогда не вернется. Останется овощ, который даже к аппаратам бессмысленно подключать.

И вот такой телохранитель грел Хигги постельку. Охренеть. В принципе, даже закономерно — только сирена могла уговорить одного из своих миньонов стать смертником, способным ее защитить. Только вот какого черта она ее убила?