Злата
Шрифт:
– Тогда, - хрипнула я, - я тоже хочу все прояснить. Я предлагаю тебе дружбу, но не более.
Я увидела, как его руки резко сжались. Его обещание перешло в силу, заметила я. Ох, эти руки – загорелые,
рельефные, крепкие, украшенные выпуклыми венами и длинными узловатыми пальцами.
– Мне этого мало! – напряженно сказал он.
– Я понимаю тебя, – почувствовав прилив уверенности, стоя в безопасной, от него зоне, я стала говорить о
наболевшем. – С такими, как ты не водят дружбу, подобные мне. По твоим расчетам, я уже должна
влюбиться, не так ли? Быть рядом, пока тебе не станет скучно забавляться со мной или ты не встретишь
новую «любовь» длинной в пару дней. Это не для меня, Эскалант. Выбирай, либо только друзья, либо я сейчас
же возвращаюсь домой.
– Хорошее же у тебя мнение обо мне… - как-то огорченно, усмехнулся он и вздохнул. – На самом деле, ты не
оставляешь мне выбора. Мы либо просто дружим, либо я вообще не смогу видеться с тобой!
– Понимай, как хочешь!
– я дерзко вскинула подбородок.
– Значит, - протянул он, и кисло улыбнулся. – Дружественная рыбалка?
Я кивнула, но лучше бы уехала домой. Дружить с ним также глупо и опасно, как и дружба мультяшных Тома и
Джерри. Кот в любой момент, испытывая сильный голод, может попытаться слопать мышонка. Особенно,
когда в глубине своего сознания, «жертва» тоже не прочь стать «обедом».
Потом он некоторое время рассказывал все нюансы использование спиннинга. Я как-то пробовала в детстве,
но приспособления у нас с родителями были на много проще и дешевле.
Когда я прошла курс новичка, мы зашли в воду и стали забрасывать удочки в реку.
– Так вот чем занимаются аристократы современности? – шутливо заметила я, чтобы разрядить обстановку,
после нашего не легкого разговора.
– Сейчас, пока я не вступил в полноценное распоряжение наследства, я могу себе позволить заниматься всем
чем угодно, – его голос звучал расслабленно, без намека на сердитость или обиду. – В пределах разумного,
конечно.
Мне стало интересно, за какие пределы разумного он переступил, что его оправили служить в армию. Но я
проглотила этот неуместно-любопытный вопрос.
– То есть обладателю титула живется довольно не сладко? – спросила я.
Эскалант рассмеялся:
– Скорее не в свое удовольствие, будет правильно сказать. Обязанности и обычаи современного дворянина
позаимствованы из прошлого и уходят далеко вглубь веков. Но меня это не коснется, а вот моего старшего
брата это трясина уже поглощает.
– Надо же… - удивилась я, закидывая очередной раз спиннинг.
– Мы все так же заботимся о людях, которые на нас работают, пытаемся принести свою лепту в обогащение
состояния нашей семьи. Отстаиваем свою честь, достоинство и берем в жены только девственниц с
кристальной репутацией.
Услышав последние слова, я разволновалась и чересчур сильно замахнулась спиннингом, чуть не зацепив его.
Он вынужден был увернуться, чуть не свалившись в воду.
Мы неловко посмеялись, и
я извинилась.– А честь вы отстаиваете на дуэлях? – шутя, предположила я, чтобы как можно скорее замять этот неловкий
момент.
53
– Да. – Просто ответил он.
– Что?! - охнула я в полнейшем шоке.
– Удивительно, правда? – усмехнувшись, подмигнул он мне
– Это ужасно! – я даже забыла, скрутить свою леску.
– То есть, согласно всем кровожадным и дикарским
традициям вы убиваете друг друга?!
– А что, по-твоему, лучше примитивный мордобой? – его явно забавляла моя реакция.
– Кошмарно и то, и другое. Невозможно среди этого выбрать лучшее! Смертельный исход грозит в обоих
случаях.
– Верно! – закивал он.
– Но разве дуэли не запрещены?!
– Запрещены, конечно. О них даже мало кто знает даже среди дворян.
– Погоди! Но как же полиция? Если вдруг ранение серьезное или вообще …?
Эскалант посмотрел на меня, и улыбнулся:
– Не беспокойся, я утрирую. На самом деле, к дуэлям обращались очень и очень давно. Правда, мы с моим
университетским другом по глупости хотели возобновить эту традицию. Но, к счастью, все обошлось.
Казалось, больше удивиться и ужаснуться я не могла за сегодня!
– И как вы это провернули?
Он улыбнулся, забрасывая в очередной раз спиннинг:
– Все очень банально. Два друга, одна красивая девушка, которая оказалась интересна нам обоим и мы
схватились за револьверы моего отца.
Я почувствовала прилив недоброжелательности к этой незнакомке. Значит, он влюбился в девушку друга…
Интересно, где она сейчас?
– Нас сдал мой братец, но я успел выстрелить и ранил соперника. После этого я оказался в армии. Но к
счастью, друг остался другом живым и со шрамом возле левой коленки.
Не из-за списка своих похождений попал он в немилость отца!
– А что девушка? – как бы, между прочим, спросила я.
– Мой друг считал ее ангелом, а я доказал ему ее коварство и… - он не захотел продолжать, но кажется я
поняла, что именно он сделал.
– Какая насыщенная жизнь! – недовольство в моем голосе не скрыть.
Почему я не могу прогнать из своей головы картинку, где Эскалант занимается сексом с какой-то красоткой?!
О, как же меня это злит!
– Ты ведь заметила, что о нас редко пишут в прессе, да и в новостях мы почти не упоминаемся?
– Да уж, заметила. Популярность у вас не в чести.
Эскалант нарочно сменил тему, наверное, заметил мое испортившееся настроение.
– Мы тщательно скрываем подробности своей жизни. Благодаря договоренности с главами всех испанских
масс-медия, мы можем не переживать о защите нашей приватности.
– Повезло же Испании с распространением дворянских титулов. Даже официанты у вас имеют свой
дворянский статус, и смотрит на тебя свысока! – пробурчала я, все еще в шоке от услышанного.