Жнец

Или эльф. Который, на минуточку, не человек, хотя и выглядит похоже. К тому же, живущий в нашем мире недавно, да и то преимущественно в западных странах. А там ведь известно какое отношение к русским, да? Медведи, водка, балалайка, матрешка и танк. Не уверен, кстати, что я правильную последовательность назвал.

С точки зрения жителя западного мира, то, что я рассказал, было даже логичным. Нуачетакова, как любил говорить один мой коллега. Это ж русские — дикие люди! Спят с бабами, пола всего два — питекантропы!

И эльф поверил. Я прямо вот почувствовал, как холодное его недоверие после моего объяснения сменилось таким же морозным удовлетворением. Мол, ну я так и знал! Проклятые поляки! Проклятые русские! И вообще — как можно с этими дикими славянами дела вести?

— Два часа?

Сказал это он не мне. Вслух размышлял. А еще высчитывал время, которое прошло с начала нашей самоубийственной акции. И, вероятно, прикидывал, как ему за оставшийся день, даже меньше, реализовать план "С".

Это был идеальный момент. Не для нападения на эльфа — нужно реально оценивать свои возможности. Даже отвлеченный, он был для меня слишком крутым противником. Момент был хорош для того, чтобы предложить свои услуги. Выжить.

— Это… — привлек я к себе его внимание. — Эльф, такое дело. Мы одного из поляков успели распотрошить на информацию. Он сказал, что ты их нанял на одно дело. А мы, получается, их убили, и как бы порушили все твои планы.

Он меня не заткнул, а просто глянул без выражения. Но я, хвала обоим дохлым жнецам, был немножко эмпат, и уловил тень интереса в его эмоциональном фоне. Воодушевившись, я продолжил.

— Так мож мы это… компенсируем, а? В смысле, сделаем за них работу и разбежимся в разные стороны? Ну, согласись, у нас команда покруче польской, ее мы на ноль помножили и даже не вспотели. И ушли бы чисто, если бы не ты. А? Что скажешь?

А еще русские — беспринципные типы. В этом тоже, что пендосы, что бритиши уверены. Ради спасения своей жизни, они пойдут на что угодно. Родину предадут, друзей. А если к этому еще хороший куш предложить — м-м-м! Никто не откажется!

Эльф молчал. Думал. Очень напряженно думал. Настолько, что даже эмоциональный фон сделался блеклым, никаких чувств не выражающий. Но вот мелькнула искра одобрения, и я поспешил ее раздуть.

— Ты же мою команду не грохнул? Просто, одному-то мне не потянуть. Хотя, я могу еще парней подобрать, но в них уже не так буду уверен, как в этих двоих…

— Немертвая. — вдруг нарушил молчание бледнолицый. — Как в твоем отряде оказалась немертвая?

А искорка уже стала превращаться в языки пламени! Хорошо! А еще там появилась озабоченность. Я решил, что это он за вампиров переживает. Те, судя по кинжалу, который Маарет оставила в бедре эльфа, вызывали у него опасение, как противники. Тут, конечно, мой долг, его успокоить.

— Да она ж полукровка! Со своим племенем у нее что-то не сложилось, вот и прибилась к нам. Обычный наемник, как и все мы. Только крылышки смешные.

— И вы готовы взяться за работу моих наемников? Даже не зная, в чем она заключается!

В точку! Ха! Как же вас, оказывается, просто колоть, господа длинноухие! Сам, без принуждения, сказал, что мои товарищи живы!

— А че, сильно сложная? Чего ты тогда этих безруких пшеков нанял? Да возьмемся. С тебя только вводная и обеспечение миссии, ну и оплата…

— Ты говорил, что готов компенсировать?..

— Так ведь, деньги-то лишними не будут. И тебе, насколько я понимаю, уже не нужно платить полякам. Так заплати нам! В итоге, ты ничего не теряешь, но получаешь более профессиональную команду. Слушай, ну назови это кастингом! А че, посмотрел возможности, чтобы выбрать наиболее подходящих кандидатов.

Беспринципный наемник, готовый продать мать по сходной цене, не согласился бы работать бесплатно. Скажи я, что денег не нужно, он бы мне не поверил. И облегчение, которое сейчас испытывал эльф, стало подтверждением тому, что я выбрал правильную линию поведения.

— Что ж. — он отступил от меня. После чего обратился к жуку на неизвестном языке.

Жнец, я прямо почувствовал, возмутился не по-детски. Надо полагать, ему сейчас приказали не жрать меня, а развязать и отпустить. Ему это не понравилось. Он что-то проскрежетал и наступил на меня одной из своих лапищ. Не с целью раздавить, к счастью, а заявляя права.

Эльф, в свою очередь, тоже выдал какую-то фразу на языке этих жуков-переростков. И решительно махнул рукой. Арахнид чуть ослабил давление на мое тело. Он все еще пылал гневом, но при этом и сомневался. Видать, раздумывал над сказанным.

Длинноухий прибавил еще одну фразу, и сомнения жука сменились обреченностью. Надо понимать, что наниматель только что обозначил сумму неустойки за срыв условий контракта. Нехилую такую сумму.

— Я обдумаю твое предложение. — уже обращаясь ко мне сказал эльф. — А ты пока поговоришь со своими товарищами.

Развернулся и ушел. А жук, подняв меня на руки, понес куда-то. Не выходя наружу, он свернул в узкий для него проход, протиснулся едва-едва и оказался перед дверью. Когда та открылась, мы с ним оказались в схожем с первым помещением — так же темно, грязно и заброшено. Отличалось оно двумя параметрами. Из этой комнаты не было другого выхода, кроме того, через который мы вошли. А второй — тут находились связанные Зверев и Маарет.

Бережно опустив меня подле Димы, жнец прогудел сам себе что-то, что я смог определить, как: "Тьма не будет ждать вечно", и ушел тем же путем, что и пришел. А я перекатился на бок, чтобы оказаться к Зверю поближе, и толкнул его ногой.

— Эй, ты живой там?

— Я, кстати, очень этим обстоятельством удивлен.

Отставник тоже лежал на боку, но спиной ко мне, поэтому его выражение лица я не мог видеть. Зато распознал в голосе (и в эмоциях, конечно), радость от встречи. Как бы не была безнадежна ситуация, лучше, если в ней ты окажешься не один, а вместе с верным другом.

— Маарет?

— В порядке. — глухо отозвалась вампирша. — Почему нас не убили?

Правильный вопрос. Но у меня был на него ответ.

— Народ, я нашел нам новую работу! — с преувеличенной жизнерадостностью сообщил я. — И нам за нее даже заплатят!

Я знал, что нас не оставили наедине друг с другом. Эльф наблюдал за нами — я бы, по крайней мере, так и сделал. А еще я понимал, что мы, если не последняя его надежда, чтобы реализовать свой людоедский план, то точно самая реальная. Ему нужно было убедиться, что мы те, за кого себя выдаем. Наемники, для которых цвет флага не важен, а значение имеет только размер вознаграждения.

Поэтому мне сейчас предстояло донести эту информацию до соратников. При этом — не раскрыться перед нанимателем. Со Зверем все прошло довольно просто — он был чертовски хорош и интонации считывал на раз. К тому же, в отличие от вампирши, он знал, что такое диверсионная деятельность, и о том, как важно втереться в доверие к врагу.